Глава 23

ДАНИЯР

Телефон на тумбочке вибрирует, вырывая меня из полудремы. Смотрю на дисплей – Лейла. В животе сразу как-то неприятно холодеет. Глупо было думать, что она оставит меня сегодня в покое.

С тяжелым вздохом отползаю от Тамилы, стараясь не разбудить ее. Шепчу «сейчас вернусь» и выхожу на балкон, чтобы не мешать ей спать.

– Да? Чего тебе, не спится?

– Данияр… Данияр, это… это просто невероятно! – голос Лейлы звучит сбивчиво, взволнованно.

– Что случилось, Лейла? Говори внятно.

– Я… я видела Асана! Твоего брата. В отеле… здесь.

Мое сердце на мгновение замирает. Не может быть. Это невозможно. Он погиб в тюрьме несколько лет назад. Что за вздор?

– Лейла, ты что, пьяна? Какой Асан? Ты бредишь?

– Нет, Данияр! Я не пьяна! Это был он! Я уверена! Я видела его лицо! Он изменился, но я точно знаю, что это он!

Ее голос дрожит, и в нем слышится настоящая истерика. Никак не уймется!

Волна ярости захлестывает меня. Она опять начинает! Опять эти игры! Будто ее интриги помогут ей вернуть всё, как было. Да и нечего возвращать, будем честны…

– Лейла, прекрати! Не смей даже произносить это имя! Асан мертв! Ты слышишь? Мертв! И не пытайся использовать его, чтобы… чтобы что? Выманить меня куда-нибудь? Подстроить ловушку? Я тебя знаю, Лейла! Ты что-то задумала против меня.

– Но, Данияр… послушай…

– Мне нечего тебя слушать! Иди проспись! И больше мне не звони с этой чушью!

Бросаю трубку, чувствуя, как внутри закипает кровь. Сжимаю перила балкона до побелевших костяшек. Она хочет меня достать. Она пытается меня вывести из себя. Но я не позволю ей играть на моих нервах.

Асан… даже думать об этом не хочу. Это невозможно. Лейла просто сошла с ума впутывать в свои делишки моего умершего брата.

Возвращаюсь в спальню. Тамила все еще спит. Смотрю на ее спокойное, умиротворенное лицо и чувствую, как гнев понемногу отступает.

Она – моя тихая гавань, моя защита от этого безумного мира.

Прижимаюсь к ней и закрываю глаза.

Нужно успокоиться.

Нужно забыть этот разговор.

Нужно жить дальше.

Но где-то глубоко внутри, в самом темном уголке моей души, зарождается маленький, но упорный червь сомнения. А что, если Лейла говорит правду?

Чертыхнувшись, вновь вскакиваю с постели и иду звонить Азамату.

– Доброй ночи, вы где?

– В отеле, – отвечает охранник.

– Как прошел ужин? С кем она встречалась?

– Никто не пришел. Она ела с Алией.

– Лейла пила вино?

– Да, целую бутылку сухого. Я говорил ей, но…

– Так я и знал, – перебиваю. – Нажралась и теперь ей мерещиться… всякое. Не спускай с нее глаз, слышишь?

– Хорошо. Я вас понял.

– Всё, отбой.

Возвращаюсь к жене и вижу, что она не спит.

– Кто тебе звонил, любимый? – сонно моргает Тамила.

– Да так… Охрана.

– С Лейлой все в порядке?

– Перепила малость. Ты не волнуйся, спи… А я пойду посмотрю, как там сын.

Поцеловав удивленную Тамилу в лоб, выхожу из спальни и направляюсь в детскую Асана. Мой ангелок спит при свете ночника. Он так похож на моего брата. Иначе и быть и не может… Родная кровь…

Я хотел слетать к одному старику, живущему в горах. Я нашел этот адрес в документах Асана. Думал, может тот человек что-то знает ценное про моего брата. Ведь они точно встречались накануне его задержания. Но не долетел…

Черт, я похоже сегодня не усну от разных думок. Чертова Лейла…

Мне надо с кем-то поговорить. И я, не придумав ничего лучше, возвращаюсь к жене.

– Тамила, – трогаю за плечо. – Ты спишь?

– Что такое, Данияр? Что тебя тревожит? – она с готовностью садится с постели.

– Лейла сказала, что видела в отеле моего брата.

– Погибшего?

– Да, его. Асана. Но я не верю, Тамила. Он бы не мог скрываться от своей семьи. Зачем ему это?

– Если не веришь, то почему не спишь?

Я подавленно молчу. Она права. Эта мысль радостная и страшная одновременно укореняется во мне. Лейла могла просто использовать мою любовь к брату в своей мести. А могла и правда встретить его…

– Данияр, ты видел тело брата?

– Нет. Он похоронен в тюрьме.

– В тюрьме?

– Не пугайся. Он не убил никого и не изнасиловал. Просто вел бизнес не с теми людьми. Его подставили, я уверен в этом.

– Как он умер?

Собираюсь с мыслями пару секунд, возвращаясь в те страшные дни, когда стало известно о гибели брата, и отвечаю:

– В тюрьме начался пожар. Несколько человек пострадали, в том числе и мой брат. Опознать тело было невозможно, от него остались одни головешки. Я хотел забрать… то, что осталось, но отец воспротивился. Сказал, что не позволит преступнику лежать на нашем семейном кладбище. Вот такая история.

– Иди сюда, любимый, – жена простирает ко мне руки, и я кладу голову ей на грудь.

Она гладит меня по голове и нашептывает на ухо успокаивающие слова. Невероятно, но я нахожу покой в ее объятиях и вскоре засыпаю…