Глава 21. Лилия

Утром одним кексом в холодильнике стало меньше. Мне хотелось думать, что его съела Роза. Что ей понравилось. Когда Муратов уехал, я попыталась наладить с ней контакт. Девочка чинно сидела в гостиной. Телевизор включён, по нему едва слышно крутится детская программа. На коленях книга, но смотрит она не на страницы, не на экран. Она смотрит на улицу.

— Может сходим погулять? — дружелюбно спросила я.

— Я читать буду.

И страницу перевернула. Я постояла рядом минутку и решила не биться о стену чужого молчания. На улице солнце. Я вышла в сад, с удовольствием поболтала с Халидом, полюбовалась набухшими на розах почками, подергала траву, что нагло лезла между плитками дорожек. Домой не хотелось. Мне хотелось за забор, на свободу. Хотелось гулять по улицам, дойти до ближайшего парка, Халид сказал, он очень красив. У меня были ключи от калитки и даже карточка, если вздумается тратить деньги. Но гулять одна я не была приучена, а Роза меня отвергла.

Открылась калитка — Рая пришла. В выходные ее не было, да и вообще все последние дни я просто игнорировала ее присутствие, выкидывая все, что она успела приготовить — Муратов ее стряпню не ел. И сейчас на угрюмое выражение лица старухи я не обратила внимание, к обеду у меня уже был готов суп с фрикадельками, через часик предложу гордой принцессе перекусить.

Я отчистила от травы длинную дорожку до тропинки, смела все, отнесла в мусорный бак, который опорожнял Халид. Тщательно отмыла руки в ванной и глянула на часы — с обедом уже припозднилась. Из кухни агрессивно пахло жареным. Ничего, Рая уже скоро уйдёт.

Я вошла и замерла. За столом сидел ребенок. Рядом, нависая, стоит Рая с полотенцем в руках. Роза подносит ко рту ложку варева. В нем куски мяса, разваренные овощи, блестящее томатной пастой масло. Пытается проглотить, давится, сдерживает рвотный порыв. Все это — молча. Но Рая все равно не довольно. Вскрикивает раздражённо и шлёпает полотенцем по худой детской руке, оставляя розовый след.

— Что вы делаете? — ошарашенно спрашиваю я.

Я чувствую ярость. Удивлена, я даже не знала, что умею испытывать столь яркие эмоции. В Розе я вдруг четко вижу маленькую себя. В отличие от меня у нее есть любящий отец, но где он сейчас? Меня распирает злостью.

— Ребенка кормлю, — усмехается Рая. — Пока ты свои книжки читаешь.

Надо же, оказывается она умеет говорить по русски.

— Больше вы ее кормить не будете, — я не знаю, хватит ли мне власти удалить эту женщину из дома, поэтому и не грожу попусту. Говорю то, что смогу реализовать. — Я сама буду готовить для нее. И вы больше ни тронете ее и пальцем. Никогда.

Старуха пододвигается ко мне так близко, что я вижу каждую морщинку на ее лице. Улыбается. Мне становится страшно. Во мне просыпается та Роза, что росла брошенная отцом, одна против всего мира в лице одной старой бабушки. На мгновение мне кажется, что она ударит меня. Отстегает по рукам прутом так, что алые полосы на коже будут сочиться кровью. Поставит в угол, заставляя из раза в раз повторять слова молитв, которые я не понимала.

Но я беру себя в руки. Мне страшно, но я взрослая, а вот Роза маленькая, и мне нужно ее защитить.

— Ты никто, — чеканит старуха. — Хозяин избавился от одной жены, избавится и от второй. А против семьи он не пойдет.

И смеется.

— Пойдём, — тяну я руку к Розе.

Она послушно сползает со стула, сжавшись проходит мимо старухи, дает мне руку. Я не могу в полной мере противостоять Рае, но я могу забрать отсюда девочку, что и делаю. В то мгновение мы с ней — команда. Но недолго, стоит нам выйти из кухни Роза забирает свою руку, я даже думаю, не померещилось ли мне касание ее маленькой ладошки.

Мы идем в гостиную. Я намерена быть рядом с ребёнком до тех пор, пока старуха не уйдёт. Роза садится на диван, берет свою книжку, я беру телефон. Молчим.

— У меня тоже не было мамы, — вдруг начала я, удивив сама себя. — А папа…работал. И у меня тоже была такая нянюшка. Я тебя понимаю.

Мне хочется, чтобы она увидела — пусть мы разные, но в нас больше общего, чем кажется на первый взгляд.

— У меня есть мама, — растаптывает мои попытки девочка. — Просто она далеко.

Я в отчаянии отворачиваюсь. Напоминаю себе — только второй день знакомы. Я сумею достучаться до этого ребёнка. Потерять родителя при разводе так же страшно, я не собираюсь пока акцентировать на это внимание.

— Почему ты не пожаловалась папе на Раю?

— Тетя Фарида сказала, что Рая должна здесь быть. Значит будет.

— Я поговорю с твоим отцом, — решительно сказала я.

Роза пожала плечами и уткнулась в книжку. Я покосилась — сказка по одному из популярных мультфильмов. На страницах красочные изображения красивой принцессы. Когда Рая ушла, я позвала девочку на кухню.

— Пойдём обедать? Я не буду тебя заставлять.

Небольшим достижением можно было считать, что Роза поела. Не доела, но половину тарелки осилила, и бутерброд с сыром, ветчиной, листом салата и кружком помидора. Хотя бы этим я была довольна. А вот Муратов припозднился. Роза ждала его весь вечер, писала ему сообщения, два раза позвонила, с каждыми часом становясь все печальнее. Так и уснула не дождавшись. Я переделала все дела, которые большей частью сама себе придумывала от скуки и устроилась с книгой ждать. Приехал он только в одиннадцать. Судя по всему — на такси. Машина во двор не заезжала, но я слышала, как хлопнула входная дверь. Я выждала несколько минут и направилась к кабинету. Дверь была открыта нараспашку, смыла стучать не было.

— Айдан, — окликнула я.

Он обернулся рывком. На лице усталость, глаза в красных прожилках, движения излишне резки. Пьян, сразу поняла я. С алкоголем в руках я видела его ни раз и ни два, но таким пьяным впервые. Не лучшее время для бесед.

— Чего вам? — грубо спросил он и я отшатнулась. — Не стойте в дверях, как чужая, право слово, заходите…жёнушка.

Я сделала несколько шагов в кабинет, хотя лучше бы бежала со всех ног. Нельзя доверять пьяным.

— Виски? — спросил Муратов.

— Нет, спасибо.

— Как хотите. Чего вам? — снова повторил он.

Я замялась. Жаловаться человеку в таком состоянии на родственника, пусть и дальнего, не лучшая идея. Но ведь завтра старуха вернется. И послезавтра…

— Я хотела бы поговорить, по поводу Раи. Она…больше не нужна. Я справляюсь со своими обязанностями, Рая только мешает, да и Роза ее боится.

Муратов зубами откупорил бутылку виски, налил себе в бокал и выпил залпом — меня даже передёрнуло.

— Я поговорю с родственниками, — наконец с усилием сказал он, словно ему претила одна только мысль об этом разговоре. — Семья…здорово иметь семью, да?

— Не знаю. Большой и полноценной семьи у меня никогда не было.

— Много потеряли, — хмыкнул Муратов, кивнул на диван. — Садитесь.

Я осторожно переступила с место на место, не зная, как себя вести.

— Я лучше пойду, — осторожно ответила я.

— Садитесь, блядь! — рявкнул мой муж.

Я вздрогнула и села на самый краешек дивана, а Муратов навис сверху, обдавая меня запахом алкоголя и табака.