Глава 6

 Наверное, это прозвучит несправедливо по отношению к моим чудесным родителям, к Юльке, Коленьке, и  бабуле, но… месяц, проведённый  вместе с Кейном, до сих пор оставался для меня самым лучшим месяцем в моей жизни.

Так бывает.

Много позднее, когда, корчась от голода  посреди заснеженного леса, я пыталась не уснуть,  чтобы окончательно не замерзнуть,  я размышляла об этом.  Как  так получилось, что Кейн за месяц с небольшим сумел стать для меня настолько важным?

Я ведь отчасти даже про родных забыла - стала звонить им чуть ли не раз в неделю, ссылаясь на работу и долгие занятия в колледжи. Родители понимающе кивали, бабушка понимающе охала, и только Юлька же также понимающе… ухмылялась.

-Ну наконец – то, - фыркнула она, когда я ей честно призналась, что не могу долго разговаривать, потому что меня у дома ждёт парень.

 –Сумела – таки вырваться из под гиперопёки родителей. Поздравляю, - протянула сестрица. – А  то я уже и не надеялась. Думала, проходишь до тридцати лет в девках, а потом мамуля благополучно сплавит тебя за Федьку.

-Сдалась я ему, - передёрнула я плечами, вспоминая сына маминой подруги. Федя – единственный  и обожаемый сын тети Марины, к которому я, честно говоря, неровно дышала ещё с пятого класса, сейчас учился на экономическом, водил подержанный мерседес и в старых девах точно не нуждался.

-Это, конечно, моя вина, - состроив брови домиком, повинилась Юлька. – Знаешь, сколько раз я порывалась поговорить с мамой насчет тебя. Это ведь ненормально, что они тебе ничего не разрешают!

-Юль, я давно совершеннолетняя.

-Ага, - согласилась сестра. – Сразу из маленькой ляльки во взрослую, минуя подростковые закидоны. Ни пива на школьных огоньках, ни обнимашек на дискотеках.

-У тебя всё это было. И ты счастлива? – резко спросила я тогда, не сумев сдержать язык. Юлька грустно усмехнулась.

-Нет. У меня с этим получился перебор. Только знаешь, запрещая тебе всё, родители не сумеют исправить того, что случилось со мной.

-Юля.. Юлька, да ты что…  

Сестра закрыла глаза.

-Ты не представляешь, как я часто себя виню в том, что отказалась от ребенка.  Не мать, а кукушка.

-Ты сделала лучшее, что могла – иначе… Ты бы осталась у нас в городе, пошла бы работать в магазин. Денег бы  постоянно не хватало, родители бы стали помогать, при этом ни у тебя, ни у них жизни бы не было.  А Коля бы рос без отца  с осознанием того, что он – случайный ребенок. Прекрасные перспективы, не так ли? Сколько жизней было бы разрушено?

-Ты и правда так думаешь? – с тщательно скрываемой надеждой в голосе спросила сестра. Я уверенно кивнула.

-Конечно. Коля – любимый поздний ребенок наших родителей, который заставляет отца держать себя в форме, маму – цокать по утрам каблучками и душиться модной туалетной водой – купленной, по случаю в Смоленске, а бабушку лепить в умопомрачительных   количествах свои пирожки и пельмени, которые здорово переваривает растущий организм  Коленьки. Все счастливы.

-И только ты вечно пропадаешь в библиотеке, обложившись книжками.

-Эй, посмотри на меня – я ведь в Америке, - ухмыльнулась я  и тут меня озарило. – Это ты специально, придумала, да?

Юлька отвела глаза в сторону от камеры.

-Юль!- рыкнула я.

-Тебя парень ждет, - фыркнула в ответ сестра, так  ни в  чем и не признавшись.

На секунду между нами повисло красноречивое молчание. Родные – по настоящему родные души – способны обходиться без слов.

-Знаешь, очень хорошо, что мы есть друг у друга,  - в такт моим мыслям, произнесла Юлька. – Я люблю тебя, сестричка.

-И я тебя! – улыбнувшись, ответила я.

Распрощавшись, Юлька вроде бы отправилась спать, а я  принялась быстро одеваться – на парковке возле здания общежития уже стоял ярко красный, с откидным верхом, феррари.

Кейн прекрасно знал, что я не люблю выделяться из толпы, а потому … а потому специально выкидывал такие фортели.

Вздохнув, я быстро закинула сотовый в сумку, и, нацепив балетки, выскочила за дверь.

Кейн ждал меня на первом этаже  общежития - возле лестницы, прислонившись спиной  к стеклянным стенам холла.  Высокий, мускулистый, притягивающий к себе внимание …  надменный. Он  наблюдал за снующими по лестнице и холлу студентами как за мельтешащими насекомыми – на лице его играла отстранённая, не скрытая сейчас ничем, высокомерная ухмылка.  Если честно, он и сам казался здесь чем – то  уж совсем инородным – инопланетянином, пришельцем, случайно, по недоразумению, попавшим на планету Земля.

-Здравствуй, радость моя, - заметив меня, широко улыбнулся парень.  Неприятная ухмылка куда – то спряталась, испарившись без следа.  – Прекрасно выглядишь.

Если бы это сказал кто – то другой, я бы может быть и заподозрила сарказм или насмешку – что может быть прекрасного в кофточке с китайского рынка и джинсах, купленных уже здесь, в Денвере, в одном из самых дешевых магазинов. 

Но  взгляд Кейна  не обманывал.

-Никогда в себе не сомневайся, - поцеловав меня куда – то в область макушки, заметил парень. – Хищники всегда чувствуют слабость.

-Но мы ведь люди, - рассеянно пробормотала я.

-Правда? – удивился Кейн. – Разве вы не едите животных?

-«Вы»? – ехидно переспросила я, - А ты уже что, не причисляешь себя к нашему виду?

-Этого ещё не хватало, - фыркнул Кейн. И тут же перевёл тему. – Пошли уже, кино скоро начнется.

Открыв дверь, он пропустил меня вперёд, на ходу процедив  что – то на своём языке.

Уже в машине, наблюдая за тем, как пара черных джипов стартует вслед за нами, я удивилась: а джипы – то тут откуда, но вслух задать вопрос не успела, потому как  Кейн  поинтересовался:

-Не хочешь узнать, на какой фильм я взял билеты?

-Не –а, - честно призналась я.

У Кейна от удивления вытянулось лицо.

-Wow… Неужели моя девочка готова признать, что ей понравится любое кино в моей компании?

Я, поерзав на кожаном сидении, тут же покраснела, пытаясь уйти от правды. Нет, на самом деле, так всё  и было:  Кейн пару раз меня даже в дорогущие рестораны уже вытаскивал – туда, где простые смертные вообще не встречались. И ничего - пережила. С ним мне всё было… как море по колено. Но признаться об этом вслух я не могла.  Боялась. А потому я ляпнула первое, что пришло в голову (то есть правду):

- Любое кино в твоей компании превращается в комедию. Так что какая разница?

-Да ладно, - фыркнул  Кейн. – Прямо таки в комедию.

-Смотри, - я стала вспоминать, загибая пальцы на руке. – Помнишь, мы пошли на фантастику, и ты смеялся весь фильм как ненормальный.

-Алёна, но ты сама всё видела, - хохотнул Кейн.  – Я понимаю: фантазия, шоу, развлечение – но как это можно делать настолько безграмотно? Люди ведь давно вышли в космос – а потому основные моменты – главные нюансы  пребывания в космосе давно известны.

-Очень может быть, - согласилась  я.

-Не может быть, а точно, - простонал Кейн. – Это, в конце – концов, не профессионально!

-Это просто кино.

-Которое должно вдохновлять будущие поколения. Я ведь правильно понимаю?

Я пожала плечами.

-Пожалуй, что так.  Где – то – развлекать, где – то вдохновлять.

-Ну вот, - довольно кивнул Кейн. – А чему там можно научиться? Или вдохновиться?

-Это же не учебный фильм… Там более важна атмосфера, переживания героев. А все технические неточности – это второстепенное. Ты когда замороженные полуфабрикаты покупаешь, ведь не рассчитываешь получить то, что на картинке – не так ли?  Говорят, чтобы хорошую фотку сделать, фотографы на какие только ухищрения не идут:  снимают почти сырые продукты – чтобы те не потеряли форму, при этом аппетитный вид получается только  из – за обработки  кулинарными фенами. И всё – вуаля, аппетитная картинка готова.

Кейн сощурился.

-Ты же не ешь полуфабрикаты.  – И поскольку я замолчала, рыкнул. – Алёна, не смей есть эту гадость!

-Да я давно уже дома, то есть в общаге, не питаюсь… я и так с тобой скоро колобком стану.  Почти каждый день ланч в колледж – Кейн, это немыслимо! 

-Зато ты уже не шарахаешься от меня, как от прокажённого, - спокойно заметил парень. И тут уже я дернулась, не зная, как понять его слова.  После небрежно брошенной на колени кредитки…

-Алёна, не думай себе всякой ерунды, - закатив глаза, простонал Кейн. – Я знаю, насколько ты занята в будни, и точно знаю, что о пище ты вспомнишь в последний момент, когда под боком будет только эта ужасная картошка фри или пережаренные кусочки псевдокуриного филе.

Такое за мной водилось крайне редко, но я тактично промолчала, просто потому, что совместные ланчи мне тоже очень нравились.  И дело тут было не в еде – я вполне могла обойтись парой йогуртов и бананом.

Но вот сидеть под раскидистом деревом, наслаждаться природой, тишиной, пением птиц… И обществом Кейна – что могло быть лучше.

-Ладно, оставим фантастику, - миролюбиво протянула я. – Но у тебя и романтическое кино превращается в комедию.  Помнишь  ту романтическую драму, где девушка не могла выбрать между двумя парнями?

-Женщина априори не может выбирать, - явно сдерживая смех,  протянул Кейн, - Это всегда дело мужчины. Самки значительно слабее… их природа для другого создавала.

-Ты прям рассуждаешь, как будто мы в каменном веке живём, - всплеснула я руками.

-Алёна, - снисходительно посмотрел на меня Кейн. –  Люди – такой же биологический вид животных, как… те же волки или медведи. Разве что разума побольше… или поменьше – это как посмотреть. Но инстинкты никуда не денешь:  раньше мужчины добывали еду, теперь деньги. У женщин же во все времена была одна главная задача: понравится самому сильному самцу. В каменном веке – это был самый удачливый, самый сильный охотник;  теперь же, обленившись,  человечество наивно рассчитывает на простые бумажки – самец может быть рыхлым и даже, иногда, довольно тупым, но если у него есть деньги – он желанен каждой самке. – Кейн фыркнул. – Это, конечно, неестественно и  глупо, но вы давно свернули на этот путь.

-Это не объясняет твоего сарказма. Женщина – нормальная женщина, когда выбирает спутника жизни, отталкивается  прежде всего от своих чувств, а не от мужского кошелька, - я помедлила, не зная, как закончить. - Знаешь  такую поговорку: с милым рай и в шалаше?

Кейн согласно кивнул.

-Это потому, что у вас всё смешалось. По- настоящему сильные самцы смещены с верхушки вашего общества из – за неправильного пути. Вот и получается, что самки с нормальной био программой выбирают того, что в шалаше.

-Если они такие сильные, то чего не поборются –то за эту самую верхушку?

Кейн пожал плечами.

-Меня тоже интересует этот феномен. Можно было бы провести целое исследование о том, как самые благородные и сильные духом самцы гибнут, а потомство оставляют совершенно другие особи. Лично для меня это как раз и означает, что человечество больно – и больно давно.

-Может быть это проблемы языкового барьера, но я на самом деле плохо понимаю, о чем ты сейчас говоришь.

Глубоко вздохнув, я судорожно соображала, как лучше объяснить свою точку зрения.

-Ни деньги, ни сила… ничего это не играет особой роли, когда люди испытывают друг к другу искренние чувства. Ты можешь быть значительно богаче… или сильнее – если тебе так приятно… Но если я, допустим, с начальной школы влюблена в своего одноклассника, то ничто это не важно. Я в любом случае, выберу его, а не тебя.

-Одноклассника? – иронично приподнял бровь Кейн. – У тебя и правда были какие – то чувства к другому мужчине?

Я покраснела, фыркнув что – то невразумительное в ответ. Сравнивать то слабое подростковое чувство –  не влюблённости, нет,   просто заинтересованности – к Федьке с тем ураганом, что у меня случался при мысли о Кейне, было просто глупо… Да и вообще, когда я последний раз вспоминала о сыне тети Марины? Когда она нас к себе на дачу звала на Новый Год? И если бы не сегодняшний разговор с Юлькой, то ещё столько же и не вспоминала.

Кейн прочитав на моём лице все ответы, довольно хмыкнул и тут же перевёл разговор на другую тему.

-На следующей неделе в город приезжает мой отец. Хочешь поехать вместе со мной встречать его?

Я уже хорошо знала, что насколько Кейн наплевательски относится к своей матери, то есть мачехе, настолько же он уважает и любит своего отца.

-А твои родные?

-Кто? – непонимающе нахмурился Кейн. – Ты имеешь в виду Джесси и Агату?

Я кивнула.

-Так они дома будут.  А мы поедем в аэропорт.

-Хорошо, - просто согласилась я, радуясь, что первой  встречу отца Кейна, а не его завистливая сводная сестрица. По крайней мере, она не успеет нашептать отчиму всё плохое обо мне – и если я ему  и не понравлюсь, это будет только моя вина.

-Алёна, мой отец достаточно пожил на своём веку, а потому знает цену словам… Я уверен, ты ему понравишься. Не переживай из – за этого.

Затормозив у большого здания молла, в котором, помимо кинотеатра располагалось бесчисленное количество магазинов и кафе, Кейн, по традиции отвёл меня сначала перекусить в одну из кофеен.  Только вот я уже давно не могла пить кофе в его присутствии – теперь, каждый раз делая глоток под его обжигающим взглядом, я точно знала, чего именно он хочет. 

-Радость моя, мне нравится, как ты возбуждаешься, - тихо, склонившись ко мне, прошептал этот негодяй.  – Я готов поддержать тебя в этом в любое время дня и ночи. Только свистни.

-Кейн! – возмутилась я.

-Что? – светлые глаза невинно моргая, смотрели прямо мне в душу. – Я и так уже две недели хожу с тобой за ручку. При этом я свой выбор уже сделал.

-А я ещё нет, - неловко ответила я. Кейн припечатал меня тяжелым взглядом.

-Знаешь, милая, я тоже не железный. Не провоцируй.

-Да я не…

-Пошли, фильм начнётся с минуты на минуту.

Я шла позади Кейна и ругала себя за длинный язык. Обиделся. Но… я ведь на самом деле не была ещё готова.

Нет – нет, я не держалась за свою девственность как девицы из девятнадцатого века, но дожив до своих лет фактически нецелованной, было трудно измениться в один момент. То, что вытворял с моим телом Кейн – и так было для меня  за гранью допустимого… Его поцелуи, нежные прикосновения… -они плавили моё тело, сметая любое стеснение, любую неловкость…  Я вспомнила наш первый поцелуй – когда он склонившись, пристально смотрел на мои губы… А у меня в голове стучала только одна позорная мысль: я не знаю, что делать.  Кейн тогда был настолько нежен и деликатен, что уже очень скоро я забыла обо всех своих страхах, по настоящему упиваясь его поцелуями. Это уже становилось для меня наркотиком.  Однако…

Как только пальцы Кейна касались моих бедер (пусть и в джинсах или шортах ), я тут же моментально принималась отталкивать  его  руки и выбираться из его объятий. Это злило Кейна –  я точно знала, злило, но я до сих пор не знала, как через это перешагнуть.

-Милая, - обернувшись, Кейн лениво улыбнулся. – Выброси все плохие мысли из своей красивой головки. Я сумею со всем справиться.  Пойдем, кино начинается.

В зале, когда мы добрались до нужного нам этажа, уже выключили свет – а на экране вовсю шла реклама будущих фильмов. Потому к нашим местам мы пробирались в темноте. Вообще – то, здесь можно было занять любое свободное кресло – номеров на билетах не проставляли, но Кейн любил выбирать  места где то  на середине зала, на три четверти его высоты. Обычно мы сидели либо там, либо  - если «наши» места были уже заняты –  поблизости.

Пустых мест сегодня было немного, а потому мы уселись совсем с боку.

-Зато  фильм, говорят, хороший, - шепнул мне Кейн.

-Комедия? – не удержалась я от ехидства.

-Про пришельцев. – ответила с ряда повыше какая – то девушка. – Ужасы.

 В темноте блеснули белые, идеально ровные зубы Кейна.

-Комедия, - поняла я, пожалев, что мы не успели взять попкорна.

Фильм, несмотря на неуместный смешки Кейна, оказался на редкость интригующим, а местами  и по настоящему страшным.   

Где – то через пятнадцать минут после начала фильма я поняла, что сильно стискиваю пальцы Кейна.  Почувствовав неловкость от того, что узурпировала его руку, я попыталась аккуратно высвободить  ладонь  Кейна  из своей хватки – но стоило мне сдвинуть свои пальцы на миллиметр -  и уже сам Кейн, переняв инициативу, крепко сцапал мою ладонь в свою.

-Моя очередь, - хмыкнул, склонившись ко мне, Кейн.

В это время главная героиня фильма, поняв, что её неоднократно похищали пришельцы, решилась на рискованный поступок  - сеанс гипноза. Напряжение истории всё возрастало, и я, позабыв о смущении, теперь даже радовалась тому, что Кейн не разжал наши ладони.

Очнулась я лишь тогда, когда мне на колени опустилось ведерко с попкорном.

-Что это? – повернулась я к Кейну. Светлые глаза весело блестели.   -…Как? Ты же всё время был здесь.

-Скажу тебе всю правду, - хмыкнул парень. – Я страшный пришелец, который манипулирует людьми.

-Ага, - хмыкнула я, отправляя первую горстку свежеприготовленного  попкорна себе в рот. -  Мммм, с маслом и солью – всё как я люблю.  Хочешь? – заметив странный блеск в его  светлых глазах, я протянула Кейну ведерко с попкорном .

Кейн же только усмехнулся.

-Поцелуй меня, - велел парень, проведя пальцами по моим губам. – Интересно, как этот запах будет звучать из твоих губ.

И – несмотря на то, что до этого он ни разу не позволял себе подобного, Кейн склонившись, сам взял в плен мои губы.

Впервые мне было неважно наличие вокруг нас людей  - Кейн словно заполнил собой каждую мою клеточку, каждый мой нерв. Остального мира просто не существовало… пока героиня истошно не заорала вновь. Я вздрогнула – и волшебство тут же рассеялось.

Кейн, улыбнувшись, утащил у меня  из ведерка горсть попкорна.

-Настоящий деликатес, - заметил он, многозначительно стреляя глазами в мою сторону. А я …я просто радовалась, что темнота зала хорошо скрывает стыдливый румянец – выдержать такое при свете я бы точно не смогла.

Надо ли говорить, что из зала мы вылетали одними из первых – ещё до того, как зажёгся свет.

-Мы куда – то спешим? – следуя за мной, поинтересовался Кейн.

-Нет, просто не хотелось толпиться на выходе, - ответила я, не желая признаваться в том, что боялась показаться на глаза окружающим нас людям при свете.

-Алёна, - Кейн, взял меня под руку, слегка этим затормозив. И взгляд у него такой был – до предела серьёзный.  А потом вдруг, словно передумав, совсем другим тоном предложил:

-Пойдем –ка поедим мороженого. Тут есть хорошее кафе.

Мороженое, насколько я изучила вкусы Кейна, было одним из того немногого, что ему по настоящему нравилось: стейк с кровью, хороший коньяк и сливочное мороженое – вот и все его предпочтения из еды.

Я же не очень любила местный пломбир, искренне считая, что наш отечественный куда вкуснее, а потому привычно заказала себе маленькую порцию клубничного шербета.

-Как тебе кино? – спросила я у Кейна, слегка размешивая мороженое, чтобы оно быстрее растаяло.  Парень пожал плечами.

-Интересно, откуда такая буйная фантазия у сценариста.

-Да уж. Но, согласись, получилось отлично. Словно это происходило на самом деле... Разве нет? – заметив скривившегося Кейна, спросила я.

-То есть ты из тех, кто верит в пришельцев? – осведомился, поедая свою порцию мороженого, парень.

-Честно говоря, я никогда особенно не задавалась этим вопросом. Наверное, лучше бы, чтобы их не существовало.

-Да? – Кейн поднял бровь. – И откуда такие выводы?

-Ну… если размышлять логически, то понятно, что на других планетах совсем другие природные условия, а потому пришельцы будут скорее всего негуманоиды.

-А если всё же гуманоиды? – хмыкнул Кейн. - …в некоторой степени?

-И гуманоидов нам не надо, - покачала я головой.  – Я, конечно, не специалист … и вообще плохо знаю этот предмет, но  наша преподаватель по всемирной истории, помнится,  говорила, что государство  всегда делает только те шаги, которые ему выгодны. Взять, к примеру, эпоху Великих Географических открытий.  Это сейчас они – Великие и географические, а в то время это был единственный способ, как не свернуть торговлю, доставить груз и в то же время не потерять свои корабли от встречи с условно враждебным государством.  А чем обернулись для коренных народов эти открытия – и говорить не надо.

-Не равняй всех по одной указке, - возразил Кейн. – Китай, Япония – сумели даже после своего «открытия» европейцами остаться самобытными странами со своей культурой и остальными особенностями.

-Да но…

-Так что проблема лишь в самих странах.  Те, кто сильны и крепки, сохраняют своё общество и свой строй, остальные же… это обычная эволюция.

-Почему с тобой даже самый простой разговор о кино превращается в философский диспут, а?

Кейн озорно улыбнулся.

-Такой я вот волшебный парень.

-Ага, а ещё страшный пришелец в одном лице.

-Повезло тебе, - поддакнул Кейн.

Внезапно в кафе вошёл странный громила в строгом деловом костюме и солнечных очках. Главное – он не отправился к прилавку выбирать себе мороженое, а замер возле нашего столика, почтительно опустив голову.

Кейн, тяжело вздохнув, коротко кивнул громиле в костюме – и  только тогда тот осмелился подойти поближе. Наклонившись к сидящему Кейну, громила принялся что – то тихо объяснять моему парню –да так тихо, что я не могла разобрать ни единого слова. Наконец, Кейн кивнул.

-Свободен, - рявкнул он,  тут же перестав обращать внимание на незнакомца.

Сидящий сейчас напротив меня раздражённый, надменный мужчина  ничем не напоминал того милого  парня, с которым я проводила каждый свой день: ходила в кино, хомячила вкусные ланчи  и целовалась.

Словно услышав мои мысли, на лицо Кейна вернулось привычное его выражение – мягкости и заинтересованности.

-Прости, милая, - улыбнувшись, мягко повинился парень. – Дела.

-Это что – то по поводу того важного дела, которым ты занимаешься? – вспомнила я наш недавний разговор.

Кейн кивнул.

-Именно. Я планирую всё подготовить к приезду отца, но накладки случаются. Мне надо ехать по делам, но сначала я отвезу тебя домой.

-Да не надо, - мотнула я головой. – Тут идти – то  минут двадцать.

-Алёна, - поймав мой взгляд своими светлыми глазами, Кейн раздраженно процедил каждое слово. – Я. Отвезу. Тебя. Домой.  – Не обсуждается.

Не стоит злить и без того злых собак – вспоминала я  к месту любимую поговорку своего отца, а потому просто кивнула.

-Как скажешь.

Дорога не заняла много времени – хотя Кейн никогда не разгонялся на своих феррари, если я сидела с ним рядом.

Выбрав стоянку за моим корпусом общежития, он припарковался и заглушил мотор.

Возле пустынного паркинга пели птицы, теплый ветерок играл с моими волосами. И так было хорошо…

Что когда надо мной нависло хмурое  мужское лицо, я невольно вздрогнула.

-Ты испытываешь мою выдержку, - рыкнул Кейн,  пристально глядя на мои губы. – Я только и  могу думать о том, как ты окажешься подо мной.

И тут же, не дав мне времени переварить сказанное, он принялся меня целовать.

Я ожидала  мощного натиска, давления… - а меня испытывали нежностью едва уловимых прикосновений… И я тянулась за ними - тянулась к Кейну, прося дать больше.

И только когда его губы сомкнулись на одной из моих грудей, я «пришла в себя», с ужасом оценив свой расхлестанный внешний вид:  раскрытая кофточка со съехавшим бюстгальтером, нога, закинутая на Кейна, собственные руки, которые до сих пор находились под его футболкой.

-Ой…- покраснев от неловкости, я моментально убрала руки от разгоряченного, жесткого  мужского тела.

Избегая встречаться  взглядом с парнем, стала приводить себя в порядок.

-Всё хорошо, милая, -  меня поцеловали  куда – то в область макушки. Мужская рука, не насильничая, не командуя – лишь  лаской и нежными касаниями вынудила повернуть голову и встретиться с серебряным, сверкающим взглядом.

-Увидимся завтра, хорошо?

Я, зная, что уже точно красная, как спелый помидор, неловко кивнула.

Кейн мягко улыбнулся и коротко чмокнул меня в губы.

-Беги, пока я могу тебя отпустить.

  А уже совсем вечером, перед сном мне в общагу доставили огромный  букет красных, невероятно ароматных роз.