Глава 42. Андрей

Медленно, чтобы не разбудить, вынул из-под головы Ады руку, на которой она проспала всю ночь.

Она вздохнула, чуть поменяла положение и укуталась в одеяло, словно стараясь сохранить тепло, что исходило от меня.

Сидя на краю кровати, завис, разглядываю спящую «девочку» Аду.

И как меня угораздило так влипнуть? Она ведь противоречит абсолютно всем качествам, которые я всю жизнь искал в женщинах. Начиная от возраста (я никогда не рассматривал девушек гораздо моложе себя) и заканчивая абсолютной несговорчивостью (она же никогда не соглашается с тем, что я говорю).

Но всё равно влюбился.

И подтверждаю сейчас это тем, что с дурацкой улыбочкой любуюсь спящей бунтаркой в моей постели. И Киня, конечно же, выбрала для сна её ноги, а не мои.

Дыхание Ады изменилось, она чуть поморщилась и, приоткрыв глаза, увидела, как я на неё таращусь.

— Чё? — спросила она сонно и нахмурила брови.

— Ты такая красивая, когда спишь и слюнявишь мою подушку.

— Ой, иди ты в жопу! — буркнула и, закутавшись ещё сильнее в одеяло, отвернулась. Через мгновение вновь зашевелилась. Вытянул из-под одеяла руки и затянула под него Киню, которую крепко обняла, а та и не думала ей сопротивляться.

Тихо хохотнув, я встал и, чмокнув Аду в волосы, вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Бросил взгляд на часы и понял, что уже проспал начало рабочего дня. В любой другой ситуации я бы уже психовал и злился, бегая по квартире в попытке как можно скорее одеться и выехать на работу. Но сегодня мне было на это плевать. Тем более, на этот день у меня были совсем другие планы.

Пока готовил завтрак, решил позвонить отцу Ады и назначить с ним встречу.

Ночью мы много разговаривали с Адой, и я понял, что единственное, что её страшит в наших отношениях, это возможная реакция её отца на них. Подумав, я решил встретиться с ним и лично, по-мужски, решить этот вопрос, не привлекая Аду и не заставляя её об этом волноваться.

Не желаю откладывать дело в долгий ящик, решил позвонить её отцу и назначить встречу.

— Тебя давно лесом с утра пораньше не посылали? — ответил он через два гудка. — Чё надо?

— Встретиться. Сегодня в шесть, — по-деловому ответил я.

— Больше тебе ничего не надо? — огрызается.

— Это касается твоей дочери.

— Где она? Что ты с ней сделал, ушлёпок? — злость и страх послышались в его голосе.

— Ничего плохого. А вот ты можешь.

— В смысле? Что за хрень ты несёшь? Говори, в чём дело или сразу иди нахрен.

— Дело в твоей дочери. В шесть вечера мы это подробно обсудим. Не телефонный разговор. Аделина об этом не должна знать.

Старик выдержал паузу, тяжело вздохнул и, наконец, нехотя, бросил:

— Где?

Я назвал адрес кафе. Он сказал, что приедет. На этом разговор был закончен.

Через пару минут из комнаты вышла сонная Ада, завернутая в одеяло, с такой же сонной кошкой в руках.

— Ты почему ушёл? — строго предъявила она. Взлохмаченная, с припухшими покусанными мной этой ночью губами.

— Решил приготовить завтрак. Хочешь?

— Хочу. Хочу, чтобы ты вернулся в кровать. Мы замёрзли, — её требовательный тон показался мне забавным.

— А завтрак?

— Ты ночью говорил что-то про мои аппетитные булочки. На завтрак тебе хватит. Пошли. Я целоваться хочу.