Глава 34

Полина… или странная встреча…

Я всегда знала, что мальчики любят скорость, но чтобы та-а-ак.

Давненько я не визжала от нахлынувшего во время быстрой езды удовольствия, конечно же. Стрелка спидометра зашкаливает за двести километров в час, белоснежный «мерин» несется вперед по автобану на запредельной скорости, обгоняя еле ползущих черепах и оставляя их позади. Мне хочется визжать от счастья, и я визжу. Позволяю накопившимся внутри себя эмоциям вырваться наружу, разбивая вдребезги эмоциональный накопитель.

Сделав музыку громче и не жалея наших перепонок, начинаю орать в унисон с вокалистами известной на весь мир группы известную всему миру песню One Step Closer.

И какого же мое удивление, когда сквозь собственный рев, который ну ни при каких обстоятельствах невозможно назвать пением, я слышу красивый голос своего парня. Он, словно патока, растекается по телу, проникает в самые потаенные места сознания и гипнотизирует.

Заткнувшись, я смотрю на него с нескрываемым обожанием. Боже, сколько в нем еще скрытых талантов?

В детстве я мечтала научиться играть на гитаре, но позже выяснилось, что даже она мне противопоказана. Ну нет у меня слуха, и голоса тоже. Я недолго расстраивалась, просто решила, что мой будущий парень будет играть на гитаре вместо меня, ну и петь, возможно, тоже.

Оказывается, мечты иногда сбываются. Главное, правильно мечтать.

— Приехали.

— Ну вот, снова я все прозевала.

Оказавшись на улице, я не успеваю вдохнуть полную грудь свежего воздуха, как вдруг Артем резко хватает меня за руку и без малейших слов несется вперед. В здание, около которого мы когда-то встретились не по доброй воле, а по моей девичьей глупости. Хотя если бы не моя глупость, что сыграла с нами злую шутку, я бы вряд ли узнала его настоящего и влюбилась по уши.

— Сумасшедший, — смеюсь, когда мы наконец-то останавливаемся около лифта и появляется минута, чтобы отдышаться.

Дзын.

И толпа офисных клерков в черных пиджаках и белых рубашках движется прямо на нас. Широко распахнув от удивления глаза, отпрыгиваю сторону, чтобы меня ненароком не снесло торнадо спешащих на обед черных пиджачков. Всегда считала, что работа в офисе скучная и утомительная. Настолько, что люди не в силах заметить ярко-красное пятно перед носом.

— Прошу прощения, — врезается в меня нечто.

Медленно, словно в замедленной съемке, поднимаю взгляд выше, дабы просто посмотреть на мужчину, который не смотрит перед собой. Черные, начищенные до блеска туфли, так что я собственнолично вижу свое отражение в них, брюки со стрелками в тон, белая рубашка, широкие плечи и жилистая шея. Взгляд невольно цепляется за дернувшийся кадык.

В панике отступив назад, беру себя в руки и заставляю поднять глаза выше, чтобы взглянуть… взглянуть на бледное мужское лицо.

«Он увидел привидение», — первая мысль, что приходит в мою светлую, но не очень умную, как показала сама жизнь, голову.

Я смотрю на него, с не меньшим удивлением отмечая потрясающий голубой оттенок радужки, он смотрит на меня, словно видит нечто нереальное и по всем параметрам необъяснимое. Артем стоит рядом и что-то воодушевленно говорит, мужчина кивает, но глаз с меня не сводит. В какую-то секунду мне кажется, будто он душу мою выпивает. До того взгляд стал проницательным.

По телу пробегает табун неконтролируемых мурашек, а такое бывает, когда грозит опасность, и мне мигом становится нехорошо. Появляется желание, чтобы пол под ногами разверзся, и я провалилась в пропасть. Куда? Неважно. Подальше от давящего взгляда, который желает вывернуть душу наизнанку и найти то, не знаю что.

— Кто это был?

Интересуюсь, семеня следом за довольным Артемом, уже после встречи с таинственным и одновременно пугающим мужчиной. Кто он такой и что ему надо, даже не хочу знать. Если честно, он меня пугает, и я бы предпочла больше никогда его не увидеть.

Немного притормозив, Артем смотрит через плечо на меня и улыбается, словно сорвал джек-пот. И нет бы все мне объяснить, какой там. Он просто смотрит и молчит, прямо как в песне той, что «Краски» поют. Только вот незадача: он что-то знает, по крайней мере, явно догадывается, но все равно молчит. Партизан.

— Дай мне неделю, и я все тебе расскажу, — шепчет с плутовской улыбкой на лице, что обескураживает меня окончательно.

Киваю, а что еще остается делать в данной ситуации? Раньше он все равно ничего не расскажет, как ни пытай. Придется ждать и гадать на кофейной гуще, хотя, как по мне, то это тоже довольно сомнительный вариант.

— Подожди здесь, я сейчас.

Артем скрывается за массивной дверью, ведущей в кабинет генерального, оставляя меня в просторной приемной одну.

Ну что ж, значит, придется коротать время в одиночку.

С нескрываемым любопытством оглядываюсь по сторонам, не забывая отмечать красоту и строгость светлого интерьера. Вся мебель в приемной цвета слоновой кости, даже кофейный столик, что стоит около светло-коричневого дивана. Невероятно светлая и уютная приемная, располагающая к себе с первого взгляда.

А вот и водичка.

Еще раз оглянувшись по сторонам и никого не обнаружив, решаю попить из кулера, что стоит аккурат рядышком со мной. Ну а что такого? Здесь все равно никого нет, кроме меня, а значит, и ругать никто за своеволие не станет.

Отцепив стаканчик, подставляю под краник и жадно слежу глазами, как водичка его заполняет. Ужасно сильно хочется пить, особенно после встречи с неизвестным мужчиной, которому Артем почему-то обрадовался как к родному. Смягчив горло, повторяю сие действие, чувствуя, что мне этого мало. После второго становится значительно легче.

Вздохнув, разворачиваюсь в поиске занятия на неизвестное время.

В дверном проеме, которого я сразу почему-то не заметила, а скорее просто не обратила внимания, потому что, по идее, и не должна была этого делать, стоит до умиления красивая девушка. Прямые длинные волосы шоколадного оттенка, пухлые губки бантиком и карамельного цвета глаза, искрящиеся весельем.

— Привет.

«Улыбаемся и машем», — все, что приходит на ум.

Нет, ну серьезно, за сутки я вымоталась так сильно, что вежливость у меня явно стоит на последнем месте. Если она вообще осталась. Но, как показали последние события, с этим у меня все сложно. Я либо молчу, либо пытаю Артема.

А еще я чертовски сильно устала и хочу забыться сладким сном в своей любимой кроватке. И кричать, ругаться и драться, только бы все узнать. Останавливает только недоверие со стороны Артема и его косые, ничем не обоснованные взгляды в мою сторону.

Он не доверяет мне — ясно как белый день.

Обещание самой себе, что я наизнанку вывернусь и всеми силами добьюсь его прощения, не позволяет безнадежно опустить руки. И, пожалуй, добиваться прощения я начну прямо с девушки. Раз она здесь, значит, я просто обязана проявить вежливость и подружиться с ней.

Ради него.

А то мало ли снова какая-нибудь подружка его лучшего друга. Не хватало еще ревновать его на пустом месте.

— Привет, — усмехнувшись, девушка присаживается в уголок дивана и одаривает меня насмешливым взглядом.

Чувствую себя как-то неловко. Ощущение, что я сделала что-то не так, не собирается меня покидать. Наоборот, сковывает движения и поднимает несвойственную для меня в повседневной жизни нервозность.

— Я Полина, — плюхаюсь рядом, попутно закидывая куда подальше червячка сомнения. Он грызет все, что только можно. В первую очередь, мою непоколебимую временем уверенность, затем неосведомленность. Я ведь до сих пор не всех друзей Артема знаю.

— Камилла.

И снова эта ангельская улыбка, перед которой невозможно устоять.

— А ты здесь… — киваю на дверь, и девушка понимающе улыбается. Действительно, зачем утруждаться и подбирать красивые слова, когда и так все понятно.

— Там мой, — она замолкает, слегка хмурится, отчего изящные шоколадные бровки превращаются в домик. — Я не знаю, кто он мне, — в красивых карих глазах успевает промелькнуть грусть.

— Эм… это как?

«Заткнись, Полина. Твое безграничное любопытство тебя когда-нибудь погубит», — шепчет ангелок, гордо восседая на левом плече, пока дьяволенок с правого пытается испепелить его ненавидящим взглядом: «Ну, или ты кого-нибудь. Как показывает практика, это делать ты умеешь лучше всего».

— У нас дочь… общая.

Голос больше не звучит радужно, из глаз испарился прежний блеск.

— Поздравляю, — вырывается из меня, прежде чем успеваю до конца осмыслить сложившуюся ситуацию.

— Он узнал о ней вчера.

Признаться честно, печальная ситуация.

Да по сравнению с моей глупой выходкой история Камиллы — это нечто.

— Сколько ей?

— Почти два.

Ба-бах!

— Сколько? — пищу неестественным голосом, удивленно хмуря брови и лоб. Идиотская привычка, но ничего не могу поделать. Такое у меня с детства: там, где брови, там и лоб. Это сколько же лет девушке, что дочери два года? Она выглядит от силы лет на восемнадцать.

— Нам было восемнадцать. Выпускной класс.

Я что, сказала это вслух? Вот дурья башка.

— Но почему сейчас?

Мне искренне жаль Камиллу, которой пришлось познать материнство в столь раннем возрасте. Нет, я вовсе не чайлдфри и совершенно не против детей, но просто, когда ты остаешься совершенно один, без поддержки любимого человека, это отстой.

— Мы просто друзья. Случайно перешагнувшие за грань дозволенного.

Судя по вновь появившимся смешинкам в карих глаза девушки, мои глаза готовы от удивления вылезти из орбит. Серьезно? Друзья, которые вот так вот взяли и перешагнули грань дозволенного? Да между этими друзья искры, наверное, с первого класса летают. И до сих пор ни одна не погасла.

— И что теперь? — вопрос слетает с губ, пока я продолжаю сидеть и мять в руках пустой стаканчик из-под воды.

— Он настаивает на браке, — Камилла обреченно вздыхает и отводит взгляд в сторону двери, за которой ранее скрылся Артем, и, видимо, там на данный момент не только он и Леша.

— Ты не хочешь?

Господи, да закройте мне кто-нибудь рот. О чем я вообще спрашиваю? Да какая мне разница, к чему эти двое придут в жизни. Это проблемы каждого из них, мне свои разгребать надо, а я о чужих бедах думаю. Но блин…

— Я боюсь его. Сейчас он далеко не тот парень, которого я знала раньше.

И то правда. Я бы тоже не смогла жить с человеком, в котором бы сомневалась хоть чуть-чуть.

Интересно, а Артем уже думал всерьез о том, чтобы нам съехаться? Одно дело шутить при родителях, а другое — по-настоящему. После ужина в родительском доме он не то что не говорил о подобном, даже не намекал. Все его мысли заняты моими возможными биологическими родителями.

Эх, а мне так хочется засыпать с ним по ночам в обнимку и просыпаться по утрам от его горячих поцелуев и шаловливых рук. Но, увы, мне еще надо заслужить его доверие, а ему решить вопрос с возможными родственниками.

Очень надеюсь, что он ошибается. Я по-прежнему не готова их видеть.

— Прости, что вмешиваюсь, но ты ведь любишь его?

Камилла виновато опускает взгляд на носки своих модных туфель, снова хмурит брови и о чем-то думает. Судя по мелькнувшей на губах улыбке, о приятном. О чем-то тайном и сокровенном. О чем-то, что дано только им двоим.

— С первого класса.

Чужое признание дается легко, вызывает на лице искреннюю улыбку. Мне хочется сказать, чтобы она обо всем подумала хорошо, возможно, этот брак — ее спасение. Не стоит губить многолетнюю дружбу из-за обоюдных ошибок юности. И только я открываю рот, как открывается дверь, и из кабинета выходят трое.

Артем и еще двое, сильно между собой похожих, словно братья.

— Я все. Поехали, — бесцеремонно схватив за руку, Артем тянет меня на себя, заставляя ойкнуть от неожиданности.

— Даже не познакомишь? — бархатный голос с легкой хрипотцой принадлежит тому, кто младше.

Обернувшись, моментально попадаю в плен карих глаз. Даже на расстоянии я вижу, как черти отплясывают ламбаду вокруг карамельной радужки. А парень-то с сюрпризом, однако.

— Давай потом? Сейчас реально дел по горло, — Артем бесцеремонно тянет меня на выход, я же, словно послушная кукла, семеню следом, стараясь из последних сил не оборачиваться.

Нет, ну а что еще мне делать? Не могу же я сказать, что внезапно проснулось желание познакомиться с его родственниками и друзьями? Хотя кому я вру? Меня волнует Камилла и то, как тот парень, что младше, к ней относится.

— И что это было? — смотрю на него, а он, впившись в меня цепким взглядом, тянет свою лапу к моим волосам и выдергивает прядь. — Ай.

— Для дела надо.