Глава 40

Вернувшись вечером домой, я занялась разбором вещей, что зачем-то оставила на сегодня, хоть могла всё это сделать ещё вчера. Счастливая улыбка не сходит с моих губ, а мыслями я нахожусь где-то очень далеко за пределами своей квартиры.

Когда раздался неожиданный звонок в дверь, я, заглянув в глазок, мигом растеряла всю свою душевную невесомость и воодушевление. Ну конечно, я ведь должна была предусмотреть, что он всёе же приедет сегодня.

— Здравствуй, милая.

Заглянув в глаза этому мужчине, я так и не смогла разглядеть проблеска ни единого чувства. Только теперь я поняла, у кого научилась подобной абсолютной невозмутимости и внешнему спокойствию. Да, Миша — великолепный учитель. Почти во всём.

— Здравствуй, Миша.

Отодвигаюсь в сторону, давая ему возможность пройти внутрь и объяснить причины своего появления.

— Не думала, что ты приедешь.

— Я соскучился по тебе, — он ждёт от меня хоть какой-то реакции, но его близость теперь оставляет меня полностью равнодушной. — Как оказалось, ты настроена серьёзнее, чем я мог ожидать.

— Поговорим?

— Я только за.

— Кофе?

— Обойдусь.

— Я всё же налью, — у меня ещё остался тот самый, который предпочитает этот мужчина. Когда-то я специально заказывала его любимый сорт, стараясь угодить.4f7b7c

Мы прошли на кухню. На этот раз я не чувствую никакого нервного напряжения или неуверенности. Теперь я чётко осознаю, что всё делаю правильно. Вопрос, не поздно ли? Но уж лучше поздно…

— Как твои экзамены?

— Неплохо. Но, наверное, я могла бы и лучше.

Он вальяжно уселся на диван, не сводя с меня пронзительного взгляда. Я стараюсь не смотреть в его сторону, поэтому всё своё внимание уделила приготовлению кофе. Когда я уже была готова взять в свои руки кружку с горячим дымящимся напитком, неожиданно почувствовала его жадные ладони на своей талии, а сам мужчина плотно прижался ко мне сзади.

— Саша… Я так по тебе соскучился… Думать не мог ни о чём другом… До дрожи бесился, когда ты игнорировала мои попытки связаться с тобой. Я не понимаю, с чего был этот взрыв…

Когда-то я растаяла бы лишь от одних эмоций его страстного полушёпота.

Когда-то чувства к нему сводили меня с ума, а наши вынужденные ограничения каждый день отдавались звучными острыми молоточками где-то глубоко внутри.

Когда-то я сама заставила себя смотреть на эти отношения как на что-то неуловимое, необъяснимое. И я должна была не позволить своей привязанности сломать меня. Я заставила себя морально держаться на расстоянии, прекрасно понимая, что этого человека рано или поздно мне придётся отпустить навсегда.

Когда-то я не смогла уйти, нуждаясь в этом человеке, как в воздухе.

Когда-то давно он был для меня целым миром. По-настоящему недостижимым. Желанным.

Теперь всё изменилось.

— Миш. Сядь на диван. Твой кофе готов.

Его руки держат в цепкой хватке. А я больше не пытаюсь освободиться. Потому что моя душа от него уже свободна. Его губы скользят вниз вдоль шеи, оставляя горячую дорожку из поцелуев, а он, как одурманенный, шепчет моё имя. Но на этот раз мне уже всё равно.

— Саша, — его голос не вызывает никаких эмоций, я поворачиваюсь лицом к Мише в кольце его рук, не желая говорить всего, что собираюсь. Но лучше будет, если всё же сказать. — Пусть кофе подождёт. Скажи, что произошло? Меня не устраивают ответы в стиле МНЕ НАДОЕЛО и Я ХОЧУ ПО-ДРУГОМУ. Когда я предлагал тебе по-другому, ты всегда отказывалась. Любой кризис можно преодолеть. Вдвоём. И всё будет, как раньше. Так, как тебя устраивало всегда.

— Как раньше уже не будет. Миша, мои чувства к тебе прошли. Да, они были невероятно яркими. Когда-то, — из глубин памяти совершенно не вовремя возник разговор со Стасом. «Я больше тебя не люблю. Я не хочу быть с тобой». Это больно. Невероятно больно. Но только сейчас я осознала, что Стас много лет назад всё сделал правильно. Пусть он выбрал не самый подходящий момент, пусть он подобрал не самые лучшие слова, но такое признание намного честнее, чем будущее рядом с человеком, от которого больше не горят глаза. Прикосновения которого оставляют полностью равнодушным, если не хуже. Это недостойно по отношению к обоим. В таком случае неизбежны измены, пренебрежение партнёром, обман, недоговоры. Искреннее признание это лучше, чем старательно делать вид, что всё в порядке, и жить с нелюбимым человеком. Только сейчас я отпустила многолетнюю обиду на бывшего мужа, который всё же благоразумно утаил от меня некоторые нелицеприятные подробности нашей с ним супружеской жизни, о которых я узнала уже после развода. — Прости, Миша. Я знаю, что слышать такое очень неприятно. Но это так. Наши отношения последнее время меня очень тяготили. И решиться на тот разговор было не так уж легко. Ничего уже не вернуть.

— А я не намерен вот так всё заканчивать.

— И что ты намерен делать? Привязать к себе верёвкой? Зачем? Разве это что-то изменит?

— Саша, ты пойми, я ведь много чего могу тебе дать, если ты перестанешь отказываться и идти по жизни по принципу Я САМА. Намного больше того, что получится у другого мужчины. Но, во всяком случае… — Миша нежно обнял меня, мягко заставив уткнуться в его шею, но прошла ещё секунда, и я вовсе перестала его слышать. Потому что аромат мужских духов вкупе с терпким запахом его кожи сотворили с моим желудком нечто невероятное. Отвратительная волна внутреннего спазма, казалось бы, окатила все мои внутренности. Меня сейчас вывернет наизнанку.

В ужасе отталкиваю потрясённого мужчину и на всех порах устремляюсь в туалет, даже не успев закрыть дверь на замок. Так противно и обидно оттого, что всё происходит в такой неподходящий момент, мне не было очень давно. Надеяться, что Миша ни о чём не догадается… Ну в общем, этот вариант рассматривать бесполезно. Придётся признаваться. Во всём.

Чувствуя невероятную слабость, я поставила тщательно выполощенную зубную щетку на место. Слегка обтёрлась полотенцем (предпочитаю, когда кожа лица обсыхает сама), бросила взгляд в зеркало и с ужасом осознала, что Миша стоит в дверях, опершись о косяк и сложив руки на груди. Чёрт. Сколько он успел увидеть? Хотя какая уже разница? Даже если он не видел, то услышал уж точно.

— Ничего больше не хочешь мне рассказать?

Я снова в ловушке. И, кажется, теперь сценарий нашего разговора продолжает мужчина.

— Какой срок?

Отнекиваться и врать? Нет уж. Бежать от правды бессмысленно.

— Очень маленький.

А это что? В глазах мужчины пляшут озорные лучики. Не может быть…

Ему вообще не понадобилось время на осознание сказанного. В привычно-настороженных голубых глазах расцвёл светлый, яркий огонёк, а образовавшиеся от искренней улыбки морщинки вообще потрясли меня до глубины души.

— Милая, это же замечательно. Просто прекрасно, несмотря на то, что ты всегда отказывалась от подобной возможности. Я очень рад, правда.

Господи…