Глава 17

Алиса

Алана приготовила из принесенных трав зелье и унесла в комнату, я же осталась на кухне готовить ужин. Раненый до сих пор был без сознания, моё же сердце словно окаменело. Боялась не только смотреть на мужчину, который, словно покойник, лежал в постели, но и думать о нём. Лицо барона было белым и сливалось с белоснежной наволочкой, на котором находилась его несчастная голова. Губы отливали синевой, а лицо резко осунулось.

Сердце сжималось от боли и тревоги при виде его состояния. Я не могла объяснить самой себе, что на меня нашло. По словам старосты, за полгода это вторая попытка убить мужчину, и каждый раз удар приходился на голову. Об этом вскользь упомянул дед Вито, но не распространялся. Все же запрет разносить сплетни об аристократах прививается им с детства.

На завтра наметила план. С огородом уже закончила, поэтому с Сонечкой с утра пойдем в лес собирать весенние цветы и наконец-то займёмся бизнесом. Будем изготавливать цветочные масла для продажи. Главное, чтобы барона увезли в усадьбу, и мое сердце немного успокоилось. Никак не могу понять, отчего у меня такая реакция на этого мужчину.

Я успела приготовить кашу и сварила для больного мясной бульон, когда отворилась входная дверь, и на кухню боком просочился Живик.

— Как он, госпожа? Дед велел узнать, не требуется ли чего?

— Пока не приходил в себя, но твоя тетка все время с ним рядом. Есть будешь? — спросила у мальчика, зная, какими проглотами становятся дети, когда резко идут в рост.

Мальчик смутился, но отказался.

— А где Сонечка?

— Живик, как хорошо, что ты пришел! С этими заботами, я оставила дочь у Палаи. Не сходишь за ней? Сейчас уйти не могу, сам понимаешь, а идти за ней в темноте не хотелось бы.

— Конечно, госпожа, я быстро.

Мальчишка успел выскочить на улицу, когда раненый стал приходить в себя. Он громко застонал. Бросив дела, я зашла в комнату в тот момент, когда барон открыл глаза.

— Очнулся, родненький! — с облегчением выдохнула Алана. — Теперь нужно выпить восстанавливающее зелье.

Женщина приподняла подушку, стараясь лишний раз не трогать его голову, и поднесла бокал с заваренной травой к губам.

— Дети⁈ — прошептал он.

— Все живы и относительно здоровы, если мать не всыпала розгами, — ответила женщина и улыбнулась. — Спасибо, господин барон, что спасли ребят. Каждый год медведь уносил с собой несколько человеческих жизней, а Вито все пишет и пишет в мэрию, чтобы приняли меры. А только толку-то нет! Вот и отец близнецов попал под его лапу и ушел к Всевышнему. Теперь мать одна четверых тянет. О-хо-хо! Никому нет до нас дела! — посетовала женщина.

Я услышала шум во дворе, и домой забежала разрумяненная Сонечка, а за ней запыхавшийся Живик.

Видимо, возвращаясь домой, они играли в догонялки, поэтому оба прибежали красными и взъерошенными.

— Мамочка, ты как? Мне тетя Палая все рассказала. Ох, и ругала она мальчишек, но те молча опустили головы и слушали. А дядю, который их спас, сказали, что увезли в усадьбу, — раздеваясь, протараторила девочка, а Живик так и продолжал стоять, наблюдая за дочерью. Она не замечала его любопытных взглядов. А я уже заранее боялась, что подрастёт девочка, и мне придётся расстаться с ней, выдав замуж. А там семейные заботы, и не до меня будет. Как-то грустно после таких мыслей!

Шепот в комнате привлек внимание дочери, и она, застыв, вопросительно посмотрела на меня.

— Господина барона привезли сюда, а завтра отправят в усадьбу. Так надо! — на мысленный вопрос ответила я.

Всегда знала, о чём меня хочет спросить дочь.

Сонечка к чему-то прислушалась и медленно пошла в комнату. Увидев лежащего на кровати мужчину, она всхлипнула и с криком:

— Папа, папочка нашелся, — бросилась к нему.

Уткнувшись лицом в грудь барона Алекса Батса, она разревелась навзрыд. Он гладил ее по головке и что-то нежно шептал на ушко, бросая на меня нечитаемые взгляды.

— Э-э-э, госпожа, а почему Сонечка господина барона называет «папой»? — спросил удивлённый происшествием мальчуган. Алана тоже вперилась в меня своим вопросительным взглядом.

Я всерьез запаниковала и взглянула на своего ребенка. Сонечка, поняв, что что-то происходит в комнате, подняла голову. Лицо припухло от слез, а из глаз до сих пор текли слёзы. Все вопросительно смотрели на неё.

— Простите, — извинилась она и опустила голову. — Отец, когда лежал в постели, был сильно на вас похож, вот я и вспомнила его последние дни.

Вот так актриса! Не ждала от дочери такой игры, потому довольно улыбнулась и извинилась перед бароном.

— Простите сестренку, господин барон, она еще не отошла после смерти деда и отца.

— Не извиняйтесь, я сам долго не мог забыть свою бабушку, когда она месяц пролежала дома, будучи без сознания, — ответил он, поедая меня глазами.

Я встрепенулась, поняв, о чем сказал барон, но в жизни случаются одинаковые ситуации, а мне нужны доказательства.

— Наверняка вы хотите есть? Я сейчас принесу, — заторопилась на кухню, чтобы скрыться от этих серых глаз.

— Не торопитесь, а то успеете, — бросил мне вслед барон, а я вздрогнула. Это очередной раз доказывало, что передо мной мой муж Колосов Сергей Игнатьевич.

В прошлой жизни, когда я начинала суетиться, то муж часто повторял мне эти слова. Вначале я не могла понять смысл высказывания, и только со временем до меня дошло, что в жизни все переменчиво. И даже то, что вы успели сделать, может уже не понадобится.

Как мне хотелось выгнать всех посторонних из дома и остаться только со своей семьей, уткнуться мужу в грудь и поплакаться в жилетку. Но для того, чтобы скрыть правду, я должна вести себя по-другому.

Будучи в своих мыслях, я дрожащими руками наложила в тарелку кашу Сонечке и посмотрела на Живика.

— Спасибо, госпожа, за приглашение, но мне уже пора.

Попрощавшись, мальчик вышел, а я налила мясного бульона.

— Сиди здесь, а я постараюсь накормить твоего отца, — сказала тихо дочери и, взяв тарелку с бульоном, направилась в комнату. В этот момент мне все же стоило присмотреться к дочери!

— Алана, накладывайте себе поесть и отдохните немного. Я пока накормлю господина барона.

Она изучающим взглядом посмотрела на меня, потом, кивнув, вышла на кухню. Ох, чует мое сердечко, что перемоют мои косточки в семейном кругу.

Сережка положил свою руку на мою и, не отрывая взгляда, искал во мне ту старую Алису, которую знал с детства, влюбился и добился взаимности.

— Девочка моя, это действительно ты?

— Да, Сережа. Пока чужие в доме, я не могу подставляться и вести себя так, будто знаю тебя.

Сергей кивнул и так выразительно посмотрел на бульон, что я хихикнула и стала кормить своего любимого и единственного человека, своего мужа. Не считая дочери, конечно!

Теперь стало все понятно, почему на душе было тревожно. Сердце не обманешь!

— Я вспомнил, малыш, наконец-то всё вспомнил. Долгое время память подводила меня, непонятная тревога не отпускала, а нервы были так оголены, что хотелось выть от безысходности. Теперь знаю, кто я, — тихо шептал Сережка, глотая бульон.

Его рука тем временем жила своей жизнью: то трогала меня за колено, то гладила по щеке, то хваталась за одежду, боясь, что я исчезну. А я просто млела от его прикосновений.

Я поцеловала его в щёчку и улыбнулась.

— Удивляюсь, как Сонечка узнала тебя? А меня с первой минуты не признала. Несколько раз переспрашивала, чтобы удостовериться, что я — это я, — вспомнив нашу первую встречу с дочерью в этом мире, улыбнулась.

— Не хочу! — глядя в глаза, произнёс Сережка, теперь уже Алекс.

— Чего ты не хочешь? — удивилась я, смотря на мужа.

— Отпускать тебя от себя, — держа за руку, произнес муж, и в этот момент в комнату зашла Алана. Она сделала вид, что ничего не видела, но, думаю, сейчас в голове женщины рой вопросов, на которые она ищет ответ.

— Госпожа, мы поужинали, спасибо, все было вкусно. Идите сами поешьте, а я присмотрю за бароном.

Кивнув, вышла из комнаты. Соня, словно затравленный зверек, исподлобья смотрела на меня. Она поняла, что сильно подставилась, но девочка ошибалась, считая, что я буду ругать её.

— Чего задумалась? — улыбнулась я и потрепала девочку по головке. Черные волосы, которые с утра были заплетены в красивую косичку, сейчас были взъерошены и походили на творческий беспорядок.

— Ты не сердишься, что я чуть не выдала нашу тайну? — удивилась Сонечка.

— Нет, доча. Сама не знаю, как сдержалась, когда ты признала отца, — улыбнулась я, а в душе зарождалась тревога.

Это другой мир, и многие вещи выглядят иначе, не соответствующие нашим взглядам. Супружеские пары создаются по договору между родителями юноши и девушки. У меня никого и ничего нет, а Сережка — богатый наследник.

— Почему ты узнала его сразу, а меня — нет? — решила перевести разговор, чтобы не мучить себя вопросами, ответа на которые нет.

— Не знаю, — пожала она плечами.

— Чему тут удивляться? — вылезая из-за печки, недовольно пробурчал Пушок. — Тогда Сонечка только принимала магию этого мира, и все мысли были заняты отсутствием родителей и странным местом, в котором она очутилась. А тут появляется незнакомая женщина и уверяет, что она её мать… —фыркнул питомец. — А сейчас её каналы готовы принять полностью магию. При неосознанном использовании дара, девочка видит не тело, а душу. Так и признала отца.

Стук разбившегося бокала заставил подскочить как меня, так и Сонечку. Мы резко повернулись на шум.

— Это кто, госпожа? — изумленное лицо женщины с каждой минутой становилось белее, еще несколько секунд, и она обмякнет.

— Алана, — громко позвала женщину, чтобы вывести из этого состояния. — Это магический питомец моей дочери. Он не кусается!

— … Но разговаривает! — промямлила она.

— Пффф, можно подумать ни разу не встречала магических питомцев? — ввернул свое слово питомец.

Алана отрицательно замотала головой. И делала это с таким старанием, что, казалось, сейчас голова отделится от тела.

— Раз не видела, тогда знакомься. Пушок, это Алана. Алана, это Пушок, магический питомец нашей семьи, — бодро произнесла я, но напоследок добавила: — О его существовании никто не знает.

Наш крылатый котяра, как предприимчивый любвеобильный джентльмен, потерся о ноги женщины и промурлыкал.

— Очень приятно, Алана!

Женщина вытаращила глаза, но, наклонившись, погладила соблазнителя.