Часть 1. Анна · Глава 1

Перемещение вышло комфортным и практически незаметным. Лишь легкая зеленоватая дымка под ногами указывала на остатки рассеивающегося волшебства.

— Ты кто? — тихий всхлип неожиданно вывел из задумчивого созерцания собственных ног в коротких замшевых сапожках, тонущих в пушистом белом снегу.

Подняла растерянный взгляд и непроизвольно вскинула брови, выражая простым мимическим жестом крайнюю степень изумления. А если верить Иренеусу Эйбл-Эйбесфельду, послала таким образом неосознанный сигнал другому человеку о намерении подойти и установить социальный контакт.

Но увлекательные теории австрийско-немецкого биолога в данный момент занимали пытливый ум меньше всего. Потому что на толстом бревне сидела моя замерзшая копия. Она горестно хлюпала носом и куталась в черное бархатное пальто, отороченное на рукавах похожим на чернобурку мехом. Роскошная вещица явно не предназначалась для долгих прогулок на морозе. Так же как и изящная широкополая шляпа, украшенная причудливым пером какой-то крупной птицы.

При взгляде на незнакомку в голове невольно возникал диссонанс. Девушка в богатой одежде выглядела до невозможности изможденной и уставшей. Огромные ореховые глаза покраснели от слез. В них отражалось не просто горе. Там царила вселенская тоска.

Следовало признать, что мы оказались невероятно похожи. Разве что пергаментная бледность ее кожи свидетельствовала либо о недуге, либо о продолжительных моральных терзаниях, сопряженных с отказом от пищи.

Я тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли. Огляделась и удивленно замерла, пытаясь осознать увиденное. Расстроенная «близняшка» рыдала на опушке мрачного векового леса. Раскидистые ели, покрытые тяжелыми снежными шапками, недвусмысленно намекали на непроходимые тропы и обилие опасных диких зверей. В этом странном, завораживающем первозданной красотой месте не слышалось присущих живой природе звуков. Угрюмую тишину нарушало лишь завывание ветра и тягостный скрип покачивающихся колючих макушек.

Вдали, за утопающими в сугробах хлипкими кустиками, виднелась небольшая деревушка. Весьма унылая. Около двадцати кособоких домиков испускали в небесную вышину куцый сероватый дымок, тонкой струйкой исходящий из печных труб.

У дороги примостился захудалый постоялый двор. Там деревенские мужики в тулупах и какие-то парни в подбитых мехом коричневых плащах суетились вокруг убогой кибитки, пытаясь пристроить на место отвалившееся колесо.

Стоящие рядом телеги на полозьях выглядели гораздо добротнее крытого серой парусиновой тканью недоразумения. И пригоднее к зимней дороге. Однако всю полезную площадь на них занимали старинные обшарпанные сундуки.

— Меня зовут Анна Боженова, — присела рядом и попыталась собраться с мыслями. — Понимаю, что дальнейшие слова покажутся очень странными, но я прибыла из другого мира. И на закате должна отправиться обратно, потому что перемещение вышло спонтанным, а мироздание не приветствует нарушение равновесия. Сейчас чародейка готовит обряд, а я попираю законы вселенной и знакомлюсь с двойником. Кстати, ты — мое отражение, поэтому при желании можем поменяться местами.

— Энни де Божен, герцогиня де Гранд, — представилась девушка, реагируя на удивление спокойно. — Не поверишь, перед твоим появлением отчаянно молилась Богам. Просила подарить возможность сбежать от своей никчемной жизни куда подальше. Поэтому морально готова на добровольный обмен. Но ты не выглядишь счастливой. Расскажи, что произошло? От кого скрываешься?

Грустно усмехнулась, зябко поежилась и поплотнее закуталась в подаренный колдуньей плащ. Вздохнув и устремив невидящий взор вдаль, приступила к повествованию:

— Я учусь в престижном университете на юридическом факультете. Сегодня утром пришла на практику в крупную компанию. Директор собрал нас в комнате отдыха, чтобы познакомиться и распределить по отделам. Но в разгар беседы в комнату ворвалась странная дамочка. Не успела понять, кто эта фурия: просто знакомая или любовница босса. Ревнивая тетка начала истошно вопить и сыпать проклятиями. То ли задумка интриганов сработала, то ли иномирный двойник с обрядом перемудрил, пытаясь поменяться с ней местами, но в итоге в открывшуюся пространственную дыру затянуло ни в чем не повинных студенток.

Самое странное, что мы оказались невероятно похожи. Как-будто специально подбирали. Все как одна кареглазые брюнетки с длинными вьющимися волосами, прямыми носами, изящно изогнутыми черными бровями и красиво очерченными пухлыми губами. Если бы не знала собственной родословной, то решила, что Инна и Ольга мои родные сестры.

Перемещение оказалось относительно комфортным. Наша компания дружно вывалилась неподалеку от симпатичного лесного домика, в котором творила волшебство Лилия. Очень приятная женщина. Землянка с внешностью, поразительно похожей на нашу.

Она долго сокрушалась, что не удалось перетащить злодейку Лею — скандальную пассию руководителя фирмы. Но на закате собирается снова совершить призыв. Проведет ритуал по обмену всех попаданок на сбежавшую колдунью. Пока идет подготовка, мы с девчонками решили немного попутешествовать. Очень интересно посмотреть, как живут наши «близнецы».

— Расскажи о своем мире, пожалуйста.

— Там совершенно нет магии. Все держится на научных достижениях и современных технологиях. Из разумных существ только люди.

— А как жители планеты относятся к искусству? Я, например, обожаю рисовать, но на Эллии по-настоящему ценятся только объем резерва и направленность дара. У меня его сущие крохи, а талант к живописи никому не интересен.

— Ну надо же, какое совпадение. Мои родители — владельцы художественной галереи. Брат — известный скульптор. А я — полная бездарность с аналитическим складом ума и тягой к самообразованию. Эдакое приземленное ничтожество рядом с возвышенными и утонченными полубогами.

— Поэтому хочешь сбежать? — удивилась собеседница.

— Не только, — плечи безвольно опустились под тяжестью пережитого предательства. — Сразу после школы я выскочила замуж за Андрея. Юной и полной радужных надежд девушке он казался таким взрослым, серьезным, понимающим. Настоящим оплотом, способным согреть и уберечь от любых невзгод. Муж уже закончил институт и работал в солидной организации.

Я поверила сладким речам о безбрежной любви. Утонула в ванильных грезах о безоблачном счастье. Растаяла от просьб подарить ему долгожданного малыша. В общем полностью пропиталась романтическим флером и навязанными мечтами. А надо было действовать с умом: сначала получить высшее образование и уже потом думать о детях. Но теперь поздно сожалеть.

Мы живем в моей квартире, доставшейся в наследство от деда. Финансовых трудностей не испытываем. Известию о беременности супруг несказанно обрадовался. По крайней мере сидящей рядом с тобой наивной дурочке так показалось.

Срок беременности уже четыре месяца. Недавно живот чуть округлился, и супруг отреагировал на изменения весьма восторженно. Или просто умело поддерживал во мне иллюзию безоблачного семейного счастья. Теперь уже и не разберешь.

Вчера решила сделать ему сюрприз. Сказала, что ухожу на учебу, а сама помчалась в поликлинику делать ультразвуковое исследование. Хотела узнать пол ребенка и порадовать благоверного точным результатом. Хотя он клялся, что будет одинаково рад и наследнику, и маленькой принцессе.

Не представляешь, как ликовала, услышав от врача уверения, что ожидается мальчик. Трясущимися руками рассматривала черно-белые снимки и рыдала от гордости. Ведь для любого мужчины сын — это гарант продолжения рода.

Едва успокоилась, отправилась обратно, чтобы сообщить радостную весть. По пути мой шаг постоянно срывался на бег. За спиной будто выросли крылья. Они гнали и гнали вперед. Уговаривали воспарить и упасть в объятия будущего папочки.

Не помню, как домчалась до дома. Долго не могла попасть ключом в замок. Руки дрожали от накатывающей эйфории. Чудом справилась и ввалилась в прихожую. А потом услышала шум на кухне. Влетела, а там…

Андрей и моя лучшая подруга Катька. Совершенно обнаженные. Они утопали в пучине страсти и заодно проверяли обеденный стол на прочность. Эта разнузданная картина так и стоит перед глазами.

И знаешь, что самое обидное? Меня даже не заметили. Так сильно увлеклись процессом.

С трудом сдержала рвущиеся рыдания и поспешила укрыться в спальне. Но и там ждал сюрприз. Повсюду валялась одежда соперницы. Стринги пошло свисали с бра. Лифчик узурпировал торшер. Колготки украшали люстру. А наша кровать напоминала зону боевых действий. Даже постельное белье не выдержало напора сладкой парочки и порвалось в нескольких местах.

В тот момент словно шоры упали с моих глаз. Стало понятно, что их горячая встреча не первая и далеко не единственная. Люди, которые недавно стали любовниками, столь раскрепощенно себя не ведут. Особенно по утрам, когда законная супруга едва покинула семейное гнездышко.

Я как подкошенная рухнула в кресло и позвонила маме. Вывалила все без утайки. Думала, услышу уговоры спасти брак ради ребенка. И даже в глубине души жаждала этого. Но она выдала совершенно иное. Безапелляционно заявила, что во главу угла необходимо ставить собственное счастье. Униженная, затюканная и всепрощающая жена возвышенных чувств не вызывает. Только жалость. И это не лучший пример для малыша.

Не успела закончить телефонный разговор, как в комнату ввалилась целующаяся парочка и снова меня не заметила. Я так и продолжала сидеть в углу, отстраненно наблюдая за изменой. Заодно переосмысливала жизненные приоритеты и собиралась с силами.

Ты даже не представляешь, насколько это невыносимо. Миг и выстраиваемый годами воздушный замок рассыпается в пыль. Радужные мечты, надежды, чаяния рассеиваются, словно дым. И не остается ничего, лишь горькие слезы, душераздирающая боль и крохотный сынишка под сердцем.

Еле хватило выдержки, чтобы подняться, достать чемоданы и покидать в них мужские вещи. Потом отобрала у супруга и бывшей подруги ключи от квартиры и выставила сгорающих от стыда любовников за дверь.

Не стала устраивать скандал и топать ногами. Действовала молча, пребывая в полной прострации. От предпринятых ими попыток оправдаться полностью отрешилась. В тот момент физически не могла вникать в глупые отговорки. Все и так предельно ясно.

Ну а потом я ревела, скулила и выла в голос, как раненый зверек. Забылась тревожным сном только на рассвете. А дальше моя жизнь полностью переменилась. Сижу вот на бревне в дремучем лесу где-то за тридевять земель и плачусь в жилетку своему отражению.

— Я тоже беременна, — всхлипнула Энни. — Срок четыре месяца. Жду доченьку. И мы с ней абсолютно никому не нужны.

На этих словах обнялись крепко-крепко и разрыдались. Иногда необходимо родное плечо, хотя бы иномирного двойника, чтобы вдоволь поплакать и выплеснуть боль.