Глава 14

Полина…или незапланированное свидание

Настроение поганое с самого утра, начиная с того момента, как с легкой руки мамы, которая умудрилась выключить будильник, и я проспала первую пару. Конечно, по иронии судьбы досталось только мне одной.

Пыхтя и ворча, как старая базарная бабка, я кое-как влезаю в зауженные после стирки джинсы. Надеваю любимый ярко-желтый худи и, закинув в рот бутерброд с нормальным сыром, сломя голову несусь в коридор на поиски кроссовок. Пыхтя и шурша не пойми откуда взявшимися пакетами, я пытаюсь в куче разной обуви отыскать те самые, которые приносят удачу. Она сегодня мне понадобится, как никогда. Потому что я уверена на все двести процентов, Дорофеев заставит отрабатывать прогул по полной программе.

Пока я искала счастливые кроссы, поняла одну очень забавную вещь. РОДИТЕЛИ СПЯТ! И ладно папа, у него со вчерашнего дня начался отпуск, но мама. Она же всегда просыпается раньше меня на полчаса, чтобы приготовить завтрак, и только потом ложится досыпать. Надо бы с ней об этом поговорить.

В универ залетаю в разгар первой пары и, чтобы лишний раз не палиться, решаю слопать вкусную булочку и запить ее любимым бодрящим напитком. В столовую семеню как по минному полю. Стоит мне попасться на глаза кому-нибудь из преподавательского состава, как отработка моя. Решив, что с меня достаточно одной, использую тайный студенческий лаз. Согнувшись в три погибели и прячась за огромными кадками с цветами, направляюсь в сторону столовой.

Но стоит мне перешагнуть порог, где несколько лет назад неудачно навернулась, я спотыкаюсь на ровном месте и практически лечу вперед. Лишь вовремя выставленные руки спасают меня от столкновения со столом.

Какого черта он здесь делает во время первой пары? Мне и так хреново после вчерашнего, а еще и он здесь сидит, словно царь, раскинув ноги в стороны.

Неужели ждет ту самую пигалицу с лишними килограммами на животе? Господи, пусть это будут именно они, а не то, о чем я написала вчера в статье. Иначе… иначе я разревусь от вселенской несправедливости. От жалости к себе больше, конечно. Как бы я ни старалась, этот парень мне чертовски сильно нравится, когда-то я даже его любила. А сейчас? Вряд ли.

— Привет, — вылетает у меня прежде, чем я осознаю, где вообще нахожусь. А нахожусь я аккурат около его столика. Спрашивается, какого хрена, Полина?

— Привет, — не поднимая головы, сухо произносит и дальше продолжает пальцем по экрану водить, словно я не что иное, как букашка, не заслуживающая его королевского внимания.

Смерив его взглядом, громко цокаю языком и решаюсь на очередное безумие. Спасибо, чертенок, ты, как всегда, вовремя появляешься.

Так, а что это у нас тут такое интересное прячется? Ну-ка шажочек вперед, голову чуть-чуть набок и глазки в сторону зырк. Ого, да он работу ищет.

Резко отстраняюсь и смотрю на него по-новому, что ли. Мне совсем не нравится происходящее. Я привыкла видеть его избалованным отцовскими деньгами парнем. Но картина, что предстает передо мной сейчас, заставляет задуматься о многом.

Я не знаю его настоящего. Никто не знает!

— Все в порядке? — выдавливаю из себя, понимая, что мне просто необходимо услышать подтверждение того, что мне довелось увидеть.

— Смотря, под каким углом взглянуть, — смотрит в упор на меня, скептически приподняв бровь, и ни намека на улыбку.

— Артём, я могу чем-то помочь?

Заткнись. Заткнись, Полина. Это совершенно не твое дело, хотя нет… Это очень даже твое дело, но если ты полезешь в него, то будет полный пипец в твоей жизни. Твое сердце снова будет разбито. Вдребезги.

— Ты знаешь, кто это? Может, видела тогда на гонках?

Тихая гавань и грозовое небо сталкиваются. Слова не нужны, он будто видит насквозь. Скупо приподняв бровь и едва заметно улыбнувшись правым уголком губ, снова повторяет вопрос:

— Кто это, Полина?

Сердце уходит в пятки, пульс учащается. Взгляд нервно бегает по сторонам, сдавая меня с потрохами. Я боюсь на него посмотреть, боюсь увидеть презрение вкупе с ненавистью ко мне.

И все же решаюсь…

Артем смотрит так, словно догадывается о чем-то. Догадывается и молчит. Мне кажется, что именно сейчас, именно в эту минуту он ждет от меня правды. Предоставляет право выбора. Но, наплевав на пищащий голосок ангелочка, что умоляет о помиловании моей скверной душонки, я молчу.

Черт возьми, я лучше сдохну или сожру килограмм заплесневелого, пахнущего потными носками сыра, чем сознаюсь во всех своих грехах. Он же на месте мне башку открутит. Острым взглядом хрясь по моей лебединое шейке, и нету Полиночки нашей. Ну уж нет. Как там говорится, «молчание — золото», вот и проверим.

— Не знаю, — произношу скрипучим голосом и нагло тянусь к его стакану.

Брови Артема взлетают вверх, на что я усмехаюсь и нагло делаю глоток кофе. Вкус карамели растекается во рту, задевая все возможные рецепторы, отвечающие за счастье. Мм, как вкусно.

— Отец звонил. Вся семья в шоке, — грустно усмехнувшись, закидывает в рот конфетку «Меллер».

Я заметила, он всегда их таскает с собой, как нечто важное. Словно эти маленькие конфетки с едва заметным кофейным вкусом — его личный антидепрессант.

— Может прогуляем?

Выпучив, как рыба, выброшенная на берег, глаза, я смотрю на него и не верю в то, что произнесла.

— Что?! — удивлённый голос Артема только подтверждает мою неадекватность.

Ну да ладно. Разберемся, в первый раз, что ли?

— Я говорю, к черту пары, — встав, направляюсь к выходу. Если он не дурак, то останется на месте, а если… А нет, дурак.

— А давай, — произносит на ухо, заставляя вздрогнуть и отступить в сторону.

— Руки не распускать! — произношу приказным тоном и для верности угрожаю кулаком.

— А то что? — веселые искры в глазах и самодовольная улыбка явно говорят о том, что парень не умеет держать себя в руках.

Ну вот, снова вляпалась. Причем сама.

— Откушу, — клацаю перед его носом зубами и, усмехнувшись его удивленно-забавному взгляду, бегу на улицу на поиски крутого спорткара.