Глава 4

Тимур.

— Дерьмо! — подрываюсь с места и встряхиваю головой, избавляясь от холодных капель. — Чувак, ты охренел? — рычу на Никитоса.

— Полдень уже, — насмешливо разводит руками в разные стороны. — Пора вставать!

— Сегодня суббота, мать твою! — скидываю с себя футболку и вешаю её на спинку стула.

— Не важно, — отмахивается. — Пойду разбужу Гошу.

— Дебил, — качаю головой и прохожу на кухню.

Запускаю кофе машину и открываю шкаф.

Чистых бокалов нет совсем. Зато грязных в раковине немерено. И не только в раковине.

На столе, на подоконнике. На полу валяются пластмассовые стаканчики, бутылки и банки из-под алкоголя.

Когда Гошан предупреждал о вечеринке в честь моего приезда, я не думал, что она пройдёт в таком масштабе.

— Как тебе тусовка? — друг заходит на кухню, едва я его вспоминаю. — Зашла?

— Ага, — иронично усмехаюсь. — Только интересно, кто теперь будет разгребать это дерьмо?

— Через два часа приедет уборщица, — проходит к раковине, почёсывая пузо. — Она справится с этим за пару часов, — принимается мыть бокалы.

Через пять минут мы все трое сидим за кухонным столом в компании бодрящего напитка.

— Слушай, — хмурится Никитос, смотря на меня с подозрением. — Откуда ты знаешь Снежу?

— Долгая история.

— Мы никуда не торопимся, — заинтересованно произносит Гошан. — Признавайся, трахал её?

— Не пришлось, — насмешливо отвечаю. — Но мы были близки.

— С этого места поподробнее, — загорается Никитос.

— Я использовал её, чтобы вернуть Машку. Мне было удобно с ней. Мы не очень много времени проводили вместе, но для полноты картинки раз в неделю ходили на свидания. Она думала, что это любовь. А я видел, как Машка изводится от ревности. Вот и вся история.

— Сколько вы были вместе? — задумывается Никитос.

— Около полугода, — пожимаю плечами. — Может, чуть меньше.

— Полгода? — выпучивает глаза Гошан. — И ты не пытался залезть к ней в трусы?

— Мне это было не интересно, — откидываюсь на спинку стула. — Я трахался на стороне. Она была нужна мне как красивая картинка рядом. Я даже целовал её без какого-либо желания.

— Да ты чёртов псих, — усмехается Гошан. — Надо же было так заморочиться.

— Зачем ты вчера к ней подошёл? — спрашивает Никитос.

— Просто поздоровался, — пожимаю плечами, делая глоток кофе. — Не мог же я сделать вид, что не знаю её. Это было бы странно. Да и интересно было посмотреть на её реакцию. Видимо, она до сих пор что-то чувствует, раз так отреагировала.

— Да она, наверное, охренела, когда увидела тебя, — хмыкает Гошан. — После всего, что ты натворил, и тут ты такой внезапно появляешься.

И друг прав.

Я видел её взгляд, когда она повернулась.

Цвет её лица менялся со скоростью света.

Сначала она побледнела, потом покраснела, а потом и вовсе отсиживалась в туалете.

И она очень изменилась.

Стала дерзкой, взрослой девушкой. И теперь она точно не даст себя в обиду.

Тогда, три года назад, она была слишком наивна и беззащитна.

Ничто внутри меня не дрогнуло, когда я сказал ей о том, что использовал её.

Мне было не жаль… Поначалу…

Не долго мы с Машкой были вместе. Она осталась той же потаскухой, что и была.

Упивалась своим превосходством и тем, что смогла причинить боль Снеже моими руками.

Но нет. Только я был в этом виноват. Я причинил боль девушке.

И вскоре я об этом пожалел.

Мне стало не хватать Снежаны. Наших, пусть редких, прогулок.

Её смеха и жизнерадостного взгляда.

Её искренности.

Я понял, что облажался.

Но я не стал её возвращать.

Я знал, где она. Ведь ещё когда я вёл эту игру в любовь, она делилась тем, в какой университет идёт. Кем хочет стать. Да и вообще планами на жизнь, в которых и я присутствовал.

Но я всё разрушил.

Когда я увидел её вчера, что-то внутри содрогнулось.

Теперь она более уверенная в себе. И точно не подпустит меня.

Хотя мне это и не нужно.

Наверное.

— И что ты теперь будешь делать? — Никитос отрывает меня от размышлений.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Ничего. Зачем что-то делать? Она мне не интересна.

— Врёшь, — Гошан прищуривается. — Я тебя знаю. Просто так ты бы к ней не подошел.

— Да ладно вам, парни, — отмахиваюсь. — Мы просто старые знакомые.

— Посмотрим, — насмешливо произносит Никитос, поднимается с места и выливает кофе в раковину. — Это не помогает, — проходит к холодильнику и достаёт оттуда банку пива. — Это лучше, — открывает и подносит её ко рту.

Я откидываюсь на спинку стула, наблюдая за Никитосом.

Пиво в субботу утром — это его стиль.

Гошан тоже, недолго думая, тянется к холодильнику.

Ну а я остаюсь с кофе.

Хотя, может, стоило бы присоединиться к ним.

Расслабиться. Забыть о вчерашней встрече.

Но как тут забудешь, когда её взгляд стоит перед глазами.

Черт, ну почему она так изменилась?

Раньше она была таким наивным ангелом, а теперь…

Теперь она выглядит как дьяволица, которая знает себе цену.

И это меня почему-то задевает.

Как будто я упустил что-то важное. Что-то, что могло бы быть моим.