Глава 34. Лилия

Я вышла из комнаты только утром. Трусиха, какая же я трусиха… Дома тихо, дом спит. Привычным уже маршрутом пошла на кухню. Стол уставленным чашками с остатками кофе и чая, тарелками с заветрившимся рагу и начинающей подсыхать колбасой. Я почистила их от еды и отправила в посудомойку. Вымыла стол и столешницу. Холодильник от отпечатков маленьких пальцев — Роза извозилась в шоколаде.

— Трусиха, — резюмировала я. — Трусиха, а еще уборщица.

Но тем не менее работа успокаивала. Я убралась на кухне, вышла в сад. Светило солнце, жужжали пчелы в клумбах. Полила свои розы. Почки на них набухли, смею надеяться, все саженцы принялись. Здесь, в тишине, в привычной обстановке, можно было вообразить, что все по прежнему. Айдан уехал на работу. Мы просто его ждем. Я и Роза.

— Если хотя бы один цветок зацветёт в этом году, — загадала я шепотом. — То все будет хорошо.

Роза все ещё спала, хотя обычно просыпалась рано. Но вчера никто не удосужился отправить ее спать вовремя, судя по шуму, она легла часа в три ночи, не раньше. И проснулась в десять.

— Кушать будешь? — спросила я ее.

Она выглядела сонной и уставшей.

— Нет, — покачала головой Роза. — Я маму подожду.

— А где она?

— В комнате папы спит, — как само собой разумеющееся ответил ребёнок.

У меня снова голова закружилась. Я сама там ни разу не ночевала, Айдан сам ко мне приходил. А она заняла так по хозяйски главную комнату. С ходу.

У тебя жизнь рушится, сердито подумала я, а ты комнаты делишь по значимости. Дура!

— Ну, жди маму, — кивнула я.

Я покормила Алексея, он тоже выглядел уставшим. Рядом с ним все же было немного спокойнее. Пыталась читать, но смысл прочитанного от меня упрямо ускользал. Придумывала себе занятия и дела по дому. И томилась, томилась тревогой.

Чулпан проснулась только в двенадцать. Минут сорок плавала в ванной, долго сушила волосы. Ребёнок к тому времени совсем оголодал. Лазила в холодильник, пыталась сделать бутерброд. Я не вмешивалась.

К часу пришла Рая. Судя по всему с Чулпан они были знакомы, крайней мере с ней старуха была куда любезнее, чем со мной. Глянула на меня злорадно, пошла готовить. Чулпан решила не утруждать себя готовкой, а я помнила, что стряпню Раи ребёнок не любит за излишнюю жирность и обилие специй.

— Тебе приготовить супчик? — спросила я у Розы заглядывая на кухню.

Роза вопросительно посмотрела на мать.

— Ты думаешь, я не смогу справиться со своей дочерью? — издевательски пропела Чулпан.

И одну точёную бровь вздёрнула. Я думала, что справляйся она с ребёнком, Айдан малышку бы не забрал — не было в моём муже бессмысленной жестокости. Но вслух не сказала. Ощутила неожиданный приступ злости, первый раз за эти ужасные сутки. И решила — пусть готовят, что хотят. Пусть едят что хотят. Как Рая освободит кухню, приготовлю две порции для себя и Алексея. И убираться не буду, флаг им в руки.

Злиться было приятно, злость придавала мне сил, но надолго ее не хватило. Я чувствовала себя лишней и ненужной в доме. Снова укрылась в комнате. Раз за разом набирала номер мужа, но он так же был не в сети. Отчаявшись позвонила Фариде.

— Лилия? — удивилась она.

Мне совершенно некуда было выплеснуть свои страхи.

— Чулан приехала, — выдохнула я.

Минутное молчание, я подумала даже, что связь прервалась.

— Вот как, — сказала Фарида. — У меня недалеко от дома кафе. Адрес я тебе напишу. Приезжай и поговорим.

— Я боюсь оставить с ней Розу, — покачала головой я. — А со мной Роза не поедет. Она в восторге от обретения матери.

— У вас вроде охранник новый. Накажи ему не спускать с ребенка глаз и приезжай.

Так я и поступила. Думала за воротами станет легче, но нет. Сидела в машине безучастно глядя в окно и понимала — эта встреча ничего не изменит. Но так хотелось надеяться…

Кафе было куда красивее, чем то, в котором мы были с Розой. Наверное, это настоящий ресторан. На входе меня встретил мужчина в смокинге и проводил к столику — столы были отделены друг от друга занавесями в восточном стиле. Фарида уже ждала меня. Мы обменялись сухими приветствиями и замолчали. Она делала заказ, я смотрела в меню. Еда бы в меня не полезла.

Я планировала вести себя сдержанно, как взрослый человек, пусть и оказавшийся в неприятной ситуации, но…

— Почему, — всхлипнула я. — Почему мне никто не сказал?

И заплакала. Разревелась прямо в ресторане, а ведь столько терпела.

— Девочка моя… — Фарида сидела напротив, но теперь пересела ко мне, обняла, прижала к себе и гладила по спине. Совсем, как мама, которой у меня не было. — Поплачь, моя хорошая.

Я плакала. Легче не становилось. И от объятий ее только горше. Это не объятия любящего человека. Так, формальность, чтобы успокоить. Я отстранилась, Фарида протянула мне салфетки.

— Почему мне не сказали? — повторила я.

— Все сложно. Этот брак давно формальность…

— Формальность!? — воскликнула я. — Эта формальность сейчас у меня дома!

Фарида недовольно скривилась. Воспитанные девушки так себя не ведут. Что же, сами меня выбрали. Привели, как жертву, на заклание.

— В ЗАГСе этот брак никогда не был зарегистрирован.

— Вы же знаете, что для многих никах значит куда больше, чем штамп в паспорте! Почему он не разведётся с ней?

Теперь она вздохнула. Наверное, она жалела о встрече.

— Это правда сложно. Наши семьи несколько связаны в бизнесе. Учитывая, что Чулпан и Айдан давно не живут вместе, никто не ожидал такой негативной реакции.

— О моей реакции кто нибудь подумал? Нет, конечно же, — рассмеялась я. — И что делать мне?

— Потерпи. Недолго. Мы все решим.

— Сколько?

— Пару недель.

Я встала и с громким хлопком закрыла объёмное меню.

— Я устала терпеть, — ответила я. — Я только и делаю всю жизнь, что терплю.

И ушла из ресторана. Но идти, кроме как домой мне было некуда.