Глава 3

Квартира у нас большая. Двухуровневая, с огромной кухней и гостиной, с тремя спальнями — одна наша с мужем, а две бывшие детские теперь гостевые. Санузла, само собой, два — один на первом этаже и один на втором.

Мы в тот вечер уже разошлись по комнатам до утра, но у Лешки после принятого на грудь все никак не проходило игривое настроение. Да и я была не склонна оставлять мужа на голодном пайке, когда квартира полна шлюшек, которые задом перед ним крутят. В общем, после хоть и тихого, но качественного секса Лешка отрубился, а я пошла в ванную.

Крадусь по коридору и слышу шум воды, а дойдя до угла, вижу пробивающийся из-под двери свет.

Проклятые гости! Все никак не угомонятся!

Делать нечего. Спускаюсь на первый этаж. Свет не включаю — мне хватает того, что дают развешенные в гостиной новогодние гирлянды. И тут слышу сдавленный мужской хрип, шепот и шаги. Прижимаюсь к лестнице и вижу, как из гостиной на цыпочках выбегает Рита — белые волосы хорошо видны в темноте — и мчится в гостевой санузел, вытирая на ходу рот.

А следом появляется мужская фигура и хлопает резинкой спортивных штанов! Не знаю каким чудом мне удается взлететь обратно и спрятаться у себя в комнате! Щеки пылают, прикладываю к ним холодные ладони и все никак поверить не могу, что пока Света мирно дрыхнет, ее дочурка ублажает отчима!

Стояла у двери, прислушиваясь, минут десять. Дождалась, пока все уже точно разошлись по комнатам, и только тогда добралась до ванной. А потом полночи уснуть не могла.

Когда утром попыталась все рассказать мужу, он не поверил.

— Не может такого быть!

— Леш, я сама видела! Ты же не хочешь сказать, что у меня галлюцинации? — попробовала его вразумить.

— Не хочу. Просто ты, Настюш, Мишку недолюбливаешь и к девочкам предвзята. Это наверняка Света была — у нее тоже светлые волосы, ты просто в темноте перепутала.

— Ничего я не перепутала! Я, по-твоему, еще и дальтоник? Не отличу пепельный блонд от золотистого⁈ — вышла я из себя.

Я пока своим глазам верю. Это сто процентов была Рита. А так как мой Леша в это время удовлетворенный спал, ее партнером был Миша. Муж ее матери! Кошмар.

— Мой брат никогда до такого не опустится. При всех своих недостатках Мишка не такой. Если вдруг ему хочется налево, он сначала разводится, а потом туда идет. Завязывай, Настюш, надоело.

Вот это его «надоело» было первым звонком. А я не поняла и продолжила наблюдать за этими двумя девицами. И, конечно же, не прошло и дня, как я получила новые доказательства того, что не зря плохо о них думаю.

Стоило мне отвлечься на приготовление праздничного торта к чаю после ужина, как Натуся взялась за моего Лешу.

Взбиваю венчиком крем, останавливаюсь, чтобы передохнуть, а то рука устала, и слышу женский вскрик из гостиной. Иду проверить, что там стряслось, эти гости неуклюжие не разбили ли чего? И что же вижу⁈

Сидит эта синеволосая Мальвина на полу, губы свои сделанные надула, лицо жалобное-жалобное, а мой муж сидит перед ней на коленях и ногу ее голую осматривает! Прямо щупает двумя руками от щиколотки до колена!

— Больно! — вскрикивает аферистка, когда он куда-то там нажимает.

И голос такой томный! Как у девственницы в первую брачную ночь на супружеском ложе.

— Что тут произошло? — спрашиваю ледяным тоном.

Лешка вообще не вздрагивает. Смотрит на меня честными глазами. Ему, наивному, даже невдомек, что его соблазнить пытаются.

— Наташа хотела звезду на елке поправить и упала, — говорит полным сочувствия голосом.

Звезду? О да! Она точно звезду хотела, но не поправить, а пристроить! И не на ёлке, а свою!

— А ну-ка дай я гляну, — говорю угрожающе и вхожу в гостиную.

Натуся кривится, но встаёт сама.

— Да нормально вроде бы. Прошло уже. Ничего, йодную сетку сделаю, и совсем отпустит.

— Принести йод? — тут же откликается Лёша.

— Да я сама сейчас принесу и сетку нарисую, а ты знаешь что? Сходи, пожалуйста, в подвал, принеси банку персиков. Забыла утром попросить, — выдумываю на ходу.

Слава нашу дому и тому, что у каждой квартиры есть подвал. Там я храню закатки и отправляю за ними периодически мужа. А то ведь с этими чертовыми доставками уже и в магазин за солью не пошлешь. А иногда — вот, например, в такой момент, как сейчас — его срочно требуется куда-то отправить.

Леша уходит, и мы остаёмся с девицей вдвоем. Очень хочется устроить скандал, но гордость не позволяет. Натуся и так смотрит на меня насмешливо и с жалостью, как будто говорит: «Терпи, старушка, такая уж твоя доля. Куда тебе с молодыми тягаться?» Поэтому всего лишь говорю:

— Присядь в кресло, сейчас все принесу.

Иду в ванную, достаю из аптечки йодный карандаш и возвращаюсь.

— Беспокоит меня все же щиколотка, может, лучше Алексей меня в травмпункт отвезет? — говорит нахалка задумчиво.

Никакой боли в ее голосе нет. Она меня элементарно провоцирует. Хмыкаю.

— А он в темное время суток за руль не садится. Куриная слепота, знаешь ли. Но если настаиваешь, то могу я отвезти. Только в очереди с тобой сидеть не буду. Высажу и уеду. Нет у меня времени на твои концерты. Торт надо доделать.

— Какие концерты? — прикидывается непонимающей Натуся.

— У меня двое сыновей, девочка, и я без всякого рентгена вижу, что нет с твоей ногой ничего страшного. Хочешь провести вечер в травмпункте — на здоровье. Туда, как нашу дорогую гостью, отвезу, но компанию не составлю.

Наталья фыркает и вытягивает ногу, чтобы я ей сетку нарисовала. Но я вручаю ей карандаш и ухожу. Пусть сама справляется.

Однако эта девица затаила злобу и в следующей своей выходке шагнула еще дальше.