44 глава

-Поедешь со мной? - спрашиваю у Пети.

Я уже знаю, что к нему приходила мать. И, наверное, это неправильно и плохо для меня самой сейчас звать его к себе. Потому что я же привыкну и потом, когда его заберут, мне будет больно.

И для него плохо. Потому что мать. Потому что раз пришла, значит, он ей дорог. А я кто такая, чтобы лезть в их отношения?

Почему только она его не забрала? Впрочем, возможно, дело в том, что в квартире же у них пожар был, а значит, пока, наверное, просто некуда ей его забирать!

И я отдаю себе отчет в том, что мне просто одиноко и больно. А дома, где я одна заперта в четырёх стенах, будет ещё больнее. И, возможно, поэтому я так сильно хочу забрать ребенка с собой. Не потому, что так уж привязалась к нему, а просто, чтобы сбежать от одиночества?

Пытаюсь обмануться этой мыслью, но сердце сжимается, когда представляю, что никогда больше не увижу Петю.

-А мовжно? - недоверчиво хмурится он. - Мне отсюдава один путь - в тюрьму.

Это так жутко и чуждо звучит, что я сразу понимаю - не его слова! Как будто за кем-то повторил. Кто ему такое сказал?

-Можно. И кто тебе глупость такую сказал про тюрьму?

- Мамка.

На это у меня и слов нет! Ну, как так можно? Как?

-Нет, в тюрьму мы тебя не отправим. Поедешь ко мне пока.

-Не врешь? - и столько в этом обидном вопросе надежды, что я с трудом сглатываю вставший в горле ком.

-Не вру. Пожимешь у меня. Там нас Клара заждалась. Поживешь пока у меня, а там... - а что "там" я и сама не знаю. - Посмотрим!

- А у меня вот чо! - с гордым видом достает из-под подушки телефон.

А телефон-то новенький и не самый дешевый на вид!

- Я мамке его не показав! - говорит, как будто подвиг совершил, спрятав добычу от матери. - А то возьмет и пропьет!

Вот только украденного телефона в нашей ситуации и не хватало!

- Боже мой, Петя! Где ты это взял? Ты украл его? - шепчу, чтобы остальные в палате не услышали. - Нужно немедленно отдать! И извиниться!

- Нет! - с воинственным видом запихивает обратно под подушку, падает на нее, прикрывая собой и складывая руки на груди. - Ничего я не крав! Мне дали!

- Кто дал? - обвожу взглядом палату. Ну, мало ли, может, добрый какой-то человек нашелся, который увидел, что ребенку хочется и... Ага! И подарил новенький телефончик тысяч так за пятнадцать-двадцать? Оторвал от своего ребенка... На такой подвиг немногие способны.

На нас никто не смотрит. Мне кажется, маленькие Петины соседи по палате уже признались бы, если бы кто-то из их родителей сделал такое.

- Кто тебе дал? - терпеливо вздыхаю я.

Посомневавшись, все-таки отвечает:

- Дядька-мент, что с тобой приходив!

Ветров? Открыв рот, не могу поверить. Проще поверить в то, что мальчик украл и придумал, будто телефон ему подарил Ветров, чтобы оттянуть время возвращения украденного хозяину, чем в то, что полкан способен на такое!

- Он приходив ко мне! - видя, что я не верю, дрожащим голоском выкрикивает Петя. - И дав! Сказав, что я теперь самый квутой!

- Ему правда дядя какой-то дал, - говорит мальчик, лежащий на соседней кровати. - Утром приходил. Еще до обхода.

То есть Ветров от меня поехал сюда, в больницу? И совсем ничего мне не сказал, когда я пришла разбираться?

- Мовжно оставить? - с надеждой смотрит мне в глаза.

Киваю.

Неожиданно. И как-то не вяжется с товарищем полковником, но... значит, что-то человеческое все-таки в нем еще осталось. Хотя лучше бы он помог вытащить ребенка из того дерьма, в которое его окунули! А не завоевывал зачем-то его доверие дешевыми понтами!

- Когда меня заберешь? - заглядывает в глаза, тем временем доставая телефон обратно.

- Вечером. После работы. Сейчас с доктором поговорю, чтобы подготовили документы к выписке.

Толком даже не пообщавшись с мальчиком, спешу к врачу. Возле его кабинета толпится несколько родителей, ожидающих выписки. Но меня, благодаря форме, пропускают первой.

- Здравствуйте, Степан Евгеньевич, - мы знакомы, пару раз сталкивались по работе.

-Маргарита Андреевна, - молодой улыбчивый врач приподнимается со своего места, приветствуя меня.

- Мне медсестра сказала, что вы сегодня Малышкина выписываете.

-Петю? Которого вы к нам с аппендицитом доставляли?

- Да-да, Петю.

- Да, выписываю. Парень в норме, анализы в порядке, держать дольше не имеет смысла. Вы передайте родителям, что необходимо будет посетить детского хирурга в поликлинике по месту прописки. Мне Анастасия Павловна, старшая медсестра говорила, что мать Пети приходила сегодня, но забирать мальчика отказалась наотрез.

- Да у них там пожар в квартире случился.

- Вот она и говорит, мол, забирать некуда, пусть государство о нем позаботится!

Ах, вот оно что!

- Я поражаюсь, Маргарита Андреевна, как так можно с собственным ребенком!

- Да она пьющая, - вздыхаю я.

- Даже животные своих детенышей не бросают, а вот люди... Вы знаете, что у нас в стране больше трехсот тысяч детей по приютам живет? Я в шоке был, когда узнал!

Киваю. Знаю.

Знаю еще и то, что всего только около сорока тысяч из этого количества в год попадают в приемные семьи...

- Попробую поговорить с ней, - решаю я. Нечего откладывать в долгий ящик.

И да, час, отмеренный мне полканом, давно подошел к концу. Но постойте! Это все-таки моя работа! И пусть дело Пети уже передано по инстанции дальше, я с этим не согласна!

Попращавшись с врачом, прыгаю в свою машину и еду к дому Малышкиных.