Глава 45

АДАМ

– Алло, – настороженно отвечаю бодрым голосом на звонок с неопределившегося номера. Я уже готов ко многому. Но хотелось бы без эксцессов. – Слушаю, – нетерпеливо уточняю, потому что ответа нет.

– Привет, Адам, – режет слух высокомерный тон. – Краем уха слышал, ты искал меня.

Даже дыхание свело. Аж вперед дёрнулся.

Он меня сам нашёл… Гордый. Это прозвище уже много лет приклеено к нему намертво. Если и есть люди, с которыми лучше не шутить, да и вообще никогда не вставать у них на пути, то Гордый – явно один из них.

Конечно, мне бы с ним не связываться, но лучше зависеть от него, чем от отца Юли.

Встаю с кресла и замираю, не в силах поверить в происходящее. Я даже не рассчитывал действительно с ним связаться. Но попытка, как говорится…

– Не просто искал. А ищу до сих пор. Ты прячешься что ли от кого? Забурился так, что даже номера твоего не найти, – осторожно и плавно прощупываю почву, пытаясь понять: можно ли надеяться на помощь или нет. А то Гордый пошлёт далеко и надолго. И больше я до него в жизни не дозвонюсь.

Слышу, как он насмешливо ухмыляется в трубку, весело ему, ага. А мне вот не до смеха. Гиорги меня зажал так, что адекватными словами это даже описать не получится. Задавит скоро.

– Забурился, да, – собеседник хрипло смеётся. – На Олимпе безветренно и безлюдно. Все как я люблю. Что нужно? – резко переходит к делу, мгновенно меняя тон: теперь он требовательный, с гонором, суровый и властный.

– Услуга.

– Тогда счастливо. Я благотворительностью не занимаюсь.

– Тебе вообще ничего не нужно будет делать. Просто напрячь своих людей.

– У них и так немало работы.

– Может, для начала выслушаешь?

– Решил пожаловаться? Так я вроде не терапевт.

– Тут поможет только чудо, – да, придётся добавить немного лести, а куда деваться? – Или ты.

Гордый снова хрипло смеётся. И все же благосклонно ждёт. Если бы он не планировал слушать «мои жалобы», в жизни бы не набрал сам.

– Мне грозятся обрубить работу. Не подписывают документацию. Один черт с технадзора на меня зуб точит, другой «строитель» тоже под меня копает. В общем… еще немного… и я останусь безработным.

– Значит, сам накосячил, а я-то причём? Отстегни в Ростех, ты как маленький. Первый раз, что ли?

– Ну помоги по старой памяти. Если б только в деньгах дело было.

– А что тогда?

– Нас с его дочерью связывает… многое. Вот он и сказал, что прикроет все мои заправки, если не отвяжусь.

– А ты что? – идевательстки уточняет.

– А так неясно?

– Тебе предложили выбор. Бизнес или баба.

– Типа того.

– А, так ты за советом. Ну так слушай. В таких случаях даже не сомневайся. Всегда выбирай бизнес. Работа – верная. И никогда не предаст. С бабами проще – бери любую, они все одинаковые.

– А если мне любая не подойдёт? Мне эта нужна.

– Ну тогда смени бизнес. Выбор тебе предоставили.

– Я бы на тебя посмотрел, если б тебе пришлось выбирать между семьей и способом её прокормить.

– А мне бы такие условия никто не поставил. Потому что себе дороже.

– Ну я понял. Подать за меня документы и настоять на их подписании ты не сможешь. Понимаю, связи уже не те, – это последнее, что я могу сделать. Хоть как-то его растормошить. Почти.

– А ты на понт не бери меня.

– Гордый, ну помоги по старой памяти! Кстати, насчёт старья. Ты все также любишь потрепанные безделушки?

Тайная любовь Гордого, о которой знают очень немногие – антиквариат. Старинные, редкие, особо ценные вещи, а уж с исторической символикой… он родину ради такой штуки продаст. И никакая женщина уж точно бы не встала на пути к вожделенной игрушке.

– А ты хочешь что-то мне предложить? – в его голосе загорается яркий интерес, сложно его не заметить.

– Я – нет. Но знаю того, кто сможет…

– Ну так с этого и надо было начинать.