15 глава. Подробности жизни...

- Да, мама, - послушно отвечает Ветров, стреляя в меня предупреждающим взглядом.

Неужели он думает, что я посмею смеяться над ним или там, сказать какую-то гадость сейчас? Нет, мама - это святое, что ж я не понимаю!

Но... Вот честное слово, мне, действительно, смешно! И я едва сдерживаюсь, чтобы не захохотать. Особенно когда он подходит к маме. А она, надо сказать, едва ему достает макушкой до плеча. И она такая берет и ощупывает его, словно проверяет, не уменьшился ли в размерах. При этом удрученно качает головой и приговаривает:

- Ай-я-я-яй, Севочка, мальчик мой, как исхудал-то, как исхудал! А всё потому, что мужчина в твоем возрасте должен с женой жить, в семье, а не как пес подзаборный прозябать в одиночестве, некормленный, непоенный, неприкаянный!

- Мама! - предупреждающе начинает полкан, но потом переходит на более мягкий тон, посылая мне огненные взгляды. Как будто это я виновата в том, что стала свидетельницей их славной родственной беседы. - Кормленный я! Всё у меня хорошо. И ничего я не похудел.

- Не возражай маме, Сева! - говорит она генеральским своим голосом. Я едва не прыскаю от смеха. И, не сдержавшись, всё-таки издаю нелепый сдавленный смешок, больше похожий на всхлип.

Фраза-то какая! Надо запомнить... Не возражай маме, Сева!

- А это у нас кто? - тут же поворачивается ко мне бабушка моего соседа.

От неожиданности я даже вздрагиваю.

Полкан усмехается поверх головы своей мамы. Мол, сейчас ты получишь сполна, Никитина!

- Бабушка, - в дверях, наконец, появляется Илья. Где-то там, за его спиной маячит Римма Анатольевна, в присутствии свекрови как-то немного поутратившая свой лоск. - Это - Марго, моя невеста. Марго, это - моя бабушка Клавдия Филипповна.

- Та самая Клавдия Филипповна Ветрова? - ахаю я в восторге. - Вот это да!

- Деточка, - улыбается она. - Неужели Ильюша рассказал тебе о славном боевом прошлом своей старой никому не нужной бабули?

- Клавдия Филипповна, да среди инспекторов по делам несовершеннолетних ваше имя никогда не забудут! Удивляюсь, почему до сих пор не учредили медаль вашего имени!

И я, действительно, так считаю! Потому что Клавдия Филипповна в свое время, в годы, когда в городе было много беспризорных, сумела поймать и посадить в тюрьму целый преступный синдикат, бандитов, которые из маленьких сирот делали преступников, уча воровать, склоняя к проституции, подсаживая на наркотики. Дело гремело на всю страну! Да, в институте МВД, где я училась, нам о ней на парах рассказывали!

Бабушка проходит и присаживается рядом со мной, в уголок дивана.

- Марго, сейчас доставка из ресторана приедет! Поможешь мне? - спрашивает Илья, похоже, решив спасти меня от своей бабушки.

Но я, если честно, совершенно не ощущаю какой-то опасности, от нее исходящей! Наоборот, она с таким искренним интересом и одобрением разглядывает меня, что я невольно проникаюсь к ней симпатией.

- Ильюша! - говорит она резко, при этом лицо абсолютно не меняется - так и остается добродушно-улыбчивым. - Вот пусть твоя мать, бездельница, поможет тебе. Кажется, я видела, что она тоже уже здесь. А мы с Риточкой пока пообщаемся.

Римма Анатольевна за спиной Ильи корчит гримасу отвращения.

Илья согласно кивает, разворачиваясь к выходу.

Полкану звонят. И, подарив мне напоследок насмешливый взгляд, он с телефоном уходит на балкон.

Мы с Клавдией Филипповной остаемся наедине.

Ну, всё! Сейчас начнутся вопросы по поводу моего возраста и претензии по поводу несоответствия его возрасту моего "жениха"!

- Так ты, Риточка, в полиции работаешь? - вкрадчиво начинает бабушка. - Инспектор по делам несовершеннолетних?

- Да. Начальник отдела, - честно отвечаю я.

- Молодец, девочка. Образование юридическое?

- Да, Санкт-Петербургский университет МВД, правоохранительная деятельность.

- Хм, хорошо. А родители?

- Мама-пенсионерка. Раньше в школе работала, учителем. Живет в Перми. Вот хочу к себе поближе перевести, да она сопротивляется. У нее частный домик на окраине. курочки, огородик. Не хочет бросать.

- Нравится тебе твоя работа?

- Да, очень.

- А свои детишки есть?

Нет, я, конечно, отлично понимаю, что это у нее - профессиональное. Все мы немного (а если честно, даже и много!) психологи! В нашей профессии иначе нельзя. Потому что найти подход к ребенку, травмированному психологически, иногда бывает очень сложно. Тут нужно уметь прочувстовать, кого в твоем лице он хотел бы видеть, чтобы согласиться на общение - друга, родителя, добрую тетушку, учителя или, может, ему нужен властный, непоколебимый полицейский.

Вот и со мной она чувствует, как именно нужно разговаривать!

И бьет в точку.

И я могла бы не отвечать. Сказать, что-то типа "можно я не буду на этот вопрос отвечать, простите!" Но я не могу! Не могу я!

И отвечаю честно:

- Нет. Всю жизнь мечтала о большой семье, чтобы детишек было несколько. А вот... не сложилось.

- Бог не дал, значит, - сочувственно кивает она. - Но ты, деточка, не расстраивайся! Твой ребеночек еще тебя найдет. Меня же вот нашел в свое время.

Она кивает в сторону Ветрова, выходящего с балкона.

А я от ее слов, от тона ее, от уверенности в том, что так бывает - и может быть, когда-нибудь у меня всё же будет шанс стать матерью, кусаю губы, чтобы не заплакать.

- Мам, ну, что ты делаешь, м? - вдруг говорит полкан. - Зачем Никитину до слез довела? Ты в своей репертуаре, ей-Богу! Прекращай это. Давай уже на стол накрывать будем. Я есть хочу.

Бросив на меня извиняющийся взгляд и погладив по голове, как котенка, Клавдия Филипповна переключается на сына:

- Севочка, я пирожков с капустой принесла. Твоих любимых! Сейчас, сыночек, сейчас! Побегу посмотрю, что там за отраву из ресторана привезли!

И вот ведь страшная вещь! Мне становится стыдно, что Я не подготовилась ко встрече с родственниками своего "жениха", что не приготовила нормальной домашней еды! А ведь я же могла!

И я думаю: "Вот в следующий раз я...". Но, конечно, обрываю эту мысль, потому что - ну, какой следующий раз в самом деле? Моя миссия скоро закончится и, вероятно, ни Клавдию Филипповну, ни Римму Анатольевну, я больше никогда и не увижу!

Я не знаю, почему эти мысли расстраивают меня! Нет, конечно, я не успела за эти считанные минуты ощутить себя частью этой странной семьи! Да и не очень-то этого и хотела!

Но... Вот у них есть семья. Да, в ней всё не как у людей, да, непонятен даже статус некоторых отношений - например, живут ли вместе полкан с Риммой. Но... Но у них все-таки есть СЕМЬЯ! А вот у меня, кроме мамы, никого и нет... И мне так тошно от этого, что впору пореветь.

На коленях начинает ворочаться Клара.

- А я предлагал тебе сбежать, - философски изрекает Ветров. видимо, считывая мое настроение.

- У меня дома голубцы есть. Сама делала. Пойду принесу, - пряча глаза, отвечаю я.

- Пошли. Помогу тебе, - зачем-то идет следом.