Глава 43 Древв. Надя. Знакомство с Драгом. Бой с Канном

Дверь открылась, и в гостиную шагнул мощного телосложения Дракон-оборотень. Его подавляющую энергетику Надя ощутила на расстоянии. Мурашки по коже и волосы дыбом. В лицо глянуть не осмелилась. Встала с дивана и опустилась на колено. Склонила голову.

Драг молча подошёл и, немного постояв, заговорил. Голос глубокий, грудной, слегка хрипловатый.

— Встань, лерисса Надия.

Надя встала, но поднять голову не посмела. Это не Канн. Это один из самых жестоких Правящих пяти стран. С ним дерзить — себе дороже. Стояла, стараясь даже дышать через раз.

— Ты была ранена. Как себя чувствуешь?

«Интересно, о каком ранении он спрашивает? О полученном в бою на полигоне или при похищении? Наверняка видел, как из моей руки вышибли заряд», — промелькнула мысль, заставившая ответить общей фразой:

— Спасибо, всё хорошо, крон-древ Драг Дорвер.

— У тебя красивый голос, лерисса. Я разрешаю тебе называть меня по титулу или имени.

Он поднял руку и лёгкими движениями прикоснулся к косе Нади, лежащей на груди.

— Изумительные волосы. Наши женщины не делают таких причёсок. Кто тебя научил?

— Сама придумала, крон-древ, — ответила она и тут же прокляла всё на свете, что заплела земную косу.

— Я приглашаю тебя пройтись по парку. Моему. У дворца Правящего.

Внезапно за его спиной возникла шелестящая дуга. Драг подхватил Надю за локоть и мягко увлёк в портал. Один шаг и они вышли в парковую беседку. Правящий отпустил локоть и жестом пригласил к выходу. Спустившись по лесенке, он встал рядом и, взяв её руку, положил на сгиб своей руки.

— Я знаю правила этикета, лерисса, но пройдись со мной, опершись на мою руку.

Надя покорилась. Драг накрыл её руку ладонью и повёл спутницу в сторону дворца.

Как бы не были напряжены её нервы, но Надя отметила красоту парка. Красив и безупречен. Дерево к дереву, куст к кусту, травинка к травинке. Они шли по дорожке, выложенной чёрной плиткой.

— Нравится парк, лерисса?

— Да, очень красиво, крон-древ.

— Я не буду скрывать своих намерений, девочка. Хочу видеть тебя своей женой. Ты мне понравилась.

— И я не буду скрывать своего отношения к вам, крон-древ. Я вас уважаю как Высшего Правящего. Но не более того. Мое сердце занято. Я люблю крон-эллина.

— Как можно любить такого сухаря, как Арм. Я совсем другой. Не растерял ни оптимизма, ни юношеского любопытства, ни жизнелюбия, которыми наделяет нас природа в детстве. Ненавижу этикет. В Древве не носят маски. Наоборот. Они запрещены. В моем дворце всё просто. Гости на балах веселятся. Ты можешь смотреть в мои глаза и хохотать, можешь даже дерзить мне. Конечно, в разумных пределах и желательно наедине. Обещаю, что тебе будет комфортно со мной.

Драг немного помолчал, придержав Надю за локоток, помогая пройти по горбатому мостику через звонкий ручей.

— А Арм… Я помню его ещё подростком. Любопытный, жизнерадостный, лёгкий в общении. Если бы ты знала, в какие истории мы с ним влипали. Даже получали выволочку в Совете Правящих. Но когда он стал Наследником Престола, а затем Правящим, изменился до неузнаваемости. Вечно серьёзен, не терпит отклонений от этикета. Не удивлюсь, если он уже наказывал тебя. Было такое?

— Пока только пугал. Постояла около цепей и стула с плетью.

— Я многое узнал о тебе, лерисса. Ты не сможешь жить в таких условиях. Ты жизнерадостна, порывиста и свободолюбива. Единственный, кто может обеспечить тебя свободной от этикета жизнью — это я.

Некоторое время они шли молча. Вдоль дорожки цвели растения, внешне напоминающие розы. Пытаясь понять, как Драг смог столько узнать о ней, Надя загляделась на цветы.

— Нравятся тарции, лерисса?

— Да. Очень красивые, крон-древ.

— Не торопись отказывать мне. Предлагаю познакомиться поближе. К сожалению, много времени тебе уделить не смогу, но постараюсь сделать встречи интересными. Жить ты будешь у моего брата. У него прекрасная невеста. Умная, красивая девочка. Канн очень любит её. Ждёт не дождётся инициации. Она состоится через несколько рассветов. Мы с тобой приглашены на семейный праздник. Я попрошу брата, чтобы он не ограничивал вас во встречах.

Наде очень хотелось рассказать о действительных отношениях между Канном и Арин, но вовремя прикусила язычок. Не стоит влезать в чужие семейные отношения. Если дело дойдёт до критической точки, то откроет глаза Драга на его братца.

— И как долго мы будем знакомиться, крон-древ? — задала волновавший её вопрос Надя.

Драг сбился с шага и остановился. Она подняла голову, заглянула в его глаза и мигом сообразила, что задала вопрос, озадачивший его. Но Драг ничего не сказал. Лишь его синие глаза слегка утонули в прищуре.

— Сейчас я покажу тебе наш родовой дворец. Не весь, конечно. Он очень большой.

Опять возникла дуга портала, и Драг, подхватив Надю на руки, шагнул в него. На языке уже вертелись слова возмущения, но сдержалась. Драг немедленно поставил её на ноги. Огляделась и обомлела. Они оказались в огромном и очень красивом зале. Несколько рядов арочных окон уходили под самый стеклянный потолок. Такая же стена была напротив. В одном из торцов зала находилось тронное возвышение с одним троном. У другого стоял большой овальный стол со стульями. Стены переливались серебряными узорами под лучами лучезара. Пол напоминал земной снежный покров, сверкющй разноцветными искрами на ярком зимнем солнце.

— Это очень древний дворец, девочка. Таких нет ни в одной стране. Раньше действовали немного иные свадебные ритуалы у Драконов. Здесь собирались гости — только оборотни. И жених, и невеста должны были обернуться в ипостась Дракона. Это ритуал доказательства драконьей сущности. Поэтому и такой высокий зал. Во все три этажа дворца. А теперь посмотри туда.

Драг поднял руку и показал в центр потолка.

— Видишь подвеску для осветительных шаров? Здесь мы с Армом и порезвились. Поспорили, чей Дракон изящнее сядет на пол, если оборачиваться с этой подвески. Вызвали боевого лёта. Он нас туда поднял. Стыдно признаться, но за играми с Армом у меня из головы выветрилось, что назначено заседание Совета Высших Правящих. Его проводили здесь за овальным столом. К тому времени я уже несколько сезонов правил в Древве. Отпустили мы лёта. Разошлись по разным краям подвески. И тут мой помощник ввел четырёх Правящих. Там же был и отец Арма. Лёта помощник выдворил. Гости расселись по местам и стали ждать Правящего Древвом. А Правящий Древвом висел на подвеске и лихорадочно соображал, что делать. Другого выхода не нашёл, и, кивнув Арму, прыгнул первым. Обернулся Драконом и плюхнулся на пол. Со мной рядом плюхнулся Дракон Арма. И все замерли. Наши Драконы смотрели на Правящих. А те выпученными глазами на них. А мы обернуться в магов не могли. Амуницию для оборотов не надели в пылу спора.

Надя не смогла скрыть улыбку.

— Выйти из зала в драконьей ипостаси невозможно. Нет таких дверей больших. И пришлось нам с Армом голыми перед торжественными Правящими пройти. Долго этот случай вспоминали. Меня не накажешь, я Правящий. А Арму досталось. Он сбежал из дома и несколько оборотов жил у меня, пока его не простили родители.

Надя не выдержала и рассмеялась вместе с Драгом.

— Извини, но нам пора попрощаться. Остальную часть дворца я покажу в следующий раз. Тебе понравится. Здесь есть крытый сад с растениями из других миров и большой стеклянный бассейн с морскими обитателями. А сейчас я провожу тебя в резиденцию брата.

Тут же перед ними возникла дуга портала, и шагнув в неё, они оказались в покоях Нади.

Драг улыбнулся и, не дав времени на коленопреклоненное прощание, вышел. Надя глубоко вздохнула и прошла к дивану. Откинулась на спинку и, разглядывая украшенный чёрным орнаментом потолок, прокрутила в памяти разговор с Драгом. Он или хороший актер, или действительно такой же свободолюбивый, как и она.

Подошла к окну. На площадке пусто. Дверь покоев открылась, и Надя, вздрогнув, обернулась. На пороге стоял хмурый Канн. Надя опустила взгляд к полу.

— Приглашаю на ужин, лерисса Надия. Переоденься и через драконью площадку перейди в соседние покои.

Канн развернулся и вышел.

Уже в другом костюме Надя свободно вышла на площадку. Не удержалась и подошла к краю. Вытянула руку. Защиты не было. Оглядев открывшийся вид, отметила, что ущелье перед резиденцией намного шире, чем перед дворцом Арма. Торопливо бросила взгляд в обрыв. Он был не столь глубоким. Верхушки деревьев качались на ветру совсем рядом. Дрогнули ветки одного из деревьев, и Надя с трудом удержалась от вскрика. Среди веток появилась и сразу исчезла голова Ортора. Надя порывисто вздохнула. Он здесь. Видимо, Арм приказал остаться. Не подлетел, значит, сбегать ей рано.

— Лерисса, если налюбовалась видом, то иди за стол. Я голоден, — раздался недовольный голос Канна.

Ели опять молча. И только в конце ужина, держа в руках бокал с эликсиром, Канн заговорил:

— Наслушалась сказок от моего брата?

Надя подняла на него вопросительный взгляд.

— О том, как хорошо живётся в его стране: свободно и радостно. И без масок. Он не рассказал тебе, сколько магов подвергается наказаниям? Сколько совершается в стране казней? Не рассказал?

— Нет, не рассказал, древ Канн Дорвер.

— Знаешь, почему запрещены маски на лицах? Для того чтобы видеть истинное отношение населения к Правящему. Он крепко держится за власть и беспощадно убирает с дороги всех неугодных. Сейчас он перед тобой расстилается. Но чуть заподозрит измену, и ты пройдешь через ад. И пять плетей по спине Арин тебе покажутся благом.

Надя промолчала. Она ему поверила. И Арм был беспощаден к преступникам, хотя и не наказывал за косой взгляд, даже если замечал его.

— Хочешь посмотреть мои покои?

— Нет, не хочу.

Канн расхохотался.

— Ты уже в них. Или ты сама зайдешь в спальню и осмотришь её, а потом свободно выйдешь. Или я затащу тебя туда, и тогда уже могу не выпустить.

— Обещаете, что не притронетесь ко мне?

— Клянусь, — с некоторым удивлением произнёс Дракон, склонив голову набок и прищурившись.

— Куда идти? — спросила Надя, вставая со стула.

Он показал кивком головы и тоже поднялся. Надя подошла к двери, опасливо оглядываясь. Шагнула, и рот открылся сам собой. Она не ожидала увидеть такой красоты. В спальне стояла большая кровать с изумительной тонкой резьбой. Надя подошла и притронулась к теплому, почти чёрного цвета дереву. Пригляделась. Рисунок резьбы больше напоминал Землю. Она даже разглядела листья, похожие на листья рябины с небольшой гроздью ягод. А когда взгляд уперся вырезанные в изголовье кленовые листья, рот её захлопнулся. По спине побежали мурашки. Зачем он настоял посмотреть его спальню? Знает, что она с Земли?

— Понравилась кровать? Уникальная работа мастеров из другого мира.

Надя сглотнула. Она даже знает, из какого мира.

— Что за мир? — слегка сжавшись, спросила она.

— Земля. Слышала о таком?

— Крон-эллин что-то говорил. Кажется, он там бывает. Вы тоже были в том мире?

— Только пару раз. Крон-древ не разбрасывается магией. Не дает пользоваться драконьим порталом.

Надя оторвала взгляд от резьбы и огляделась. Спальня была удивительно уютной и больше походила на женскую, чем на мужскую. Хотя цвета были скорее мужскими. Стены покрыты лёгким чёрно-серебряным орнаментом, на полу лежал серебристого цвета ковёр с длинным ворсом. Но кровать была покрыта огромным ярко-желтым покрывалом, спускающимся на пол.

— Древ Канн Дорвер, вы любите уют?

— Я хочу, чтобы моей будущей жене здесь было уютно. Тебя можно поцеловать?

Надя развернулась к Дракону и попятилась к окну.

— Ты поклялся!

— Поэтому и спрашиваю разрешения, — тихо проговорил Дракон, надвигаясь на неё.

Его раскосые глаза ещё больше сузились, губы подрагивали от вожделения, кисти рук то сжимались в кулаки, то разжимались. Надя запаниковала и попятилась быстрее. Но далеко не уйдёшь: она упёрлась в стекло. Дракон положил руки на окно по бокам от её головы. Он подошёл близко. Очень близко. Настолько, что чувствовала тепло его разгоряченного тела сквозь одежду. Но Канн не притронулся. Только навис, и его губы остановились в считанных сантиметрах от её лица. Надю трясло. Недобро ухмыльнувшись, он отжался и отошёл.

— Иди к себе, лерисса, через луч зайду за тобой. На тренировку пора.

Вернувшись, Надя заметалась по покоям. Что-то происходит не так. Интуиция бушевала и рисовала красную линию. Жаркую, горящую ярким пламенем. Надя перебрала в памяти разговор с Арин, с Драгом, с Канном. Она явно их чем-то удивляла. Но чем? Надо меньше задавать вопросов. Могла выдать себя незнанием чего-то важного и рядового одновременно.

Резко остановилась. Она впервые услышала о драконьем портале. Через него можно попасть на Землю. Значит, у Арма тоже есть такой портал. Драконий.

***

Они стояли по разные концы полигона и ждали сигнала гонга. Полигон хорош. Рельеф не знакомый, но Надю это не волновало. Главное не рельеф. Главное — тренированное тело и умение мгновенно оценивать ситуацию.

До того, как она ступила на полигон, встретилась на пробежке с Арин. Поговорить не удалось, но та успела прошептать, что у неё всё нормально. Вылечили. Надя ещё раз глянула за щиты. Арин сидела в самом низу. Немного зашевелилась интуиция. Почему села так низко? Самый лучший обзор на верхних ступенях. Прозвучал гонг, и мысли Нади улетучились. Она вступила в бой.

Канн действительно умелый воин. Надя в этом убедилась с первых мгновений боя. Своим стремительным напором и каскадом зарядов заставил её защищаться и прятаться. Некоторое время ей пришлось вытаскивать свою игру из тотальной обороны. Но Надя вырвалась, и бой пошёл на равных. В какой-то момент поняла, что Канн метал заряды так, что она легко могла увернуться. Бросив взгляд за щиты, не увидела Арин. Сложила один плюс один и поняла: Канну не нужен бой. Он хитростью заманил её за щиты. Но зачем?

Надя запрыгнула в ложбинку и проверила боевые запасы. Надо прорываться к выходу. Выход с её стороны закрылся сразу. Она это слышала, ожидая гонга. Но полностью полигоны не закрывались. А значит, его вход открыт. И надо туда пробиться. Зарядов у неё больше. Он много потратил, заставляя её защищаться. Ранения Драконы почти не замечали. Чувствительны только удары степени «убит». Значит надо "убивать". И не один раз.

Надя восприняла этот бой, как настоящий. Бой за жизнь и честь. И настроилась.

В прыжке определила его расположение. Канн просто шёл к ней, не увёртываясь от снарядов. Для нескольких "смертельных" надо оказаться сзади него. Сквозь мох осмотрев ландшафт, наметила план стремительной вязи, с помощью которой можно добраться до выхода, неоднократно оказываясь за спиной Канна. Зарядов хватит, а Дракон сразу не поймет, в чём дело.

И Надя ринулась в бой. Металась по полигону зигзагами, обманными и нужными, поливала веерными зарядами. Нанесла два подряд «смертельных» ранения. По прозвучавшему рыку оценила степень боли. Особенно на втором. Заряд попал прямиком в первую «смертельную» рану. Дважды по одному месту. Это запредельная боль. Вдогонку накрыла Канна ещё несколькими веерными зарядами. Её цель была уже перед носом, когда он всё понял, и перекрыл ей путь к выходу.

Отступая, Надя потеряла оборотня из виду. Затаилась, вслушиваясь в тишину. Только шипели, выползая и скрываясь, мишени, по которым никто не бил. Не тот характер принял бой.

И не успела отреагировать. Канн, извернувшись, в огромном прыжке сбил её на землю и накрыл своим телом.

— Попалась, светловолосая.

Впился в губы поцелуем и принялся лихорадочно расшнуровывать её тренировочный костюм. Надя с трудом увернулась от поцелуя и захрипела прижатая к земле:

— Пусти, ты клялся. Не смей меня трогать.

Извивалась, как могла. Звать некого. Помощи не будет. Изогнувшись, сумела лечь на живот. Канн сорвал верхнюю часть формы вместе с комбинезоном. Руки освободились и Надя незаметно перехватила тиражирующий шар. Поймав заряд, зажала его в ладони и прекратила сопротивление. Канн с победной улыбкой перевернул её на спину и навалился, что-то шепча на ухо. И уже не торопясь, с наслаждением продолжил стаскивать форму. Почти раздавленная его весом, Надя вбила третий «смертельный» заряд в ту же рану у плеча. Рев Дракона оглушил. Он взвился, ослабив хватку. Надя вырвалась, быстро перебирая ногами и руками, отползла и вскочила на ноги. Накинув здоровой рукой форму на плечи, метнулась к выходу. Только там оглянулась.

Оборотень стоял, словно бык, наклонив голову, покачиваясь на широко расставленных ногах. Надя нахмурилась и, прижав к себе раненую руку, пошла спокойней. Дорогу в резиденцию помнила. По всему пути никого не встретила. В пылу борьбы с Канном она не заметила боли в руке, но шок от сражения постепенно отступил, и резь в руке проявилась в полную силу. Ей нужен лекарь.

В болевом бреду, почти ничего не видя перед собой, на одном инстинкте она добралась до покоев и свернулась калачиком в кресле. Ногами к животу прижала изуродованную «смертельным» ударом руку. Даже если бы могла, Надя не глянула бы на неё. Боялась увидеть страшное. Форма с рук была сорвана, и пальцы остались без защиты. Дышала рвано и коротко. Не могла ни кричать, ни стонать, ни плакать. Застыла в коконе адской пульсирующей боли.

Кто-то сдёрнул её с кресла и уложил на пол. В тумане, застилавшем глаза, рассмотрела незнакомого мага.

— Спокойно. Я военный лекарь.

И всё окружавшее её, рухнуло в темноту обморока.