Глава 13. Аделина

Шёл второй день, как я отбываю наказание в колонии строгого режима, расположенной прямо в офисе Афанасьева.

С Оксаной контакт пока шёл туго. Да, к концу вчерашнего рабочего дня она немного перестала принимать меня за врага, и мы с ней даже немного поболтали, но, похоже, после вчерашнего она за ночь успела обнулиться и сегодня вновь меня ненавидит.

Афанасьев всё так же смотрит на меня, как на дерьмо, прилипшее к его ботинку. А у его зама, похоже, проблемы со зрением, так как он уже второй день не видит меня полностью — только сиськи. Димочка всё так же сурово молчит и смотрит, а остальные сотрудники воспринимают меня, как одну из своих, то есть, особо не заморачиваются моим нахождением в офисе. И только бабушка Афанасьева, кажется, нашла во мне подружку, с которой можно погонять чаи.

— Устала, поди? — спросил Ангелина Дмитриевна участливо, подливая мне чая из своего цветастого термоса.

— Не выспалась, в основном, — устало улыбнувшись ей, я отпила теплого чая и с наслаждением прикрыла глаза. — Чай у вас, конечно, отвал башки.

— Сама собираю, — гордо приосанилась она.

— Прямо в Индии?!

— Прямо со своего огорода, — посмеялась бабушка. — Ну и Андрюшенька летом возит меня в лес, где я тоже собираю травы. Меня ещё моя бабушка этому научила. Всё натуральное, всё полезное. Могу собрать чай для чего угодно. Для здоровья общего, для здоровья женского, — особым тонном подчеркнула она. — Чтобы детки здоровыми рождались и молочко всегда было… — как-то странно добавила бабушка, а взгляд её стал немного пугающим. Даже как-то не по себе немного стало. Может, она не просто так чудо-чаи свои собирает? Может, она какая-нибудь дальняя родственница Бабы Яги? — Вот тебе какой чай собрать? Ты только скажи. У меня много трав на даче насушено.

— Мне бы что-нибудь от рукожопства, — смущенно улыбнулась я. — Ну, или для удачи что-нибудь. А то я каждый день рискую увеличить свой и без того не маленький долг.

— Понимаю, — плавно кивнула Ангелина Дмитриевна и отпила потрясающе вкусный и ароматный чай, которого я допивала уже вторую кружку. — Что-нибудь придумаю, Адочка. Ты, кстати, как с Андрюшей? Ладишь?

Рассказать ей про шокер? Про кофе она, наверняка, уже в курсе. А про кошку?

— Ладим, — я решила немного приукрасить. Очень сильно приукрасить. — Почти даже подружились.

— Хорошо, — протянула бабушка, пряча очень странную улыбку за ободком кружки. Пожалуй, её чаи я больше пить не буду. Пугает она меня этими загадочными полуулыбками. — Ты не смотри, что он у меня ворчун. Человек он добрый, ласковый.

— Кто? — кажется, я выпала из разговора, потому что речь пошла явно о ком-то другом.

— Андрей мой. Кто же ещё?! Он у меня хозяйственный, рукастый. Знаешь, как ловко огород мой перекапывает? За день! И даже не устаёт.

— М-м-м, — протянула я. Верилось, конечно, с трудом в то, что этот чистюля ступит на клочок земли, не покрытый асфальтом. И уж точно он не станет заниматься такой грязной работой, как огородные дела.

— А детей-то как любит! Жалко только, что своих так и не получилось. Хотя, один бы сейчас уже… — начала она задумчиво, но тут же себя оборвала. — Ладно. Успеет. Молодой ещё.

— Кто молодой? — не поняла я.

— Внук мой, Адочка, — укоризненно цокнула Ангелина Дмитриевна. — Ты что-то сегодня подтормаживаешь. Вчера сообразительней была.

— Недосып, наверное. Не привыкла просыпаться в четыре утра.

— Ну, это дело привычки. Привыкнешь ещё.

— Угу, — вздохнула я пессимистично. Залпом допила остатки чая и поставила пустую кружку на блюдце. Заглянула в глаза бабушке и, подарив ей улыбку прилежной девочки, поспешила откланяться. — Спасибо за чай. Очень вкусный. Но мне пора возвращаться на рабочее место. Сами понимаете, долг сам себя не отработает.

— Понимаю, деточка. Понимаю. Ты, кстати, дома-то у него что делаешь?

— Убираюсь и готовлю. Сегодня вот кошку его постирала.

— Интересно, — усмехнулась бабушка. — Я на эту дикарку даже смотреть боюсь. Её нрав только Андрюша смог усмирить.

— Думаю, после сегодняшнего мы с его кошкой вряд ли теперь подружимся.

— Ничего. Привыкнет, — махнула она с легкостью рукой. — Ты уже придумала, что будешь на ужин готовить?

Я мысленно молюсь о том, чтобы Афанасьев и сегодня отменил ужин. Так как ещё пару часов на ногах и я просто вырублюсь, прислонившись лбом к какой-нибудь стене.

— Не придумала. Да и вряд ли я смогу ему угодить.

— В голову не бери, Адочка. Мой внук любит простую еду. Чем проще, тем ему вкуснее.

— Это вам так кажется. Потому что вы его бабушка, а то, что приготовила бабушка априори вкусно, потому что святое.

— А ты приготовь ему сегодня на ужин картошку по-деревенски. Его любимую. И сама убедишься, что он любит простую еду.

— Попробую. Ну, ладно, пойду я.

Поднявшись на этаж к кабинету Афанасьева, я наткнулась на несущуюся на меня Оксану.

— Где тебя носит?! — прошипела она, прижимая телефон к груди. — Быстро кофе в кабинет Андрея Васильевича!

— Когда ж он напьётся им? — выдохнула я тяжело и поплелась к маленькой комнатке, что служила здесь кухней.

Сварила горький кофе, у которого вкусным был только запах и, мечтая скинуть с уставших ног туфли, пошла в кабинет Афанасьева.

Потянулась к ручке, но вспомнила, что нужно постучаться.

Бесит! Будто непонятно, что после того, как он попросил кофе, в кабинет придут именно с кофе. Нафига стучаться? Он же всё равно ждёт.

Постучалась костяшкой среднего пальца.

Несколько секунд залипала взглядом в черное дверное полотно. Одна моя нога просто подвернулась на ровном месте, из-за чего я едва не расплескала кофе.

Сегодня я слишком много бегала по этажам с бумагами, будто в этом офисе отключили электронную почту, и письма носила я.

С секунду подумав, быстро сняла туфли и отодвинула их ногой в сторону от двери, чтобы идиот Афанасьев не запнулся о них, если решит выйти.

— Войдите, — наконец, донеслось из его кабинета.

В кабинет я вошла, не глядя на босса. Смотрела только на кофе, боясь его расплескать.

Забавно, что весь сегодняшний день Афанасьев встречал свой кофе стоя у окна подальше от стола. Я ставила кофе и уходила. Вот и сейчас босс стоял у окна, хмуро глядя на меня из-под сведенных бровей.

— Зачем ты к концу дня снимаешь туфли? Что я тебе говорил про дресс-код? — он смотрел на мои ноги в тонких черных капронках так, будто они воняют.

— А вы попробуйте побегать на одиннадцатисантиметровых каблуках по этажам.

— А ты попробуй найти обувь попроще.

— Не хочу, — бросила я спокойно, глядя ему в глаза.

— Почему? — повел он широкой бровью.

— Потому что мне нравятся мои неудобные туфли.

— Ясно, — прозвучало это так, будто он поставил моим интеллектуальным способностям неутешительный диагноз.

— Ужин вам сегодня готовить или как вчера?

— Ужин… — протянул он задумчиво и заглянул в свой телефон. Что-то там полистал, попечатал и стал ещё суровее, чем секунду назад. Поднял на меня взгляд, будто хотел прихлопнуть, как назойливую муху. — Ты забыла, что должна отрабатывать долг без выходных? Приходишь и готовишь. Желательно так, чтобы я тебя не видел и не слышал.

— А я фокусы не умею. Так что вам придётся меня и видеть, и слышать, — нервно отчеканила я и вышла из кабинета, не дожидаясь, когда он сам меня пошлёт.

Придурок.