Глава 14

Когда я был совсем мелким засранцем, Витёк, местный рубаха-парень лет на семь меня старше, вечно ремонтировал во дворе чьи-то поломанные ржавые авто или ставил всякие новороты и примочки. Как-то раз я проходил мимо и парень неожиданно обратился ко мне:

— Эй, малец, подай-ка ключ на семнашку.

Маленький я опешил, потому как выяснить, что такое семнашка, в тот момент для меня абсолютно не представлялось возможным.

Витёк подождал моего ответа и, нахмурившись, тихонько меня пожурил.

— Ну чего, сложно что ли?

— Я не понял. Что подать-то?

— Ключ, говорю, подай.

— Так я это…

— На семнашку.

Именно с того разговора и началось моё будущее в мире авторемонта. Когда Витёк со знанием дела наставительно объяснял мне, что же такое ключ на семнашку, ступица, валы, фильтры и шаровые, я и пошевелиться не мог. Слушал, раскрыв рот. Потом парень предложил показать, а затем и попробовать сделать кое-что самому. Вот так я и стал проводить рядом с машинами больше времени, чем со сверстниками.

Всей душой прирос я к ремонту, конечно, не сразу, но своё ценное знакомство с Витьком я сохранил на долгие годы. Уже позже, спустя несколько лет, когда Витёк стал брать хорошо оплачиваемые заказы: «Ну глянь, пожалуйста, а? Найдёшь часок?», а не бесплатно копаться в полусгнивших машинах своих друзей, он как-то предложил:

— Слушай, у меня тут небольшая запара. Может, ты сегодня поможешь мне в гараже? А то до вечера надо закончить, потому как следующая машина приедет. А я за помощь отблагодарю! Ты уже когда-нибудь зарабатывал деньги самостоятельно?

— Нет. А что, правда, заплатишь?!

— Обижаешь, малёк. Сказал же, заплачу.

Вот так я заработал свои первые деньги, которые мне принёс авторемонт. Через несколько лет, со всех окрестных дворов в гараж Витьку съезжались поломанные тачки. И мы брали все. От работы никогда не отказывались. Согласны были чинить любой хлам. Прошло ещё немало времени, и мы с Витей стали полноценными партнёрами и ремонтом всегда занимались вместе, честно распределяя работу и вырученные деньги.

Позже, когда я умом стал понимать, что только ремонтом не смогу заработать столько, чтобы гаражное дело превратилось в прибыльный бизнес, а мы бы смогли арендовать большое помещение и нанять ещё хотя бы одного-двух дополнительных рабочих, я устроился на вторую работу. Поменял я их на своей памяти чрезвычайно много. И только когда денег хватило на то, чтобы вложиться в собственное небольшое дело и снять более-менее подходящее помещение, я именно так и поступил.

Витя оказался хорошим, отзывчивым и ответственным человеком, но завязываться на вопросах аренды и дополнительных вложений он напрочь отказался. Мне пришлось тащить всё в одиночку. Самому нести на себе все риски, заниматься финансовыми вопросами и привлекать новых клиентов. Времени на черновую работу оставалось всё меньше, Витю пришлось поставить старшим мастером, полностью доверяя ему приём машин, ремонт и распределение обязанностей между сотрудниками.

Очень хорошо помню период голодовки, когда приходилось туго завязывать пояса, а принимать помощь от мамы, которая и сама-то не слишком много зарабатывала в тот период, я напрочь отказывался.

Я невероятно хорошо помню моменты, когда вложения не оправдывались, а на зарплату тройке работников приходилось брать в долг у друзей, а потом самому ремонтировать их машины ночью бесплатно. И в те самые моменты хотелось плюнуть на всё и сказать: «Стоп! С меня хватит! Закрываемся к чёртовой матери, я открывался не для того, чтобы работать в убыток и жрать один раз в день!»

Я очень хорошо помню грязь, въевшуюся в собственные пальцы, застрявшую под ногтями, которую было не отмыть ничем.

Так что же для меня значат мои ремонтные салоны? Да всё! Это вся моя жизнь, мои страдания, ущемления и мечты. И да. Я добился успеха. Судьба оценила мои старания, подарив мне возможностью не ночевать в плохо отапливаемом помещении, а наблюдать картину со стороны, находясь в тепле и комфорте собственного кабинета. Удача мне улыбнулась, позволив вывести машинное масло и грязь со своего тела, оставив позади постоянные лишения и хронический недосып. Дала возможность дышать нормальным воздухом, а не прогорклой копотью непроветриваемого помещения. И при этом открыла мне новые двери, за которыми было много нужных и полезных знакомств, подсказала ещё одну ветку параллельного бизнеса, которая набирает обороты постоянно, оставила рядом со мной друга, соратника и коллегу, с которым мы плечом к плечу трудились в спёртом воздухе в самых отвратительных условиях, которые только можно себе вообразить. И я безмерно благодарен судьбе, что в моей жизни есть как минимум один человек, который прошёл со мной все невзгоды, который был рядом, когда было тяжело, на которого я всегда могу положиться и прийти за советом, и которому я доверяю, как самому себе.

Виктор работает у меня до сих пор. Я предлагал ему перейти на административную работу, потому что до конца жизни гробить своё здоровье, лёжа под автомобилем с затёкшими руками и шеей (на самом деле, теперь я в первую очередь думаю о своих рабочих — у меня достаточно подъёмников и, в принципе, довольно-таки неплохие условия труда), это всё не то, что я желал бы своему другу. Но Виктор отказался.

— Да не моё это всё, Старый. Куда-то ты меня пихаешь-то? Дай мне в руку ключ и гайку, я любого мертвеца заставлю ездить, как молодого. Не пойду я по твоим кабинетам рассиживать.

— Это такой сложный вопрос? — голос Саши слышу, будто со стороны. Интересно, надолго я выпал из настоящего, погрузившись в своё прошлое?

— На самом деле, личное неотделимо от бизнеса, а бизнес — от личного. Поэтому, да. Сложный.

— По тебе не скажешь, что ты боишься сложностей.

— А ты? — мы оба ступили на зыбкую почву, но раз это уже произошло, то молчать я не стану. — Вы давно с Михаилом вместе?

Девушка окинула меня осуждающим взглядом. Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять. Вопрос ей не понравился. Но по-другому вряд ли могло быть. А ответ мне важен.

— Давно. Почему тебя это интересует?

— Потому что отношения должны приносить радость. А у тебя в глазах лишь застывшая грусть и разочарование. Я понимаю, что это не моё дело, но промолчать не могу. Кроме нас ведь здесь никого нет.

— Ты слегка преувеличиваешь. И спасибо, что не акцентировал внимание на нашем знакомстве. В этом ничего плохого нет, но объясняться потом мне пришлось бы очень долго.

— Можешь не благодарить. Не передумала насчёт обеда? — я не питаю лишних иллюзий. Разумеется, она не передумала. И не передумает в ближайшее время.

— Я ведь мастера жду. Забыл? — ну да, вполне логичная отговорка. Тем более что именно на неё я и рассчитывал.

— Хорошо. А если я приглашу тебя на ужин? Кого будешь ждать вечером?

— Аристарх, я не ужинаю ни с кем кроме Миши.

— Может пора это исправлять?

— Большое спасибо за то, что решил меня подвезти. Но я ведь не спрашивала твоего совета.

— Я советы налево и направо не раздаю. Тем более, когда они никому не нужны. Просто хотелось бы встретиться с тобой в неформальной обстановке. Что скажешь?

— Скажу: «Нет».

Окей. Всё по плану. Другого я и не ожидал. Пока.

— Я всё понимаю. Но если ты передумаешь, дай только знать.

Саша отвернулась и молча стала наблюдать в окно за проносящимися мимо картинами.