Глава 86. Освальд, расскажи-ка правду

— В смысле?

— В самом прямом, — он коснулся моей щеки тыльной стороной пальцев. — Метка не заставляет хотеть. Она лишь указывает тебе на идеального партнера.

То есть… мои чувства настоящие?

Я лежу сверху на мужчине, который участвует в заговоре, является драконом, потенциальным государственным преступником, моим женихом по какой-то древней магической традиции — и мне не все равно. И все это не просто так… все это из-за чувств. И они на самом деле есть… хоть я и долго это отрицаю, но, что Эдгар, что Данте заставляли меня покрываться мурашками и сердце биться чаще. Да я еще и переживала! Я-то думала, что это все связано с чем-то другим… а это просто мои чувства. Что ж, в таком случае и правда не было иного варианта, как переманить женихов на свою сторону. И рассказать правду. Надо же как-то привыкать к новому миру.

Судя по всему, я буду здесь долго.

И все-таки организм подлый саботажник. Я собиралась думать, планировать, выстраивать многоходовки, а через какое-то время тихо вырубилась, прижавшись к Данте. Проснулась уже в пустой постели.

Видимо, кто-то сбежал раньше времени мутить грязные схемы. Потом разузнаю, чем там они занимались. Только подождите, милые мои. Надо закончить волшебную водицу, заставляющую говорить всех.

Я выбралась из постели, мышцы лениво ныли, но в целом чувствовала себя на удивление бодро. Душ привел голову в порядок. Молчаливые помощницы снова сотворили из меня приличную даму: прическа, платье, минимум украшений, максимум представительности. Внутри, правда, жил все тот же человек, который вчера лазил по тайным ходам и собирал ядовитые травы в резиновых перчатках.

Во-первых, у меня был план на сегодня. Во-вторых, у меня был Освальд.

Его вполне можно было выписывать. Я наведалась в комнату, где за ним ухаживали. Старик уже сидел на кровати, возился с одеялом, ворчал на медсестру и выглядел гораздо живее некоторых «здоровых» местных.

Я проверила пульс, дыхание, язык, шрамы, общее состояние. Все нравилось. Особенно то, как он отбивался от попыток сунуть ему какую-то пародию на отвары.

— Живой, язвительный, спорит с персоналом, — подвела я итог. — Поздравляю, вы официально годны к бытовому терроризму.

— Ох, доктор, какой же вы строгий комиссар, — отозвался он своей тягучей старческой манерой. — Но раз вы так говорите, значит, лежать мне тут больше не положено.

— Не положено, — кивнула я. — Пошли. У меня есть тебе работа… и пирог.

На пирог он согласился быстрее, чем на работу. Но в итоге дошли и до моего дома, где жила Люсия. У нее было все отлично: ребенок розовый, кричащий, мать усталая, но счастливая. Она чуть не расплакалась от благодарности, я привычно отмахнулась и отправила ее гулять с младенцем — подышать, а заодно освободить нам пространство.

Ее муженька уже можно было не бояться. Понятия не имею, что с ним произошло, но это славно, что он боле не попадался на глаза.

Когда дверь за Люсией захлопнулась, стало тихо так и спокойно.

Я быстро нарезала яблоки, засыпала сахаром, замесила тесто — шарлотка рождалась на свет к чаю. Чайник закипел, кухня наполнилась запахом яблок и будто бы корицей, которую я не добавляла.

— Вот уж не думал, что меня судьба занесет в такую роскошь, — раздался за спиной голос Освальда. — Дом, пирог, доктор…

— Доктор, который собирается вас допросить, — поправила я, ставя перед ним кружку с чаем и тарелку с горячим куском шарлотки. — Ешьте, пока не передумала.

Он откусил и почти сразу же замычал от удовольствия.

— М-м, — протянул он. — А руки у вас не только лечат, но и кормят.

— И не только кормят. Ну и зачем ты остался со мной? — спросила я, глядя прямо в его глаза.

— Как зачем? — протянул. — Либо верная погибель, либо пойти с тобой. Да и ты была крайне убедительна. — Освальд на миг замер и снова отпил чай, глядя в кружку, где плавала заварка.

— Поэтому оставили только тебя. И никого более. Наблюдать за одной девушкой, — произнесла я.

— Эдгар милосердный человек, — тихо ответил Освальд. — Оставил только меня. Ты же и сама все знала.

— Знала, — согласилась я. — Да не знала, что сквозь туман возможно пройти.

На этот раз он поднял на меня по-настоящему внимательный взгляд, старческий прищур стал задумчивым.

— А разве можно? — протянул он. — Он же убивал… — он сделал паузу, и уголки губ дернулись. — А, ты, верно, имеешь в виду делегацию императора.

— И то, — не моргнув, ответила я. — И то, что ты должен был покинуть остров, как помощник в перевороте императора. Жаль, что ты мне это рассказывать не хочешь.

Я сложила руки на столе и уставилась на то, как Освальд роняет в чай сахар. Один кусочек, второй. Ложка звякнула о стенки кружки, он тщательно размешал, явно обдумывая мою внезапную речь. Как-никак, я считала Освальда близким другом. Пускай он и придерживался договоренности, но не становился из-за этого плохим человеком. Он мне помогал. Переживал. Даже пользовался магией, которая могла навредить ему. Уверена, что и Освальд хотел поделиться информацией, да не мог подобрать удачного момента.

— Доктор, — протянул он наконец, не поднимая глаз. — А вы уверены, что хотите знать все, что вам положено не знать?

Ну, приплыли.