Инира

Заснула девушка только тогда, когда мужчины вошли в дом и начали тихо переговариваться за тонкой стенкой, готовясь ко сну, поэтому утро наступило как-то очень быстро.

Едва она успела одеться и позавтракать, как в столовую спустился Камил:

– Что-то ты, сестренка, бледная с утра. Болеешь?

– Волнуюсь, – пожала плечами телохранительница. – Кто с Его Величеством?

– Сиг и Кварт, еду я проверил, придворные уже уехали. Остались только люди герцога Иана и лорда Мияра. – Ответил напарник принюхиваясь к ароматам расставленных на столе блюд.

– Едем когда? – спросила Инира, раздумывая: – «Успеет ли она воспользоваться оказией? Король сказал, что стоянка продлится сутки. Если все будет так, то она как раз успеет прикупить кое-что в дорогу».

– В полдень, – ответил Камил и усмехнулся, наливая себе суп. – После вчерашнего веселья половина стражников и возниц с похмелья мается.

Инира покивала, допивая жиденький сбитень, сваренный явно в расчете на похмельные головы, и вернулась в комнату. Говорить с другом о вчерашнем не хотелось. Камил не поймет. Значит, нечего тосковать – нужно работать!

На границе можно было кое-что продать и кое-что купить, причем, очень выгодно. Ей нужны были особые травы и грибы, которые используют в курильнях и борделях, а еще несколько мотков «паучьей нити» – особо прочного черного шелка.

Убедившись, что мужчины до сих пор громко страдают в своих комнатах, она переоделась в невзрачные юбки и выскользнула в окно.

Трактир, как ему и полагалось, стоял у дороги, но в стороне от глаз коменданта пограничной крепости. Внутри терлись сомнительные личности, прикрывая лица полями шляп и густой растительностью. Сильно пахло кислым пивом, горелым жиром и людским потом, щедро сдобренным луком.

Лук здесь употребляли все: в пирогах, в похлебках, в хлебе. Лакомкам на закуску подавали глазированные луковые колечки, либо сладкие блинцы с луковым припеком.

Такая любовь к этому овощу обуславливалась тем, что с одной стороны – лук здесь рос очень хорошо, и именно отсюда разъезжался по всем крупным и мелким базарам и ярмаркам. А с другой – лютовавшие здесь весной и осенью болезни, а летом и зимой – паразиты, требовали к себе уважительного отношения и надежного лекарства.

Телохранительница вошла как можно скромнее, склонив голову, замотанную платком. Обшарив глазами ее потертые, испещренные многочисленными заплатками юбки, серые личности вернулись к своим кружкам и мискам. А Инира начала осторожно оглядывать зал из-за тарелки с похлебкой.

Только через полчаса она обнаружила нужного ей торговца. Гильдейский знак, плоский серебряный перстень с черным камнем, он держал в тени, да и вообще прикрывал от посторонних взглядов руки с искалеченными пальцами.

Теперь нужно было найти предлог переговорить с ним без свидетелей. К счастью, это трудностей не представляло. Подозвав мальчишку-полового, девушка расплатилась за нетронутую похлебку и попросила пригласить «господина с бантом в косице» в каморку для приватных разговоров.

Еще через десять минут под пристальным взглядом торговца она прошла в каморку. Села за стол, расслабленно уложив кисти на столешницу, и уставилась на дверь.

Створка бесшумно открылась. Торговец приоткрыл ее тяжелой тростью, заглядывая внутрь:

– Вы хотели меня видеть, сударыня? – поинтересовался он не заходя.

– Да, сударь. Вам привет от вашего дядюшки, – говоря все громким четким голосом, Инира изобразила руками знак, которому ее обучил Кейран.

– Как старик поживает? – торговец сделал ответный знак, означающий, что их слушают.

– Боюсь, он совсем плох, – девушка вынула платочек и промокнула глаза, громко всхлипнув.

– Бедняга! – торговец расслабился и присел к столу.

– Вам от него записка, – пробормотала наемница, подсунув под изуродованную ладонь мужчины обрывок серой бумаги со списком необходимого. Торговец просмотрел аккуратные строчки и удивленно приподнял брови. Девушка сидела смирно, чувствуя, как под столешницей к ее животу прижимается длинный скрамасакс.

– Что ж, сударыня, я должен вас поблагодарить за весточку от дядюшки. Не уходите, у меня есть для него гостинец, – не останавливая гладкую речь и плавные жесты, он показал четыре пальца.

Наемница отрицательно покачала головой и показал два.

Торговец в ответ поморщился и несколько минут они отчаянно и безмолвно торговались. Наконец сошлись на трех с половиной золотых.

Сильно хромая, контрабандист вышел из каморки, а Инира осторожно встала, проверила целость серой блузки и выложила монеты на подоконник. Вскоре мужчина вернулся с корзинкой, показав знаком, что все спокойно. Прихрамывая, он уселся на потертый стул, наблюдая, как незнакомка осторожно приподнимает крышку кончиком ножа.

Беглый осмотр показал, что все заказанное в корзинке есть. С легким сердцем Инира вручила торговцу монеты и ушла в окно, под которым ерошился загодя кем-то уложенный стог сена.

Покупки стоили нынче слишком дорого, чтобы рисковать, выходя с ними через дверь. Одобрительное хмыканье контрабандиста она услышала уже внизу, как и стук его трости.

А теперь свернуть за угол, перевернуть юбки и шаль яркой изнанкой наружу, сменить пыльный чепец на кокетливую шапочку, расшитую крупными блестящими бусинами. А главное – исправить осанку и походку!

И вот на оживленную улицу вышла молоденькая кокетливая девушка, Ее легкий шаг обращал на себя внимание всех мужчин в округе, даже той угрюмой парочки, что, матерясь, выкатилась из трактира.

Мужики хмуро просеяли взглядами толпу и, не обнаружив покупательницу в пыльных юбках, сплюнув, вернулись в пропитанный испарениями пищи и вина зал.

– Нашли? – весело поинтересовался хромой торговец, прикладываясь к кружке с пивом.

– Нет, – буркнул тот, что был повыше, подавая знак трактирщику подать и ему пива.

– Как сквозь землю провалилась! – загорячился тот головорез, что был пониже, тоньше в кости и, кажется, младше. – Чертова ведьма!

– Не ведьма! – торговец вновь приложился к кружке, ухитряясь прятать изувеченные руки в тени длинных рукавов кафтана.

Потом прикрикнул на бухтевшего младшего:

– Уймись, Финнел! Не нашего была полета птичка! Я не сразу рассмотрел, у нее руки чистые были, ухоженные.

– Ледя, что ли? – буркнул старший, наконец получив вожделенное пиво и жадно присасываясь к кружке.

– Может, и леди, – не стал спорить контрабандист. – А может и Тень.

– Тень? – старший подельник закашлялся, пиво брызнуло на стол.

– Тень? – младший хлопал длиннющими ресницами и переводил взгляд с одного мужчины на другого.

– Тенями называют телохранителей высокого класса, – пояснил торговец. – Такая дамочка могла убить всех нас и не запыхаться. Так что вам повезло, парни, – ей просто был нужен товар.

– А что она купила? – младший едва не подпрыгивал на лавке от восторга!

– Много будешь знать – плохо будешь спать! – наставительно сказал торговец и поднялся, тяжело опираясь на свою трость. – Пойду я, ребята, доброй ночи!

– Доброй! – буркнул старший и схватил притихшего было Финела за ухо: – И чтобы молчал! Слыхал, что Грис сказал?

– Слыхал! – проблеял тот.

– Если жить хочешь – молчи! Тени птички редкие, но хищные. Если они здесь разборки устроят, нам несдобровать.

Допив пиво, старший бандит лично отвел младшего в каморку на втором этаже и, заперев дверь на засов, заснул. А Финел долго ворочался на колючем тюфяке, пытаясь вспомнить невзрачную незнакомку и понять – как брат и работодатель определили, что она тень?

* * *

В доме коменданта Ини еще не хватились, только Камил негромко стукнул в перегородку, давая понять, что заметил уход напарницы. Должно быть, теперь за покупками отправится он.

Что ж, девушка довольно улыбнулась, покупки стоили некоторого риска. Она неторопливо вынула из корзинки шелк и пропустила невесомую нить сквозь пальцы: товар хорош! Пакетики и горшочки с травами и грибами пришлось перепаковать, хрупкая тара в дороге не годится.

Несколько странно изогнутых корешков наемница затолкала во фляжку с водой – через несколько дней корешки разбухнут, превращая воду в студенистый кисель и, у нее появится универсальное противоядие, способное спасти жизнь.

Свои покупки Инира разбирала и пристраивала почти до сигнала к отъезду. У хорошего телохранителя всегда в запасе есть и яд и противоядие. Ини считала себя неплохим профессионалом и всегда старалась высоко держать планку.

К полудню сильно поредевший королевский караван тронулся в путь.

С дороги исчезли пышные фамильные кареты и паланкины. Растворились в дорожной пыли многочисленные повозки для слуг и багажа. Среди всадников больше не мелькали юбки и развевающиеся вуали, а звонкие голоса пажей не заглушали сдержанную солдатскую речь.

Инира ехала верхом, в королевской карете трясся Сигизмунд. Кварт ехал с другой стороны и бросал на нее странные сочувствующие взгляды. Вчера он неплохо повеселился в компании офицеров стражи. Выбегающие из королевской бани прелестницы все до единой попали в их загребущие руки. Да и разбитных маркитанток в гарнизоне хватало.

Девушка взгляды стойко игнорировала, а при случае подшучивала над «мартовскими котами». Кварт в ответ лишь ухмылялся, а вот Камил ухитрялся осуждающе покачивать головой. Он по-прежнему был сторонником того, что удовлетворенность лишь помогает работе телохранителя.

Буквально в трех милях от границы навстречу королевской карете выметнулась яркая волна всадников в халатах. Они улюлюкали и свистели, заставляя самых смирных коней нервно прядать ушами и грызть удила, а потом откатились назад, оставив на дороге трех всадников в обычной придворной одежде.

Первыми к незнакомцам подъехали начальник стражи и лорд-канцлер. Оказалось, король Квариллии отправил своего канцлера и двух советников встретить и проводить сиятельного соседа к летней резиденции. А оголтелая улюлюкающая толпа – это союзники. Из Хизардии. Что поделаешь, такие у них обычаи. Дикари-с.

Обсудив все нюансы передвижения, квариллийские придворные поехали впереди, указывая путь, а хизардцы, вновь заулюлюкав, скрылись за горизонтом. Оказывается, их задача в Приграничье – ловля контрабандистов, а встреча короля Вадерии – развлечение.

Следующие три дня вадерцы ехали довольно быстро. Ночевали в «королевских домах». Так назывались гостиницы для благородных, построенные короной вдоль крупнейших дорог.

Больше попыток убить короля не было, но все были настороже, потому что какая-то подозрительная деятельность вокруг все же велась. Инира доводила себя до паранойи проверяя не только пол и стены в комнатах, где Его Величество проводил хотя бы час, но и потолки, оконные рамы и крыши.

Король меры безопасности принимал, а иногда и невольно помогал своим телохранителям.

Особенно охрану насторожила фраза его величества, выходящего из ванной:

– В каждой гостинице мыло с новым запахом. Они, что, думают, у меня аллергия, как у Вайсана Третьего?

– А можно подробнее, ваше величество? – вежливо спросил Камил.

– Эти гостиницы принадлежат короне. По правилам, такие дома должны все снабжаться одинаково, чтобы в поездках по своей земле король чувствовал себя привычно и комфортно. А в этой гостинице мыло и постельное белье имеют другой запах, чем в предыдущих двух.

Инира тут же проверила мыло и постель амулетами, но все было в порядке:

– А что случилось с Вайсаном Третьим, ваше величество? – поинтересовалась она, пытаясь понять в чем тут подвох.

– Ничего особенного, – Вайнор пожал плечами, пытаясь безразличием прикрыть пробравшую его дрожь, – у него была аллергия на лаванду и, однажды он умер от удушья в постели с лавандовым саше под подушкой.

– Значит, кто-то знает эту историю, и пытается вам помешать приехать? – предположила девушка.

– Может быть, – король пожал плечами, – но по официальной версии Вайсан Третий умер от оспы. Правду могли знать лишь члены королевской семьи, а их не осталось в живых.

Инира, вновь обведя постель его величества защитным кругом, вышла.

Через полчаса стало известно, что мыло и белье в комнате поменяли перед приездом каравана. Сделала это жена хозяина лично, а почему постельное белье поменяло привычный аромат – не знает. Опять показал свои ловкие руки таинственный маг? Или охотник вновь пустил перед собой загонщика?

Мелкие неприятности сопровождали кортеж и дальше: не счесть было выскочивших на дорогу собак, сломанных ворот, продавленных ступеней и падающих шкафов. Если бы не количество происшествий, их легко можно было бы списать на обычные случайности.

А пока только бдительность всех телохранителей позволила Его Величеству без серьезных травм добраться до столицы Квариллии.

Въезд в город был назначен на полдень.

Телохранители загодя обговорили церемонию встречи с посланниками и стражами. Проверили карету с особыми большими окнами без стекол. Напоили коней успокоительным средством и убедили короля надеть под расшитый камзол кольчугу.

Камил долго размахивал руками, накладывая защитные заклинания на весь отряд, а потом предупредил, что защита сможет прикрыть карету только дважды, но от любого нападения. Инира обрадовалась – есть шанс добраться до дворца без жертв.