Глава 14

Фин

Интересно, у этой странной игры вообще есть правила? Как только я принимаю очередное решение держаться от Яры на расстоянии, нас обязательно что-то сталкивает.

Почему она не позвонила? У меня выходной. Вечер сейчас. Я мог тупо не увидеть это сообщение. Ни хрена пока не понятно.

Майю кинуть я не имею права в любом случае.

«Окей. Заеду» — отвечаю Яре и сворачиваю к офисному зданию, в котором трудится моя женщина.

Цокая каблучками, Майя быстро спускается по ступенькам и садится ко мне в машину. Приятный чмок в щёку. Устало откидывается на спинку сиденья, снимает туфли и вытягивает вперёд уставшие за день ноги.

— Надо к клиенту заскочить, и я весь твой, — сообщаю ей планы на вечер.

— Надо значит надо, — повернув голову, мягко смотрит на меня.

Мы медленно двигаемся через город в сторону коттеджа Салтыковых. По дороге по просьбе Майи покупаю кофе. Она оставляет след от помады на пластиковой крышечке, потягивая миндальный капучино и копаясь в телефоне.

— Ну чего ты так на меня смотришь? — смеётся. — За дорогой лучше следи.

— Поцелуй меня, — прошу, притормаживая перед очередным светофором. Но она не успевает. Сигнал меняется слишком быстро. Приходится двигаться дальше.

Останавливаюсь на обочине на противоположной стороне от дома клиента. Прошу Майю немного посидеть в машине и, забрав сигареты с панели, хлопаю дверью. Перебегаю дорогу. Одной рукой стучу в ворота, второй уже звоню Яре.

— Здаров, а ты чего тут? — хмуро тянет ладонь местный охранник.

— По делам. Привет, — отвечаю на рукопожатие. — Лев дома?

— Нет его с утра. На работу умчал, как обычно. Я ещё удивился, что без тебя. Думал вы всё, контракт расторгли.

Хм. Нормально! В очередной раз убеждаюсь, что я нужен ему для понтов.

Да уж. Работа у нас…

Яра невесомым облаком выходит во двор. В лёгком тонком платье в пол. Сверху короткая вязаная кофточка. Красивая и уютная. Я ни хрена не могу с собой сделать. Сердце в разгон, кровь разогревается, кожа горит, и смотреть на неё хочется не отрываясь. Шквал эмоций просто от того, что она ко мне вышла.

Ветер доносит тонкий запах её духов. Он дразнит ноздри. Затягиваюсь им словно сигаретным дымом. Глубоко, полной грудью. Меня наполняет до отказа. Даже усталости становится как-то меньше.

Какая же всё-таки паршивая выходит ситуация.

Яра приближается, и меня будто ошпаривает кипятком. В дворовом освещении я сразу не разглядел главного. Слёзы! С её тёмных ресниц срываются и текут по щекам крупные солёные капли. Губы искусанные. Она дрожит всем телом, спотыкается о подол и летит прямо в меня.

Ловлю. Ставлю ровно и тут же убираю руки.

Её тёмные волосы частично закрывают лицо, но мне до боли знаком такой взгляд. Глаза застыли в ужасе и непонимании. В них бегущей строкой читается немой крик: «Как мне жить дальше?».

— Пойдём, — решаю снова обнять её за плечи. Веду в сторону садовых качелей.

Она механически передвигает ногами, всхлипывая и всеми силами пытаясь успокоиться.

— Т-там Веста…

— С няней? — заканчиваю за неё. Кивает. — Хорошо. Посиди. Дыши глубже. Я сейчас вернусь.

Добегаю до флигеля, набираю в стакан прохладной воды из кулера и возвращаюсь к Яре. Вкладываю стакан ей в ладошку и сам зажимаю пальцы. Подношу к губам, слегка давлю на них стеклянным краем. Яра отмирает, делает несколько коротких глотков.

Всё ещё не понимаю, почему в таком состоянии она обратилась ко мне. Они вроде с соседкой неплохо общаются, я видел несколько раз. Чем я могу помочь женской истерике?

Сделав глубокий вдох, Яра медленно поднимается с качелей. Я за ней. Страхую, чтобы не упала. Не нравится мне её состояние.

— Может врача?

— Нет, — качает головой.

Смотрит на меня так, что сердце заходится до боли.

— Он мне изменяет… — её голос как хрупкое стекло падает и разбивается под нашими ногами на царапающие кожу осколки. — Мой Лев мне изменяет, — все жилы на её шее напряжены. Она буквально выдавливает из себя каждое слово. — Ты всё знал, Фин? — летит в меня. — Ну конечно ты знал, что мой муж мне изменяет! Ты же тенью за ним ходишь. Давно?

— Яра, успокойся, пожалуйста.

Я не знаю, что сейчас должен ей сказать. Есть ли правильные слова в такой ситуации?

— Давно?! — её безумно красивые глаза вновь наполняются слезами.

— Да, — отвечать тяжело, будто я признаюсь ей в собственной измене.

— Предатель. Вы оба предатели! — горько плачет, закрыв лицо ладонями. — Что мне делать теперь? — поднимает на меня совершенно растерянный взгляд. — Что делать, Фин? — доверчиво утыкается носом мне в рубашку и дрожит. — Я ничего не понимаю. Совсем ничего не понимаю. Почему? Как? Это… Это просто не может быть правдой. Если бы я не видела своими глазами. Если бы… Так больно. Мне так больно, Фин! Почему ты молчал?! — стучит по мне кулачками. — Ты поэтому перестал со мной общаться, да? Чтобы случайно не проболтаться? Ты его прикрывал всё это время? Или прямо с ним делал это? Фи-и-ин…

Я молча жру все обвинения, понимая, что ей надо выговориться. Её идеальный мир только что рухнул. Лев всё же где-то спалился.

Обняв Яру, крепче сжимаю в кольце своих рук, стараясь согреть и поддержать. Моя рубашка успевает промокнуть от её слёз.

— Давай сядем, — приподняв её над землёй, переношу к качелям и заставляю сесть. Присаживаюсь на корточки, вытираю ладонями слёзы с красивого лица.

— Почему ты молчал?

— Яра, я не имею право лезть в вашу личную жизнь. Я — телохранитель твоего мужа. Моя задача следить за тем, чтобы он был жив и здоров.

— Уходи, — тихо требует она.

— Пока Лев не приедет, не уйду. Только позвоню…

У меня Майя в машине заждалась уже. Она снова умница. Не терроризирует звонками, не дёргает сообщениями.

— Лев не приедет сегодня, — Яра отвечает безжизненным голосом. — Очень занят, родная. Много работы. Вырвусь в лучшем случае завтра к обеду. Поэтому Фина отпустил, чтобы он со мной тут не торчал зря. Пусть парень отдохнёт, — словно заучивала наизусть, произносит зло и болезненно. — Я только одному радуюсь. Что притормозила Весту перед его кабинетом и вошла первая. Он действительно был очень занят. Так сильно, что даже не заметил моего присутствия. Иди, Фин… Ты прав, это наша грязь. Мне просто надо было спросить, — рвано вздыхает. — У тебя есть сигареты?

— Ты же не куришь, — осторожно касаюсь её щеки, тру пальцем бледную кожу и достаю пачку из своего кармана. Вытягиваю две сигареты сразу. Прикуриваю обе и одну отдаю ей.

Яра неумело зажимает её дрожащими пальцами. Вставляет в рот. Вдыхает дым и надсадно кашляет, роняя сигарету под ноги.

— Чёрт, — трёт ладошкой грудь.

— Знаю, та ещё гадость. Пойдём, я провожу тебя в дом, — предлагаю ей.

— Я не хочу туда. Никуда не хочу… Мне так противно и больно, — умоляюще смотрит на меня.

Зачем? Что я могу сделать, чёрт бы вас всех побрал?! Мне Льву хочется шею свернуть сейчас чисто по-мужски, без всех этих условностей и контрактов.

Дебил!

Никогда не понимал его страсти к сексу в офисе. Остро, горячо? Блядь! Да залезь ты на крышу высотки и трахнись там! Будет охренеть как остро! На всю жизнь впечатлений хватит.

— Я сейчас вернусь, — говорю Яре. — Юр, за хозяйкой присмотри, — прошу охранника и выхожу за ворота.

Перебегаю через дорогу. Сажусь в машину. Майя вздрагивает, поворачивается ко мне, сонно моргая. Меня адски жрёт совесть. Внутри всё горит и выкручивает, но оставить Яру в таком состоянии я не могу. Если она руки на себя наложит?

— Мне надо остаться здесь, прости, — убираю за ухо её мягкие тёмные волосы. — Вызову тебе такси сейчас. Или лучше возьми машину, а я доберусь на такси, как смогу уйти.

— Что-то случилось? — Майя водит пальцами по мокрому пятну на моей рубашке. Плавно убираю её руку.

— Есть немного. Я потом тебе всё расскажу.

— Хорошо, — дотягивается и целует меня в губы. Завожу ладонь ей на затылок и жадно отвечаю, выплёскивая все бурлящие в венах эмоции.

— Иди уже, — тепло улыбается она. — Сладкое будет дома.

Забираю личные вещи и выхожу из тачки. Майя пересаживается на водительское и, моргнув мне фарами, уезжает домой. Проводив её взглядом до поворота, возвращаюсь во двор коттеджа. Яра всё так же сидит на качелях, плавно раскачивается, дрожит и плачет, глядя в одну точку.