Глава 16

Дарья…

— Милая, иди в спальню, посмотри мультики, а потом сходим погулять, — ласково прошу Леру, стараясь унять дрожь в голосе. Дочка не должна понять, что со мной.

— Ура! – к счастью, малышке и дела нет, — Мамочка ты самая лучшая, — бросается ко мне.

— Только в наушниках, хорошо? – обнимаю дочь, — Мне нужно позвонить.

— Конечно, — убегает в комнату, а я выдыхаю. Совсем не хочется, чтобы Лера слышала мой разговор, который будет непростым, совершенно очевидно.

После вчерашней переписки с Сашей, если это можно так назвать, я отчётливо поняла – нам нужно съезжать. Видимо, всё же мужчине не понравилось присутсвие моей подруги в его квартире, а точнее моё своеволие. Что ж, имеет право. В конце концов, жилплощадь не моя. Не совсем только понимаю, почему не сказал сразу, но это уже не важно.

Мне бы даже в голову не пришли подобные мысли, позвони он, или поговори со мной нормально. Но ведь Саша банально поинтересовался как дела, оставив мой ответный вопрос без ответа, и сразу перешёл к сути – нужно поговорить. Какие выводы тут можно сделать?

Злилась ли я? Нет, конечно! Саша и так столько для меня сделал, оказал поддержку в трудный момент. То, что я по собственной глупости прошляпила всё – только моя вина. В одном я уверена точно – с Ильей он мне поможет разобраться. А с остальным, я и сама справлюсь.

В любом случае, сейчас это не так важно. Необходимо было найти, куда податься. Разумеется, я могла позвонить подруге, но перед этим, решила набрать маму. В конце концов, хватит прятаться. Пора понять перспективу в отношениях с родителями. Полночи провела в раздумьях и приняла решение позвонить им.

Предварительно скрыв номер, собиралась с духом, но оттягивала. Проверила дочку, сто раз прошла туда—сюда по комнате. И наконец, нажала вызов.

Несколько гудков, каждый из которых заставлял сердце сжиматься.

— Слушай, — раздался строгий голос.

— Здравствуй мама, — выпалила на одном дыхании. На другом конце провода повисла тишина.

— Дарья? – удивлённо переспрашивает, — Неожиданно. Я думала, у тебя духу не хватит позвонить, после того, что ты учудила, — проскальзывают раздражённые нотки, а я чувствую разочарование. Началось….

— Мама, подожди. Дай мне объяснить. Я ничего не чудила…

— Серьёзно? – перебивает, — Ты подала на развод! Бросила мужа, ради любовника! Разрушила семью! По—твоему этого недостаточно?

— Всё не так! – пытаюсь вставить слово, но это невозможно. Мама даже слушать не хочет.

— Илья просто убит. Даже наши с отцом обещания вразумить тебя, не помогли. Ты в курсе, что он дал согласие на развод?

— Что? – удивлённо ахаю. Неужели…

— Это точно? – уточняю, на всякий случай.

— Абсолютно. Он настроен решительно. Не простит тебе измену. Ты должна вернуться к мужу и умолять о прощении!

— Мама, этого не будет. Илья чуть не убил меня и…

— Хватит! – снова не даёт договорить, — Дарья, мы растили тебя хорошей девочкой. Однажды, нам удалось защитить тебя от ошибки. Но сейчас, мы бессильны. Исправить что—то можешь только ты, — голос звучит сухо и требовательно, — Господи, как ты умудрилась снова связаться с этим отморозком, — тяжело вздыхает.

Совершенно очевидно, что речь о Саше. Она никогда не любила его. И к сожалению мама совершенно не хочет меня слышать. В груди поднимается волна гнева.

— Защитить от ошибки? Да вы мне всю жизнь сломали!

— Дарья, прекрати нести чушь. Немедленно позвони Илье, — продолжает стоять на своём, — В противном случае, нас с отцом больше для тебя не существует.

— Вот значит как, — медленно протягиваю, не веря собственным ушам, — Вы и от внучки откажетесь из—за какого—то урода?

— Не смей так говорить про Илюшу! – бросается защищать моего мужа, — Он замечательный мужчина. А ты так поступила! Бессовестная!

Снова…Снова обвинения в мою сторону. Опять я плохая. Мне не привыкать, но сейчас почему—то особенно больно. Наверное, в глубине души, я всё же надеялась, что мама поддержит. Почему Саша сделал это, несмотря на наше прошлое, а родная мать, вот так? Не справедливо!

— Твой ненаглядный Илья чуть не убил меня, ты слышала? – цежу сквозь зубы, но моё недовольство абсолютно никого не волнует.

— Запомни, Дарья, если ты не вернёшься….

— Не вернусь! – твёрдо заявляю, — И раз мы с Лерой ничего для вас с папой не значим, звонить больше не буду. Считай, дочери у тебя больше нет, как и внучки.

Чего я жду? Что мама остановит, но этого не происходит.

— Прощай, — бросает и вешает трубку. В шоке смотрю на погасший экран, а в следующую секунду бросаю телефон в стену.

Он отлетает и разбивается. Это не самый умный поступок, в моём положении. Просто разозлилась. Однако чувствую громадное облегчение. Словно поставила точку там, где раньше ставила запятую.

— Ну ничего себе, — раздаётся за спиной и я вздрогнув, оборачиваюсь, — Никогда бы не подумал, что увижу…, — мужчина осекается, посмотрев в моё лицо, — Даша, ты плачешь? – провожу ладонью по щеке. Действительно.

— Что случилось? – тут же подскакивает ко мне Саша, — Кто тебя обидел?

От этих простых на первый взгляд вопросов, хочется реветь ещё больше. А самое главное, от сквозящей в голосе заботы.

— С—саша…, — наверное, нужно что—то сказать более существенное, что всё, что я могу, произнести его имя и уткнуться в крепкую мужскую грудь.

— Дашка, — ласково гладит по спине, — В чём дело, маленькая?

Ответить не могу. Лишь содрогаюсь в рыданиях. Мне казалось, что я морально готова к разговору с мамой, но на деле, всё оказалось сложнее. У меня ведь тоже дочь. И даже представить не могу, разговор с ней в таком тоне. Это же моя малышка. И через двадцать лет, она будет моим ребёнком. Как можно оттолкнуть, не поддержать, выбрать сторону кого—то другого?

Илюша то, Илюша сё. Да кто такой этот Илюша? Чужой ведь человек! А я? Единственная. Родная. Но видимо, это не про мою семью. Им я никто. Снова накатывает тоска. Неприятно, мягко говоря.

Саша не задаёт новых вопросов. Видимо понял, что бесполезно. Он просто обнимает, заставляя меня почувствовать себя не так одиноко, что—то бормочет, но слов толком разобрать не могу, а ещё….Он целует меня. Безобидно. В висок, в макушку. Словно по—дружески, но его горячие губы, вызывают совсем иные чувства. Сердце начинает биться быстрее, а во мне просыпается женщина, которую я похоронила давным—давно…

Немного успокоившись, отстраняюсь. Саша выглядит обеспокоенным.

— Прости пожалуйста. Ты не должен был видеть этого. Извини, — тихо прошу прощения, опустив голову. Стыдно за свою несдержанность. Чувствую себя такой жалкой. Дожили, бросаюсь на шею постороннему, чтобы меня успокоили.

«Это не посторонний. Это твой любимый человек» — услужливо шепчет внутренний голос, явно занимаясь самообманом. Нет, Саша уже не мой.

— Даш, в чём дело? И где Лера? Что произошло? – берёт за подбородок и заглядывает в лицо.

— Она в комнате. Смотрит мультики в наушниках. Я специально попросила. Мне нужно было позвонить.

Брови мужчины удивлённо взлетают вверх. О чём—то размышляя, он прищуривается.

— С кем ты разговаривала? – мне кажется или в голосе прозвучало недовольство?

— С мамой, — не вижу смысла скрывать. Отхожу к стене и поднимаю последствия моей вспышки эмоций. Разбитый смартфон. М—да, починить явно не получится.

— Вы до сих пор не ладите, — не спрашивает, а скорее утверждает. Непонятно почему, но я снова вспыхиваю.

— Не ладим? Думаешь, когда мать отказывается от своего ребёнка, это можно назвать так? – кричу, обнимая себя руками.

Челюсть Александра отвисает, но он быстро берёт себя в руки.

— Извини, — произношу с сожалением, — Ты не причём. Не бери в голову.

— Она это не всерьёз. Помиритесь, — думает, что я так психую, потому что расстроилась из—за ссоры? Забавно.

— О нет, не помиримся. Мать никогда не услышит меня. Ей просто плевать, — морщусь.

— Даш…

— Знаешь, что она заявила? Что если я не вернусь к Илье, то могу забыть про них с отцом! Что я должна умолять его о прощении, и вообще, что я разрушила семью! – возмущению нет предела. И мне очень хочется поделиться с кем—то, обсудить. Поэтому, вываливаю всё на бедного Сашу. Он в свою очередь хмурится.

— А ты что? – убирает руки в карманы, а на лице застывает непроницаемая маска.

— Сказала, что дочери и внучки у них больше нет. А после её последнего слова – прощай, — киваю в сторону разбитого аппарата, — Запустила телефон в стену.

— Ты к нему вернёшься?

— Что? – глаза расширяются от ужаса. Как Саша мог такое предположить?

— Ни в коем случае!

— А если успокоишься? В конце концов, вдруг мама и правда сильно расстроится. Не будет с тобой разговаривать, — пристально смотрит, словно пытается понять, возможно ли такое.

— Да плевать! Ничего не потеряю. Даже наоборот. Жизнь будет проще. Никто не будет постоянно отчитывать, комментировать и осуждать каждым мой шаг, — фыркаю. Нет, это не обида. И я понимаю, как ужасно звучат мои слова, но разве может быть в данной ситуации иначе? Да, я благодарна родителям за жизнь, которую они меня дали, за то, что вырастили, но это не обязует меня подчиняться их воле. Достаточно! Я хочу жить сама. Пусть не шикарно, не имея в кармане огромные суммы денег, но зато буду счастлива. И моя дочь тоже.

— Тебе нужно остыть, — как—то странно произносит Александр, отводя глаза в сторону, — А там уже решишь.

— Нечего решать. Знаешь, можешь считать меня отвратительным человеком, но я буду даже рада, если мы с ними не будем общаться, — говорю совершенно искренне. Уголки губ невольно приподнимаются, в подобии улыбки. Неужели я полностью свободна теперь? Муж – в прошлом, родители – отказались. Ещё совсем недавно, я переживала, что одна, а сейчас чувствую радость.

Может, это глупо. Но отчасти, в том, что разошлась с любимым, я обвиняю и мать. Она ведь тогда настояла на моём присутствии. Конечно, всё, что случилось потом, исключительно моя вина. Однако останься я дома, как и хотела, всё могло бы быть по—другому. Нет, я не мечтаю изменить прошлое, ведь у меня есть Лера, но возможно просто хочу разделить с кем—то своё чувство вины.

— Ещё раз извини за истерику. Если ты не против, я бы хотела побыть одна, — понимаю, что это наглость с моей стороны, но всё равно мягко намекаю, чтобы мужчина ушёл.

— Я приехал поговорить, — произносит так, словно не понимает намёка. Вздыхаю. Да, он хотел. Но есть ли в этом смысл? Ведь для меня и так всё очевидно.

— Саш, я уже начала собираться, так что можешь не утруждаться. Если можно, то дай мне сегодняшний день. А завтра…

— Куда собираться? – нахмурившись, спрашивает, — Ты уезжаешь?

— Да. Больше не буду злоупотреблять твоим гостеприимством. К тому же, мама сказала, что Илья согласился на развод. Спасибо тебе за всё, — благодарю от души. Саша действительно много для меня сделал. Стал моей опорой, когда мир перевернулся с ног на голову.

— Так, ты что там себе напридумывала? Разве я вас гоню?

— Но разве не об этом ты собирался поговорить?

Раздаётся громкий смех.

— Ох, Дарья, отлупить бы тебя ремнём, как маленькую девочку. Может хоть тогда ты прекратишь забивать свою голову ерундой. Неужели я дал какие—то поводы, для подобного бреда? – в голосе укор и мне становится стыдно.

— Нет, но….

— Дядя Саша! – раздаётся звонкий голос Леры и мы оборачиваемся.

— Привет, малышка, — улыбается моей дочке, — Как дела?

— Всё хорошо. Я мультики смотрела. Пришла спросить у мамы, поговорила ли она по телефону. Мы собирались пойти гулять, — без уловок рассказывает о наших планах.

— Правда? А меня с собой возьмёте? – спрашивает у девочки.

— Мам, — Лера вопросительно смотрит на меня, — Можно дядя Саша пойдёт с нами?

— Ммм…, — даже не знаю, что ответить. Предложение довольно неожиданное.

— Обещаю, вести себя хорошо, — шутливо комментирует мою заминку мужчина.

— Милая, иди одевайся.

— Ну мам, ты не ответила, — надувает губки дочь.

— Мы сейчас обсудим это с дядей Сашей, — обещаю ей и кивнув, малышка убегает.

— Слушай, тебе вовсе не обязательно идти с нами. Если ты хотел поговорить не о нашем съезде, то…., — осекаюсь, потому что на мои плечи ложатся крепкие руки.

— Не об этом. Но я хочу пойти с вами, — уверенно заявляет, а я оказываюсь как под гипнозом от его взгляда. Мне хочется, чтобы Саша меня обнял, прижал к себе. Плечи горят.

— Хорошо, — нервно сглатываю, — Но предупреждаю, ребёнок будет дёргать тебя. Кажется, ты ей понравился.

— Мне в радость. Иди тоже собирайся, — подталкивает к комнате, проводя рукой по спине, задерживаясь на талии. Блин….Если он будет таким же добрым, я могу забыть обо всём, и потерять над собой контроль.