15

15

Евгения

У меня окончательно перестало получаться думать. Мир будто расплылся. Остались только: его губы, его дыхание, его ладонь на моей шее, и это сумасшедшее чувство внутри, от которого подкашивались ноги.

Господи. Да что он вообще со мной делает?

Я чувствовала, как пальцы Константина сильнее сжимаются на моей талии. Не больно. Но так уверенно, будто он давно хотел притянуть меня ближе. И это почему-то сводило с ума ещё сильнее.

Я сама не заметила, как подалась к нему. Ближе. Ещё ближе. Чай давно остыл. Кафе исчезло. Люди исчезли. Остался только он. И этот поцелуй, от которого внутри всё плавилось.

Константин медленно провёл большим пальцем по моей щеке, и я тихо вздрогнула. Его дыхание стало тяжелее. И вдруг… Он резко отстранился. Всего на несколько сантиметров.

Но этого хватило, чтобы я словно рухнула обратно в реальность. Я тяжело дышала. Щёки горели. Губы пульсировали. А он смотрел на меня так, что сердце снова начинало сходить с ума.

Темно. Голодно. Опасно.

Я медленно моргнула. И только сейчас поняла, насколько близко мы сидим. Моя ладонь всё ещё сжимала ткань его рубашки. Его пальцы всё ещё лежали на моей талии. Боже.

Я резко отпустила его.

И тут же отвернулась к окну, пытаясь привести дыхание в порядок.

— Вы… вы... так нельзя, — пробормотала я.

Рядом послышался тихий смешок. Хрипловатый. От которого по коже снова побежали мурашки.

— Поздно это поняли.

Я нервно поправила волосы. Руки дрожали. Рядом с ним моё тело будто вообще переставало меня слушаться.

— Это кафе вообще-то общественное место, — пробормотала я.

— Я заметил.

— А если бы нас кто-то увидел?

— Нас увидели.

Я резко повернулась к нему. Константин чуть кивнул куда-то в сторону. И только тогда я заметила официантку, которая старательно делала вид, что протирает соседний столик, хотя сама уже минуту косилась на нас с совершенно ошарашенным лицом.

Я закрыла глаза.

— Господи…

— Полностью согласен.

Я бросила на него злой взгляд. А он выглядел слишком довольным. И это окончательно выводило меня из себя.

— Вы ужасный человек.

— Ну а вы даже не ударили меня.

Я открыла рот. И тут же закрыла. Потому что… Чёрт. Он был прав. Я бы могла его ударить, но тут поняла одну одну вещь, я не могу, потому что впервые за долгое время я не контролировала ситуацию.

Совсем. Константин медленно провёл взглядом по моему лицу. По губам. По шее. И от этого взгляда внутри снова становилось жарко.

— Вам идёт красный цвет, — тихо произнёс он.

Я нахмурилась.

— Что?

— Щёки.

Я резко отвернулась. Ненавижу. Ненавижу, когда он вот так спокойно говорит вещи, от которых сердце начинает биться быстрее.

— Это всё из-за вас.

— Знаю.

И снова этот тон. Уверенный и спокойный.

Будто он уже всё понял раньше меня самой. Я нервно потянулась к чашке. Сделала большой глоток. Лишь бы чем-то занять руки. Потому что иначе мне хотелось снова дотронуться до него.

А это уже было совсем плохо.

— Евгения.

Я замерла.

Он редко называл меня просто по имени. Без колкостей. Без своего привычного «Евгения».

Я медленно подняла взгляд. Он смотрел прямо на меня.

И это вдруг оказалось намного опаснее всех его издёвок.

— Что? — почти шёпотом спросила я.

Константин несколько секунд молчал. Словно сам с собой боролся.

А потом тихо произнёс:

— Вы хоть понимаете, как сильно меня провоцируете?

У меня перехватило дыхание.

— Я?!

— Вы.

Я нервно усмехнулась.

— Вообще-то это вы меня постоянно целуете.

Уголок его губ дрогнул.

— И вам это нравится.

Константин медленно наклонился ближе. Не целуя конечно, но ой как хотелось.

Он смотрел так, как будто пытался запомнить.

Моё лицо. Губы. Сбитое дыхание. А у меня внутри всё дрожало. Он медленно выпрямился. Поправил рукав рубашки. Снова стал этим невозможным, холодным, собранным мужчиной, от которого весь офис ходил по струнке.

Только вот я уже знала: под этим спокойствием всё далеко не спокойно.

— Доедайте свой десерт, Евгения, — тихо произнёс он. — И постарайтесь больше не сбегать с работы.

Я нервно усмехнулась.

— А то что?

Уголок его губ дрогнул. Он чуть наклонился ко мне. Настолько близко, что я снова почувствовала его дыхание.

— А то я опять вас поцелую.

И после этих слов просто ушёл. Спокойно.

Будто только что не перевернул мне весь внутренний мир вверх дном.

Я ещё несколько секунд смотрела ему вслед.

На широкую спину. На уверенную походку. На то, как он даже не обернулся, а потом медленно отвернулась.

Господи.

Я осторожно дотронулась пальцами до губ. Они всё ещё горели. Будто он всё ещё целовал меня.

Щёки пылали так сильно, что мне казалось — к ним можно приложить чайник и вскипятить воду.

Я закрыла лицо ладонями.

— Боже…

Мне было стыдно. Очень. Но одновременно… так хорошо, так неправильно хорошо. И самое ужасное — если бы мы сейчас были не в кафе… Если бы рядом не было людей… Если бы Николай не ушёл за этим несчастным кофе… Я была почти уверена: одним поцелуем бы не закончилось. От этой мысли внутри всё снова сладко сжалось.

Я резко выдохнула.

Нет.

Нет-нет-нет. Это Константин. Мой начальник. Невыносимый. Холодный. Самоуверенный. Наглый. И очень сексуальный мужчина от которого у меня уже начинали подкашиваться ноги.

— Ну всё, — пробормотала я себе под нос. — Приехали…

— Кто приехал?

Я вздрогнула и резко подняла голову. Николай стоял возле столика с двумя чашками кофе и огромным куском чизкейка на тарелке. И улыбался.

У меня сразу возникло очень плохое предчувствие. Он медленно поставил тарелку передо мной. Сел напротив, отпил глоток горячего напитка и только потом лениво протянул:

— А это было горячо.

Я чуть не подавилась воздухом.

— Коля!

Он рассмеялся.

— Что? Я вообще-то воспитанный человек. Даже специально задержался.

— Господи…

Я закрыла лицо руками. Щёки вспыхнули ещё сильнее.

Николай продолжал довольно улыбаться.

— Нет, серьёзно, Жень… — он покачал головой. — Я давно такого напряжения не видел. У вас там искры между глазами летают.

— Не придумывай.

— Ага. Особенно после того, как он тебя целовал так, будто ещё немного — и прямо на стол уложит.

— КОЛЯ!

Он засмеялся уже в голос, а я готова была провалиться сквозь землю.

— Всё-всё, молчу, — поднял он руки. — Но знаешь что?

Я подозрительно посмотрела на него. Николай улыбнулся мягче. Теплее. Совсем как раньше.

— Он на тебя смотрит так, будто уже пропал.

И почему-то после этих слов сердце у меня снова забилось быстрее.