Глава 38

У меня перед глазами все вспыхнуло, я сильно-сильно зажмурилась, но все равно чувствовала, как мир шатается и кружится. Или это у меня в голове все кружилось? Выискивало свои места, чтобы снова восстановить порядок в мыслях и воспоминаниях. Проморгавшись, я увидела стоящих в дверях худо-бедно слепленной бревенчатой избушки своих парней, взволнованных и немного напуганных. – Ты в порядке? – первым ко мне ринулся Шим, подхватил на руки, зацеловал, потом явно с большим моральным усилием позволил обняться с Лианешем и снова притянул к себе, как дракон – сокровище. – Вроде бы… – Проведя внутреннюю ревизию, я убедилась, что помню абсолютно все, включая короткий фейский период. Или не такой уж и короткий, судя по выстроенной избушке? – А как давно вы меня ищете? – Эм… – неожиданно замялся Лианеш. – Мы сначала просто искали, потом стали делать зарубки, потом нам надоело. Дней двадцать, наверное, да? И он как-то странно уставился на Рицушима, будто не уточнял, а просил о чем-то. Например, соврать слишком уж надолго загулявшей женщине. – И сколько раз по двадцать? – повернулась я к Шими, еще не успевшему даже рот открыть. – Ну… Главное, что ты нашлась! – переглянувшись с ангелочком, решил он не выдавать тайну. М-да, вот это я навеселилась. Прямо полная чхымля, как есть! – А у вас как дела? Может, хоть парням повезло с семьей? Хотя у меня к своей семьей претензий нет: приняли как родную, научили всему, что сами знали, веселились вместе от души несколько месяцев. – Ну… Теперь замялся Рицушим, но Лианеш быстро его спас: – Они решили вычистить нам души от тьмы, чтобы выбелить крылья. Мы оба отказались. – Даже ты? – Я с интересом уставилась на ангелочка, как будто впервые его увидела. – Не так уж много во мне тьмы, чтобы ее нужно было вычищать, – буркнул в ответ Лианеш и покосился на крылья Шими. Они у парней были одного оттенка серого, что намекало об одинаковой пропорции светлой и темной составляющих. – И что теперь? Останемся здесь? – поинтересовалась я, хотя желания остаться у меня не было никакого. Собиралась изначально только заглянуть, вот и надо было краем глазика осмотреться и обратно. Правда, кто ж мог догадаться, что я немножечко фея? Может, если бы была тоже ангелом, мы бы все зачистились… и порхали по небу белоснежными чайками. – Ты хочешь остаться? – немного напряженно уточнил Шими, переглянувшись с Лианешем. Вообще, пока меня не было, парни как-то уж подозрительно крепко сдружились. Может, это только на пользу, конечно. – Да не то чтобы очень, – призналась я. – Тогда давайте искать выход? – А мы его уже давно нашли, – обрадовал меня ангелочек. – Пока тебя не было, мы даже с драконом опять встречались. Надеялись, что он поможет. Я лишь виновато улыбнулась, глядя на своих парней. Даже не сомневаясь, шагнули за мной в мою мечту, и потом не бросили, искали везде, где могли. Верили в лучшее. А ведь могли сбежать в любой момент, оставив меня мотаться тут вместе со своей родней, чтоб ее… Дверь из мира логично оказалась на поляне, где мы встретились с драконом. Вот только чтобы выйти на ту поляну, надо было очень сильно захотеть. Но мы справились. Выслушали прощальную речь от местного таможника. И без всяких ключей шагнули обратно, в свой мир. Благо с нами был Лианеш, а для него не существует закрытых дверей. Никаких. *** Как выяснилось, время в мирах течет по-разному, так что мы вернулись спустя три часа после исчезновения. Отчитались полицейским, что Кристид пропал, вырубив нас каким-то сильно дурманящим разум средством. Поэтому где именно мы находились – не помним, куда исчез преступник – не знаем, и вообще мы пострадавшие, у нас голова болит, тошнота, и мы хотим домой, на корабль. И это не наша вина, что медэкспертиза признала явного психа благонадежным гражданином. Побившись с нами какое-то время, полицейские смирились, что мы действительно не можем помочь следствию, и отстали. И только тогда я с тяжким вздохом сочувствия обняла парней, ставших опять бескрылыми. Правда, несчастными они не выглядели. А когда мы наконец оказались на корабле, поразили меня, раздевшись до пояса и буквально за миг вырастив крылья обратно. – Это единственное ценное, чему нас научили родственники, – ухмыльнулся демоненок, наслаждаясь моим изумлением. – Может, и у тебя так получится? Надо просто сосредоточиться… Только сначала разденься, а то или одежду порвешь, или крылья помнешь с непривычки. Но как-то так вышло, что, раздевшись, мы забыли о крыльях, зато вспомнили о том, как давно уже не были вместе. Причем желания уединиться не было ни у меня, ни у Рицушима. Мы сразу оказались втроем в кают-компании, на так и не собранном еще с прошлого раза диване. Мне снова досталась двойная порция наслаждения, чтобы смогла парить от удовольствия. И только утром, проснувшись от ощущения, что мне опять чего-то не хватает, я под присмотром парней попыталась вырастить себе крылья. *** – Элькеш, близнецы у тебя? – Взволнованный голос Шими ворвался в мой сон, выдергивая в реальность. Позевывая, я оглядела каюту, убедилась, что в ней пусто. Ниоткуда не торчат золотистая или черноволосая макушки и нет подозрительного ветерка от взмахов крыльев. – С корабля они улететь не могли, так что где-то здесь, – успокоила демоненка, выискивая свою одежду, которую мы вчера, как обычно, раскидали по полу. – Чхымля, скорее бы уже у Лианеша каникулы! – горестно вздохнул появившийся в дверях Рицушим, подкидывая мне валяющуюся рядом с ним футболку. – Его они почему-то слушаются. – Потому что он их не балует, в отличие от тебя, – фыркнула я, найдя наконец-то штаны. Когда выяснилось, что после другого мира действие моих противозачаточных испарилось и я умудрилась забеременеть с первого же раза и сразу от двоих, Лианеш рвался уйти из университета или хотя бы перевестись на заочный. Но мы с Рицушимом его отговорили и оказались правы. Зато целых три месяца между курсами и почти месяц между полугодиями он занимается детьми, пока Шими выдыхает. И как ни странно, ангелочек оказался более серьезным и ответственным отцом, а из демоненка близнецы просто вили веревки, ловко манипулируя им на эмоциональном уровне. Меня оба сорванца опасались – и златокудрый синеглазый красавчик Танеш, и черноволосая сероглазая Зилид. В отличие от своих парней, я могла и рыкнуть, и по попе шлепнуть. Так что баловаться они предпочитали с папами, а со мной оба изображали ангелочков, с крылышками очень странной расцветки – пестрой, как у бабочек. Подозреваю, что у их добродетельных предков при виде наших детей случился бы приступ. Только заявляться хвастаться ими в другой мир мы не собирались. Правда, Зилид унаследовала дар открывать все попадающиеся на пути двери, но уже постепенно смиряется со странной необходимостью сначала стучать и, – если говорят, что нельзя – улетать, даже не заглядывая. Не знаю, как сложится дальнейшая судьба наших детей, но для меня и парней счастье нашлось в нашем, а не чужом мире. Возможно, мы поняли бы это и безо всяких дверей, но так вышло очень наглядно. И я очень рада, что не осталась в мире своей мечты! Что никто из нас там не остался… кроме действия моих противозачаточных. Вот этому я сначала не радовалась, особенно первые три месяца беременности и последний месяц до родов. А потом поняла, что это тоже счастье – временами очень беспокойное, но ужасно любимое. КОНЕЦ