12

— Какая дочка?

Похоже, за ночь я изрядно поглупела… точнее, за те несколько часов, что удалось поспать. Потому что у меня возникло ощущение, что со мной говорят на другом языке, используя настолько сложные и незнакомые понятия, что мне, неучу, не доступны.

Что-то про «золотое» семейство Канилосс, дочь главного дарелл-пара, капризы и подарок… И в качестве подарка почему-то фигурировало мое имя.

— Погодите, — оборвала я управляющего так резко и твердо, что он застыл, а его хищный нос недоуменно дернулся. — Я наверное… туповат, но вовсе не понимаю, о чем идет речь. Что значит дари Камиль Канилосс пожелала «меня»? Выступить перед ней индивидуально?

— В услужение! — рявкнул мужчина, устав, похоже, объяснять.

Я еще раз потерла лицо — меня подняли с кровати, и я даже не успела толком проснуться. Непонимающе пробормотала:

— Так я же в шапито актерствую…

— А теперь отправишься актерить в замок.

— Э-м… пока вы здесь представляете, я буду жить там?

— И правда идиот… Пока будешь угоден!

Сглотнула. Довольно странная с моей точки зрения ситуация постепенно обретала свои формы.

— Вы хотите сказать… на неизвестное время?

— Естественно.

— Но я же… не соглашался ни на что такое! Мне и здесь хорошо, я и дальше с вами… — в тот момент я еще верила, что мне удасться избежать навязанной участи. Но управляющий вместе со своим помощником посмотрели на меня так, что я замолкла на середине фразы. И сглотнула снова, прошептав: — Ч-что я не знаю?

— Решатель выкупил твой контракт, — пожал плечами кир Ситорн.

— Решатель? — слово вроде бы понятное по значению, но…

— Дар Квинт, — любезно пояснили мне.

Я стиснула зубы и процедила почти зло и дерзко.

— Какой контракт? Я же головой ударился… И все позабыл.

И мне сунули его под нос.

Вообще возникло ощущение, что мужчины… подготовились. Управляющий мало того что притащил с собой помощника, так еще и бугая одного, из цирковых охранников, который неприятно застыл сзади. Похоже, для них эта ситуация внове… и они беспокоятся что я сбегу?

Я осторожно, будто была сапером, развернула пергаментный лист. Неровные строчки распадались перед глазами, но мне удалось понять смысл написанного. Что я «вошла» в шапито-семью на равных со всеми и могла выйти из нее, заплатив лишь «мешок монет» — что в переводе значило мою годовую зарплату.

И подпись.

«Николас Марин».

Конечно, де-юре я им не была…Но вряд ли мне удалось бы отстоять этот момент в местном суде.

Черт.

— То есть… он вам заплатил мешок? — спросила упавшим голосом.

— Двойную сумму — управляющий остался, похоже, даже доволен.

— Но… я же не вещь! — возмущение прошлось смычком по натянувшимся нервам — Нельзя так просто передать человека другому! Я же… доверился вам, когда пришел, стал частью семьи… был уверен, что вы защитите меня, и я смогу уйти только по собственному желанию. Как же возможно…Вы должны были отказать! — я пыталась подобрать слова, чтобы убедить его, но это было бесполезно.

— Да пойми ты, это семья Канилосс! — меня схватили за жилет, едва ли не подняли в воздух и тряхнули, зашипев прямо в лицо. — В их воле разметать наше шапито по всем Араклетским землям! Если бы они пожелали всех наших прим одновременно, я бы нарядил тех в лучшие платья и отправил с поклоном! Мы еще легко отделались…

— Мной? — стало совсем горько.

— У тебя, считай, шанс на лучшую жизнь!

— Вот уж спасибо! В качестве игрушки? Может даже сексуальной? Это издевательство, а не жизнь!

— Но выбора у тебя нет, — поставил точку в нашем бессмысленном разговоре управляющий. — А будешь сопротивляться — обвяжу веревками и доставлю в замок пленником.

И тогда я побежала. Глупо, инстинктивно, бесполезно, но… я должна была попытаться. Потому как в замок мне совершенно не хотелось.

Ни в качестве кого.

Потому что мое желание жить в тепле, чистоте и со вкусной едой мироздание исполнило весьма извращенно.

Потому что при первом же отказе потакать сексуальным капризам — или что там эта дари захочет — станет понятно, что я женщина. И ситуация может ухудшиться в разы.

Потому что я не была уверена вовсе, что дело в дочке правителя… а не в даре Квинте!

Конечно, меня скрутили. И правда обвязали веревкам как… колбасу какую-то! И засунули в телегу, на которой обычно перевозили оборудование, не дав ни с кем увидеться, кинув мой узелок с вещами и не закрепив ничем, так что на всех поворотах меня перекатывало от бортика к бортику и материло…на русском, естественно.

Велик и могуч он, в отличие от аратлетского, где самым «жутким», что я слышала, было «пойти потону в зад».

В общем на замковое задворье я вернулась с триумфом… Уже молча и даже без злых слез — все испарились под встающим солнцем.

Я не смирилась, нет. Но решила притвориться на все согласной. Присмотреться, узнать подробности и… не знаю, может где располагаются секретные ходы.

Может просто… разонравиться капризной дари.

И исчезнуть, как только представится возможность.

Вряд ли шапито за мое самоуправство накажут — да и мне, если честно, было уже плевать. Здесь каждый за себя, как и везде. И мне оставаться в опасности и насильственно обозначенном положении не хотелось. «Золотая» семья как и любые «великие» правители считали прочих грязью под ногами и конструктором, из которого они могут лепить любые конфигурации. Но это не означало, что я по настоящему, а не притворно готова играть по их правилам.

Меня развязали и грубо толкнули к небольшой двери черного хода, и кучер тут же отправился назад. А в проеме появилось двое высоченных парней в красивых жилетах, белоснежных рубашках и с такими лицами… В общем, дедовщины мне, похоже, не избежать.

Черт, черт, черт.

Высоко задрала подбородок, хотя, полагаю, выглядела я жалко — в грязной и порванной одежде, отплевывающаяся от соломы и лохматая — я под презрительными взглядами темненького и светленького прошествовала внутрь.

Логично предположив, что устраивать сидячую забастовку на крыльце было бы совсем глупо.

— Вонючка, — усмехнулись мне в спину.

— Мужчины так всегда пахнут, если и правда работают, — пожала плечами и, получив ощутимый тычок, резко развернулась.

Придурки зажали меня в углу темного коридора и решили пояснить мне правила пребывания здесь:

— Не вякай, если не хочешь лишиться своего хорошенького личика…

— Собираетесь испортить то, за что заплачено куча денег? — я недоуменно задрала бровь. — Дар Квинт, наверняка, вас поблагодарит.

— Ты здесь временно и не знаешь реку… — прошипел темненький слуга. — Дари быстро надоест с тобой играться, и тебя отправят выгребать нужники, чего ты и заслуживаешь…

— Но до этого времени я успею испортить вам жизнь, — я смотрела прямо и уверенно, чтобы и у них не возникло сомнений.

— Нарываеш-шься?

— Предупреждаю. Не знаю, чем вы такие чистюли здесь занимаетесь, но я привык не только выгребать нужники, но и засовывать в них всяких идиотов, которые лезут ко мне. Или вы думаете жизнь в деревне и в шапито была мирной?

С несколько секунд мы мерили друг друга прищуренными взглядами.

А потом темноволосый хмыкнул, хлопнул меня по плечу и сказал русоволосому:

— Вроде он неплох. — и снова повернулся ко мне, — Как тебя угораздило?

— Сам не рад, — скривился. — Все так ужасно?

— Ну почему же… Дари Камиль не худший вариант, вот только вся семья ей потакает… и если она скажет спать у нее в ногах или изображать собачку, придется это делать.

— А если захочет… любовных услуг?

Парни переглянулись и странно хмыкнули.

— Увидишь. Я — Зорр, — представился брюнет, — А это Карсий. Мы в личных слугах у старшего сына дарелла-пар Канилосс…

— Самого главного?

— Угу.

— А много всего… Канилоссов?

— ПарЫ, вдова бывшего главы рода, сестры дарелла-пара с семьями, шестеро детей, кузен по жениной линии… — начал деловито перечислять Карсий.

— Хватит, хватит… — я в притворном ужасе подняла руки. И спросила то, что меня волновало больше всего, — А… дар Квинт?

Обоих скривило — похоже и в этом мы найдем общий язык.

— Он тоже… в семье, — буркнул Зорр.

— А почему «дар», а не дарелл? — я совсем обнаглела — но мы уже углублялись в путаницу коридоров и я побоялась, что позже мне не предоставится такой чудесной возможности получить информацию.

— Ты земляной, что ли? Бастард потому что…

— Дарелла Канилосса? — я уже запуталась.

— Старого дарелла Квинта, конечно, — Зорр разве что по лбу не постучал и произнес торжественно, распахивая хлипкую дверь. — Вот твоя комната.

Осмотрелась.

Ну, если сравнивать те места, где я спала раньше, с европейским хостеллом, то это… четыре звезды, не меньше. Отдельная комнатка с крохотным оконцем, кровать с чистым бельем, даже сундук имелся для вещей и стул с колченогим столиком, на котором стоял кувшин и тарелка с чем-то, прикрытым салфеткой.

Может еда?

— Мыйня — дальше по коридору, для всех. Там и нужник, современный, — похвастался Зорр. Он вообще, по ощущением, весьма гордился своей службой и этим домом. — Конечно, если тебе привычней в горшок — твое дело, но сам будешь выносить.

— А это… мой наряд? — на кровати лежало что-то довольно странное… похожее на кукольный наряд только моего размера.

— Осталось от молодого Лайнела, когда он играми своими увлекался — госпожа и приказала отдать, — не слишком внятно пояснил Карсий. — К обеду будь готов.

Я прикинула время.

— Часа через два?

— Что ты, в это время все еще только просыпаются. Обедают тут ближе к «нове», ты до того времени сиди в комнате, не высовывайся — кто-нибудь за тобой зайдет и отведет к дари Камиль.