Глава 15

На следующий день я встретилась с адвокатом. Я рассказала ему обо всём: о визите Сергея в детский сад, о его словах, которые он говорил ребёнку.

— Это типичная тактика давления, — спокойно ответил он. — Но суд будет смотреть на факты. Сергей никогда не проявлял особого участия в воспитании ребёнка, это легко доказать. Главное, соберите больше свидетельств. Воспитатели из детского сада, ваши друзья и родственники.

— Но если он и дальше будет манипулировать сыном? — спросила я с беспокойством.

— Это серьёзный аргумент в вашу пользу. Суд крайне негативно относится к попыткам использовать ребёнка в таких целях. Мы можем подать встречное заявление о запрете их общения, если это повторится.

Его уверенность немного успокоила меня.

Вечером, того же дня, я решила поговорить с воспитательницей из детского сада, чтобы предупредить её. Она встретила меня с тревогой в глазах.

— Вы знаете, он опять приходил сегодня, — сказала она. — Сергей говорил, что хочет забирать Илюшу сам, без вашего согласия.

Я почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Вы не разрешили ему? — спросила я, с трудом сдерживая волнение.

— Конечно, нет. Мы не отдадим ребёнка без вашего разрешения, — ответила женщина, но её голос выдавал, что ситуация её напугала. — Может быть, вам стоит обратиться в полицию?

Я понимала, что это может стать следующим шагом. Сергей явно намерен пойти на крайние меры. Я позвонила своему адвокату.

— Он явно переходит все границы, — отрезал он. — Мы можем подать заявление о временном ограничении общения Сергея с ребёнком. Суд примет его, если будет достаточно доказательств, что он представляет угрозу.

Я согласилась. Это решение давалось мне тяжело, ведь Илюша любил отца. Но я знала: моя обязанность — защитить сына.

Слава небесам, что воспитатели согласилась дать письменное заявление, подтверждающее, что Сергей создавал проблемы и давил на сына. Это было важным шагом в моём деле.

На работе я старалась не показывать своё состояние. Проект полностью поглотил меня, и это было спасением. Каждый день я приходила раньше, чем все, и уходила позже. Это помогало избежать ненужных разговоров, особенно с Татьяной.

Тем более, что Денис проявлял ко мне знаки внимания. Его заботливый взгляд, короткие, но значимые фразы — всё это заставляло меня чувствовать себя увереннее. Он был рядом, словно невидимая опора, которая, несмотря на всю её ненавязчивость, становилась всё более ощутимой. Я ловила себя на мысли, что жду этих моментов. Но где-то внутри засела заноза — он женат.

Во время обеда я сидела за привычным столиком в углу столовой, погружённая в мысли о документах. Шум вокруг казался далеким, пока знакомый голос не вывел меня из этого кокона.

— Яна, можно к вам? — раздалось рядом.

Я подняла голову и увидела Дениса с подносом в руках. Его взгляд был таким же внимательным, как всегда, но сегодня в нём читалось что-то большее — будто он искал не просто разрешения присесть, а ответа на незаданный вопрос.

— Конечно, — ответила я, невольно улыбнувшись.

Он сел напротив, спокойно отставив поднос. Некоторое время он молча смотрел на меня, пока я не почувствовала, что начинаю нервничать.

— Вы слишком напряжены, — начал он, облокотившись на стол. — Я понимаю, что работа важна, но вы не должны забывать о себе. Ваша энергия не бесконечна.

— Это временно, — быстро ответила я, стараясь не показать волнения. — Просто слишком много всего навалилось.

— Я знаю, — его голос был мягким, почти интимным. — Но если вы будете продолжать в таком темпе, скоро не останется сил ни на работу, ни на сына.

В его словах было столько заботы, что я почувствовала, как что-то тёплое разливается внутри. Я привыкла, что ко мне относятся либо с осуждением, либо с равнодушием. Но Денис… Он искренне хотел, чтобы мне было легче.

— Позвольте себе немного слабости. Это нормально, — продолжил он.

— Слабости? — переспросила я, пытаясь скрыть улыбку. — Вы хотите сказать, что иногда можно ничего не делать?

— Именно, — он кивнул, улыбнувшись. — Или, хотя бы, позволить кому-то разделить с вами тяжёлые моменты.

Я почувствовала, как его слова задевают что-то глубокое внутри меня. Слишком долго я считала, что должна справляться сама. Но теперь, сидя напротив него, мне казалось, что я готова хотя бы на мгновение отпустить этот груз.

— Вы уверены, что именно такие советы должен давать генеральный директор? — вдруг спросила я, стараясь разрядить атмосферу.

Денис усмехнулся, его глаза заискрились весёлым светом.

— Я же не только генеральный директор, но и еще и обычный человек, который может проявлять заботу о людях, которых уважаю.

Его слова прозвучали так просто, но я чувствовала, что в них скрыто что-то большее. Сердце чуть дрогнуло, но я быстро отогнала эту мысль. Он женат, напомнила я себе. Это просто его стиль общения.

— А вы? — продолжил он. — Вы всегда такая сильная? Или когда-нибудь позволяете себе просто быть собой?

Его вопрос застал меня врасплох. Никто раньше не задавал его так прямо, как будто он видел меня насквозь. Я отвела взгляд, стараясь не выдать своих эмоций.

— Сильной приходится быть, — ответила я наконец. — Когда есть ребёнок, работа и… всё остальное, не остаётся выбора.

— Это неправда, — мягко возразил он. — Выбор всегда есть. Иногда его сложнее увидеть, но он есть.

Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как внутри всё замирает. Его глаза были такими искренними, такими тёплыми, что мне на мгновение захотелось поверить его словам. Но я знала, что это опасно.

— А вы? — решила я сменить тему. — Когда позволяете себе быть слабым?

— Не так часто, как хотелось бы, — ответил он, и в его голосе мелькнула нотка грусти. — Но я стараюсь учиться. Жизнь слишком коротка, чтобы не быть честным с самим собой.

Его слова снова задели меня. Честность. Когда в последний раз я была честной с собой? Когда позволяла себе мечтать о чём-то большем, чем просто борьба за выживание?

Обед закончился, Денис встал первым, взял поднос и посмотрел на меня.

— Яна, я не хочу быть навязчивым, — сказал он спокойно. — Но если вам когда-нибудь понадобится человек, поговорить по душам, можете обращаться.

— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как эти слова оставляют глубокий след.

Я смотрела, как он уходит, и понимала, что он действительно испытывает ко мне симпатию, но я не знала, могу ли позволить себе эту близость. В его словах и действиях было столько искренности, что мне хотелось довериться ему…

Но наше неформальное общение с Денисом не осталось незамеченным. Стоило мне переступить порог кабинета, как насмешливый голос Татьяны словно ударил меня по спине.

— Ну, ты просто звезда, Янка, — её тон был напоён ядом, но в нём отчётливо слышались ревностные нотки. Она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и улыбнулась с той издёвкой, которая всегда ранит глубже слов. — Только вернулась из декрета, а уже такая любимица генерального. Как тебе это удаётся?

Я сделала глубокий вдох, стараясь не реагировать. Внутри всё закипало, но я понимала, что любое слово, сказанное сейчас, будет использовано против меня.

— Таня, это работа, — ответила я ровным голосом, не поднимая на неё взгляда. — Это не имеет никакого отношения к личному.

— Ага, конечно, — её смех прозвучал коротко и неприятно. — Просто у тебя всегда всё складывается. Квартиру себе оставила, теперь на работе всё получаешь. Везучая. Может, он ещё и разведётся ради тебя?

Эти слова, сказанные как будто в шутку, ударили меня больнее, чем я ожидала. Я почувствовала, как сердце сжалось, а в груди начала подниматься волна гнева и обиды. Мне хотелось ответить резко, но я знала, что это только разожжёт огонь.

— Таня, я не знаю, что ты пытаешься этим сказать, — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие. — Но твои комментарии звучат неуместно.

Она усмехнулась, словно я только что подтвердила её догадки.

— Конечно, уместно, — ответила она, опустив взгляд на свой компьютер, как будто продолжала работать. — Просто замечаю, как некоторые умеют всё ловко устраивать, притворяясь бедными овечками.

Я посмотрела на неё, и собрав всё своё терпение, проговорила твердо:

— Если у тебя есть претензии, давай обсудим это напрямую. Или держи свое мнение при себе.

Она усмехнулась и вернулась к своему компьютеру. Я знала, что это не конец, но теперь понимала, что наши отношения с Татьяной достигли точки, за которой начинается конфликт.

Мало мне было проблем на работе, так еще и дома не было покоя. Уложив вечером Илюшу спать, я отправилась на кухню, чтобы вымыть посуду. Тогда-то и раздался громкий стук в дверь. Звук был таким неожиданным и резким, что я замерла на месте, чувствуя, как сердце забилось сильнее. Осторожно подошла к двери, заглянула в глазок и увидела Сергея. Его лицо было красным, а взгляд — раздражённым и затуманенным. Даже сквозь дверь я могла почувствовать, что он выпил.

— Открывай, Яна! — его голос разнёсся по подъезду, заставив меня вздрогнуть.

Я на секунду закрыла глаза, пытаясь собрать себя. Глубоко вдохнула.

— Чего ты хочешь? — спросила я через дверь, стараясь говорить спокойно, хотя голос слегка дрожал.

— У нас с тобой общий сын, забыла? — его голос зазвенел сарказмом. — Или ты решила, что теперь можешь делать, что хочешь? Что я больше никто?!

Его слова звучали громко и пронзительно. Он был как пружина, готовая разжаться в любую секунду. Я чувствовала, как напряжение за дверью нарастает.

— Сергей, — начала я ровным голосом, — мы всё решаем через адвокатов. Ты знаешь это. Сейчас не время и не место для таких разговоров.

— Адвокаты! — он засмеялся хриплым, странным смехом, отчего у меня побежали мурашки. — Конечно, как удобно! Ты решила вычеркнуть меня из его жизни? Ты вообще подумала, каково ему без отца?

— Никто не пытается вычеркнуть тебя, — ответила я, чувствуя, как внутри поднимается страх. — Ты сам делаешь это своим поведением. Уходи. Ты пьян и не в состоянии нормально разговаривать.

Я уже отошла от двери, но тут он резко ударил по ней кулаком, и она задрожала на петлях. Звук был таким громким, что у меня перехватило дыхание.

— Ты не имеешь права! — закричал он, ударяя снова. — Ты забрала у меня всё! Квартиру, сына, жизнь! Ты просто… ты сука, Янка!

Его слова резали, как нож, но больше всего меня пугал его тон. Он был не просто злым — он был потерянным, отчаявшимся, и от этого ещё более опасным.

— Уходи, иначе я вызову полицию! — прокричала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но внутри всё дрожало.

На мгновение наступила тишина. Я слышала его тяжёлое дыхание за дверью. Затем он начал говорить, тише, но злее:

— Ты рыдать будешь… Валяться у меня в ногах и просить вернуться…

Сергей снова ударил по двери, но на этот раз слабее, словно энергия уже покидала его. Спустя пару секунд я услышала, как его шаги начали удаляться по лестнице.

Меня трясло от пережитых эмоций. Села на диван, стараясь успокоиться. Хорошо Илюша ничего не слышал и крепко спал. Но это становилось опасно. Сергей пугал своей агрессией.