3

3

Евгения

Я резко подняла голову.

Листок бумаги с тихим шелестом отлип от моей щеки… и, кажется, от губ тоже. Я замерла и моргнула. Провела рукой по лицу. Мокро.

Я медленно отняла ладонь и уставилась на неё.

— …охренеть, — прошептала я.

ЧТО. ЭТО. НАФИГ. БЫЛО.

Я огляделась. Компьютер. Стол. Документы. Мой стол. Я… на работе? Я дёрнулась и резко посмотрела на часы в углу экрана.

00:07

— Нет… — выдохнула я.

Полночь. Полночь?! Я в ужасе закрыла рот ладонью. Как я могла уснуть?! Я?! Здесь?! После всего этого цирка с отчётами?! Я же… Я же должна была...

— Впечатляющее зрелище.

Я вздрогнула так, что чуть не уронила стул. Медленно. Очень медленно. Повернула голову, и увидела своего начальника. Он идел у стены, в кресле для посетителей, закинув ногу на ногу.

Спокойный и собранный, будто вообще не ночь, а обычный рабочий день. Пиджака конечно на нём не было. Рукава закатаны до локтей. В руках — мои документы. И… очки. Очки? Я на секунду зависла. Потому что это было… Неожиданно. И почему-то… чертовски ему шло.

Я резко тряхнула головой.

— Ты что, серьёзно сейчас думаешь об этом? — прошипела я себе под нос и мысленно отвесила себе подзатыльник.

Соберись. Это твой начальник. Напыщенный индюк и козёл, который, на минуточку, между прочим…

Я резко выпрямилась.

— Вы… — прошептала я. — Вы что, смотрели, как я сплю?!

Он не сразу ответил. Спокойно перевернул страницу, и только потом поднял на меня взгляд поверх очков. Приподнял одну бровь.

— Я проверял вашу работу, Евгения.

Пауза.

— И, к сожалению, это было невозможно игнорировать.

Я покраснела.

— Невозможно… что?

Он чуть наклонил голову.

— Ваш… звуковой фон.

Я замерла.

— В каком смысле?

Он спокойно снял очки, сложил их и положил на документы.

И абсолютно без эмоций произнёс:

— Вы храпели.

Тишина. Я долго смотрела на него, а он — на меня.

— Я… не храплю, — медленно сказала я.

— Храпите.

— Нет.

— Да.

Я сжала кулаки.

— Вы врёте.

Он чуть пожал плечами.

— У меня нет причин.

Я открыла рот, закрыла и снова открыла.

— Это… это невозможно.

— Возможно.

И, как будто этого было мало, он спокойно добавил:

— И довольно громко.

Я готова была провалиться сквозь землю.

Или убить его, желательно медленно...

— Замечательно, — прошипела я. — Просто замечательно.

Я резко посмотрела на стол. На документы. И тут заметила… Пятна. Господи. Какой кошмар. Чёрт.

Потом медленно перевела взгляд на него.

Он чуть кивнул на бумаги.

— Всё, что вы успели… обработать, — он сделал паузу, — придётся переделать.

Я сжала зубы.

— Серьёзно?

— Абсолютно.

Я резко встала, схватила сумку со стула.

— Знаете что?

Он молча смотрел.

– Что?

— Это уже не контроль работы.

Я накинула ремешок сумки на плечо.

— Это… это…

Я искала слово и не нашла.

– Идите вы, лесом.

Он чуть приподнял бровь.

— Наблюдать, как человек спит — это, знаете ли, не входит в мои должностные обязанности.

Я развернулась.

— И вообще, — бросила через плечо, — взрослый мужчина, а ведёте себя… как... как...

Я махнула рукой.

— Сволочь.

И, не дожидаясь ответа, вышла из кабинета с гордо поднятой головой.

— Я не храплю, — возмущённо бормотала я, быстро идя по пустому офису. — Я вообще никогда не храпела.

Тишина. Ни души. Только звук моих шагов и собственное возмущённое дыхание.

— И даже если и храпела… это не повод!

Я нажала кнопку лифта.

— Сидел он там… смотрел…

Двери открылись.

Я зашла внутрь и нажала первый этаж.

— Извращенец...

Лифт мягко тронулся.

Я тяжело выдохнула и достала из сумки маленькое зеркальце.

Открыла и ....

— Ох…

Я уставилась на своё отражение. Помада… была везде. Серьёзно. Не на губах. Вокруг губ. Чуть ли не на щеке. Тушь собралась в уголках глаз, ну а волосы…

Я медленно провела рукой по голове.

— Господи…

Я захлопнула зеркальце, потом снова открыла. В надежде, что это галлюцинация, но нет, не галлюцинация.

— На кого я похожа…

Я быстро достала салфетки и начала стирать весь этот кошмар.

— Прекрасно, Евгения. Просто прекрасно.

Я вздохнула.

— Уснула на работе. Захрапела. Ещё и выглядишь как…

Я не договорила.

Потому что приличных слов не было. Лифт остановился. Двери открылись. Я вышла в холл и направилась к выходу.

И только когда двери распахнулись, я поняла, что этот день ещё не закончил надо мной издеваться.

Ливень. Настоящий. Сильный. Громкий. Я остановилась под козырьком и уставилась на стену дождя.

— Да вы издеваетесь…

Я посмотрела на улицу, потом на свою блузку, юбку.

— Полчаса до метро, — пробормотала я. — Отлично.

Я достала телефон. Нажала кнопку. Ничего. Чёрный экран.

— Нет.

Я нажала ещё раз.

— Нет, нет, нет…

Разряжен. Полностью. Я медленно опустила руку.

— Ну конечно.

Я оглянулась.

— Может, охранника попросить…

Я уже собралась развернуться, как вдруг…врезалась, во что-то твёрдое. Точнее — в кого-то.

— Ай!

Я отшатнулась, подняла голову и замерла.

— Вы? – сердито.

Он стоял передо мной.

Как обычно — слишком спокойно. Как будто появляться из ниоткуда — его хобби.

— Осторожнее, — спокойно сказал он.

Я скрестила руки.

— Это вы подкрались, опять.

В этот момент к входу подъехала машина. Чёрная. Дорогая. Он даже не посмотрел на меня. Просто открыл дверь и сел на заднее сиденье.

Я осталась стоять. От шока я не могла вымолвить и звука. Серьёзно? Вот так? Он оставит меня здесь? Под дождём? Без телефона?

Я сжала губы.

— Ну и отлично, — пробормотала я. — Валите на все четыре стороны.

Свет в офисе за моей спиной погас. Я осталась одна под козырьком, с дождём и со своим везением.

Машина не уезжала. Я нахмурилась. Прошла секунда, вторая, третья и вдруг из открытого окна раздался его голос:

— Вы долго там стоять будете?

Я зло выдохнула, быстро подошла к машине, открыла дверь и села внутрь.

Захлопнула.

И сразу почувствовала, как будто воздуха стало меньше. В машине тепло и очень тихо, и ещё пахло им. Его одеколоном. Спокойным, дорогим, раздражающе правильным.

Я чуть отвернулась к окну.

— Спасибо, — тихо сказала я.

— Громче, — спокойно отозвался он. — Я не расслышал.

Я медленно повернула голову и зло посмотрела на него.

— Я сказала — спасибо.

И если бы взглядом можно было убивать… Он бы не доехал до первого поворота.