Эпилог

В рабочий кабинет короля лорд да Миро, начальник его тайной стражи и по совместительству ближайший соратник, заходил с изрядной долей опаски: по возвращении из Хеора его величество почти постоянно пребывал в дурном настроении. В последние дни он стал на редкость раздражительным, так что от него старались держаться подальше. Другое дело, что причин таких внезапных перемен никто не знал. А сам он, разумеется, на эту тему не распространялся. Но если бы кто-то из слуг вдруг сумел посчитать количество стеклянных осколков, щедро украсивших пол в одном из углов этого кабинета, то быстро понял бы, отчего Лоран да Миро входил туда так деликатно – на цыпочках: когда король гневался, даже начальнику тайной стражи следовало являться с докладом очень осторожно. Старательно не замечая витающего в воздухе насыщенного винного духа и початой бутылки, содержимое которой убывало с поистине устрашающей быстротой.

– Ваше величество? – напряженно замер господин да Миро, не дойдя до мрачного повелителя десятка шагов. Хоть и не подвержен был король разрушительному влиянию алкоголя, но вряд ли сейчас этот неопровержимый факт доставлял ему много радости. И вряд ли отсутствие тяжелого похмелья могло улучшить его и без того непростой характер. – Сир?

Эннар Второй поднял на посетителя тяжелый взгляд.

– Что?

– Это я, сир. Вы меня звали?

– Что ты узнал?

– Они исчезли. – Эр-гар нервно дернул щекой, когда потемневшие глаза повелителя пронзили его насквозь.

– Говори.

Господин да Миро тяжело вздохнул и, опасливо покосившись на его величество, присел в кресло напротив. Кажется, пока не все так страшно? Кажется, сегодня король, хоть и мрачен, но не намеревается срывать злость на подчиненных?

– Я проследил их только до Крия, сир. Отряд. Десять человек. По описанию – Фантомы: черные кони, черные маски, черные плащи… это точно они.

– Карета?

– Та самая. Они оставили ее в Бероле. Вероятно, у кого-то из знакомых. Или же просто продали. Но следов я не нашел, поэтому, скорее всего, припрятали до поры до времени. Больше их никто не видел. По дорогам они не передвигались. В Фарлионе не появлялись. Границу Нора не пересекали и на Перешейке не показывались.

– Дальше.

Господин да Миро снова вздохнул и, вытащив из пухлой папки несколько скрепленных вместе бумажных листов, аккуратно положил на стол. Но король даже не взглянул: все его внимание было приковано к полупустому бокалу, который он держал в руках и пристально изучал его содержимое, словно пытался разглядеть там смысл бытия.

– Что это? – наконец бесцветным голосом спросил он, едва покосившись на бумаги.

– Отчет из Нора, сир. Я знаю, кто такие Фантомы.

– Не думаешь, что ты слегка припозднился с информацией? – ядовито осведомился его величество.

– Простите, сир. Отчет пришел только вчера. Я еще не успел вам доложить.

– Рассказывай.

– Ну… четырех из них вы уже видели: это скароны. Одного, насколько я понял, даже узнали…

– Узнал, – бесстрастно кивнул король, по-прежнему бесцельно разглядывая полупустой бокал. – Алый слишком приметен. И его амулет – особенно. Такой ни с чем не спутаешь. А где нашелся один, там вскоре появятся и остальные, верно?

– Вы правы, сир. Они все – Фантомы: Рубин, Изумруд, Сапфир и Адамант. Старшие кланы. Именно те, которых мы с вами видели. Имена, конечно, могут быть вымышленными, зато я выяснил личности остальных. Про них сообщил рейзер из Нора, который когда-то их знал. И который своими глазами видел, как постепенно рос отряд Фантомов.

Король, подумав, все-таки отставил бокал в сторону и, подняв со стола бумаги, небрежно пробежал их глазами.

– Хвард, рейзер-маг и рейзер-разведчик…

– Хварда зовут Лок. Забияка, драчун и хам. В Норе прожил больше трех лет. Служил. Слыл крайне агрессивным и невоздержанным на язык. Но потом сцепился с Гаем и внезапно бросил ради него старую команду. Больше Лока как такового в Норе и в Фарлионе не видели. Думаю, причину пояснять вам не надо. Это – первый Фантом. Второй из них – разведчик Рорн. Вы удивитесь, сир, но на самом деле это…

– Лен-лорд Эррей та Ларо.

– Вы уже знаете? – несказанно удивился господин да Миро. Вместо ответа король выдвинул верхний ящик стола, достал оттуда тускло светящийся магический огонек и подвинул.

– Смотри.

– Это что?

– Подробная запись того, что происходило в подвале одного известного тебе имения на севере Рейданы. Ознакомься. Думаю, после этого многое станет тебе понятным.

Господин да Миро, мгновенно заинтересовавшись, тут же сжал шарик в кулаке, на пару минут прикрыл глаза и, считав информацию с помощью простенького заклятия-ключа, изумленно выдохнул:

– Сир! Откуда у вас это?!

– Вчера получил. От Норрэя та Ларо. Он посчитал, что не имеет права скрывать эти сведения, поэтому принес мне. А я отдал магам, и те сказали, что последние мгновения записи были стерты каким-то умелым, весьма изобретательным, но не самым сильным магом. В Магистерии восстановили для меня эти мгновения. Теперь запись полна.

– Но это же…

– Да, – бесцветным голосом согласился король. – Эррей та Ларо – Фантом. А его брат был одним из заговорщиков, связанных с домом та Ворте с еще очень давних времен.

Начальник тайной стражи осторожно положил шарик на стол и задумчиво кивнул.

– Я помню эту историю. Что вам сказал та Ларо-старший? Он причастен?

– Нет. Только Лоррэй.

– А Эррей? Он же был отлучен?

Его величество мрачно усмехнулся.

– Как раз Эррей и принес эту запись отцу. Вместе с перстнем брата и заявлением, что обратно в род возвращаться не собирается. О чем сообщил повторно, во всеуслышание, на известном тебе мероприятии. Кстати, та Ворте займись сегодня же. И займись плотно – я хочу знать все нити этого заговора. Пора с корнем вырвать у этой змеи не только язык, но и зубы.

– Как прикажете, сир.

– Кто третий Фантом? – без особого интереса вернулся к прежней теме король.

– Некто Дэриан Шон, – неожиданно улыбнулся господин да Миро. – Маг. Стихийник. Давно покинувший Рейдану и в последние годы также обитавший поблизости от Долины. До тех пор пока не встретил Фантомов и не вошел в их отряд.

– Он тоже был здесь?

– Разумеется.

– Где? Когда? И почему ты узнал об этом только сейчас?

– Сир, вы слышали, что у Рига Драмта появился новый ученик? – рассеянно спросил господин да Миро, словно не заметив угрожающей нотки в голосе короля. – Знали о том, что он решил заняться обучением молодых талантов?

Его величество мгновенно подобрался.

– Нет.

– Драмт взял этого Шона к себе. Порядка трех месяцев назад. Они встретились в Магистерии, после чего наш общий знакомый прямо-таки загорелся идеей обучать незнакомого ему мага. Который, как выяснилось, буквально за несколько дней до этого прибыл к нам… откуда, как вы думаете? Из Фарлиона. Из Нора, если быть точнее. Потому что некоторое время назад был одним из рейзеров и носил тогда кличку Дей.

– Чем он занимался у Драмта? – еще больше насторожился король.

– Изучал Голубой Огонь, ваше величество. И по всем признакам научился его создавать. Назвать вам имя человека, посоветовавшего Драмту по возвращении взять себе ученика?

Повелитель Валлиона тихо выдохнул и, на мгновение прикрыв глаза, устало откинулся на спинку кресла.

– Не надо. Что еще ты узнал?

Господин да Миро огорченно развел руками.

– Вы видели бумаги, которые я для вас приготовил? Касательно последнего визита леди к вышеупомянутому магу?

– Да, – криво усмехнулся король. – Очень умно с твоей стороны было подсунуть их мне только после возвращения. Но это подождет. Ты сказал о семерых Фантомах. Восьмой нам известен. Кто еще двое?

– Один – уже виденный вами миррэ…

– Хвард?

– Нет, сир, вы были правы: среди Фантомов действительно есть настоящий миррэ. Вернее, среди них есть и хвард, и, что удивительно, миррэ. Я наконец получил ответ на запрос в Северные леса. Результаты у вас на столе.

Король с внезапно проснувшимся беспокойством поворошил небрежно разбросанные бумаги, выхватил из кипы какой-то неприметный лист, пробежал глазами и на мгновение замер:

– Так высоко?!

– Выше не бывает, сир. На последнем сходе старый вождь передал ему все полномочия по стаям. Более того, я отправил такой же запрос по хварду и думаю, что результат будет похожим. В подобные совпадения я не верю, поэтому склонен предполагать худшее. Вы, насколько я знаю, тоже не склонны строить иллюзии. Но понимаете тогда, что это значит для Валлиона?

– Проклятье… – Его величество сжал зубы. – А что с последним? Насколько я помню, у Расщелины Фантомов было девять. Откуда взялся десятый?

– Сир, вы слышали, что лорд Родан да Виро подал в отставку?

– Что?!

– Увы, – вздохнул господин да Миро. – После возвращения из последнего рейда да Виро неожиданно решил покинуть отряд королевских Хасов и уйти на покой. Причем, судя по всему, на вечный, потому что полностью передал семейные дела брату, переписал все бумаги, едва не отказался от титула… для чего, собственно, и явился в столицу в столь неподходящее время… но в последний момент почему-то передумал и отозвал прошение. Я знаю, обычно подобные вопросы не решаются без вашего участия, но в связи с праздником Согласия и последующей коронацией секретарь не рискнул вас тревожить. Господин Риглас решил данный вопрос самостоятельно и отпустил да Виро в свободное плавание. Полагаю, вы догадываетесь, что в настоящее время его местоположение мне неизвестно?

Его величество устало закрыл глаза.

– Значит, вот как: четверо скаронов, миррэ, хвард, маг, лен-лорд, Хас и… демон! Как ты мог их упустить?!

– Простите, сир. Боюсь, я действительно виноват и допустил серьезную оплошность. Доподлинно известно, что в полночь того же дня, как состоялся бал по случаю вашей коронации, из юго-западных ворот Рейданы выехала карета, запряженная четверкой вороных. На козлах сидели скароны. Сопровождали их четверо всадников в полной экипировке Фантомов. Они покинули столицу за мгновение до того, как закрылись ворота. А снаружи их уже ждали: двое волков, при виде которых стражи сперва решили, что им померещилось, потому что хварды раньше не рисковали появляться в истинном обличье так далеко от Северных лесов. Тем не менее, из города карету все-таки выпустили, а на волков потом подумали, что просто крупные псы. Так что они были здесь все, ваше величество. Все до одного.

– А… девушка?

– Боюсь, нас обманули, ваше величество. Они прошли сквозь все мои сети, по одному просочились внутрь, избежав наших с вами ловушек. Подготовили почву для ее приезда, обрубили для меня почти все ниточки. Выяснили, что хотели, и снова исчезли. Если бы не пожар в поместье, наверное, ничего бы даже не вскрылось. И мы бы никогда не узнали, что на самом деле Ишта все-таки побывал в Рейдане. И, как ни странно, все-таки удостоил нас личной беседой. Вернее… удостоила. Вы со мной согласны, сир?

Его величество странно дернул щекой.

– Да. Она меня переиграла.

– Это была великолепная игра, сир, – совершенно серьезно подтвердил эр-гар. – Поистине виртуозная. На грани срыва. Признаться, я восхищен. И, боюсь, если бы леди не пожелала, мы бы никогда не узнали ее маленькой тайны.

– Ты все беспокоишься о своих «прослушках»? – снова усмехнулся король.

– Увы, сир. Я не знал, что наши секретные разработки уже не являются таковыми. И не предполагал, что кто-то сумеет их не только обнаружить, но и уничтожить. В одном месте. Очень и очень демонстративно. При этом ничем не показав, что знает о других. Честное слово, я восхищен этой необычной леди, сир. И, пожалуй, готов признать, что с такой Иштой наши опасения были беспочвенными. Если даже господин ал-тар остался доволен…

Его величество ненадолго задумался, а потом неожиданно спросил:

– Драмт знает, кого именно обучал своему мастерству? Его поставили в известность?

– Да. Но уже после отъезда. В письме.

– Вот как?

– Господин уважаемый маг, когда получил послание (если верить моему осведомителю, конечно), очень долго и сочно ругался. А потом так же долго смеялся непонятно чему.

– Могу его понять, – впервые за весь вечер улыбнулся король. Слабо, невесело, но все-таки улыбнулся. А потом прикрыл тяжелые веки и надолго замолчал.

– Кстати, я тоже получил письмо, – вдруг оживился господин да Миро. – И сперва даже не поверил, что это мне. Как вы знаете, со мной мало кто соглашается переписываться… Меня, к сожалению, совершенно незаслуженно опасаются. Такую славу приписывают, что я даже расстроился, когда узнал об этом от одного знакомого палача.

– И от кого же письмо? – не открывая глаз, вяло поинтересовался его величество.

– Его принес, как ни странно, скарон, – хмыкнул эр-гар. – Алый. Вообще понятия не имею, откуда он тут взялся. Когда я спросил, кто отправитель, он ответил, что не имеет права говорить. Тогда я поинтересовался: почему же он пришел именно этим утром – не раньше, не позже, не три дня назад? Но он сказал только, что так было велено. А кем, когда – молчок.

Король, очнувшись от тяжких дум, чуть повернул голову.

– Он уже ушел?

– Да, сир. Я не стал его задерживать: осложнения со Скарон-Олом нам сейчас ни к чему.

– И что в письме? Ты ведь не стал бы о нем говорить, если бы оно не имело прямого отношения к делу?

– Читайте сами, сир, – загадочно улыбнулся начальник тайной стражи и положил на стол небольшой конверт с аккуратно вычерченным по центру знаком – простым шестилистником, вписанным в круг. – Думаю, вам будет любопытно.

При виде знака король дрогнул, но быстро опомнился и вытащил изнутри сложенный вдвое листок. Поспешно развернул, так же быстро прочел и вдруг озадаченно нахмурился.

– Ну и что это значит? Что за вопрос, который ты хотел задать и на который еще не получил точного ответа? И почему ответ на него «нет»?

Господин да Миро смущенно кашлянул.

– Да просто… знаете, сир, некоторое время назад я спросил некую леди… так, проскочило почему-то за разговором… так вот, я спросил: не замужем ли она? Случайно так. Ненавязчиво. Но она не ответила. А сегодня я получил вот это… и, честно говоря, растерялся. Но мне почему-то кажется, что это – намек на извинения за мои невольные промахи, которые были сделаны по ее вине и обернулись ей же на пользу.

– Возможно, – задумчиво отозвался король, окинув ближайшего соратника с виду рассеянным, но при этом весьма прохладным взглядом. От которого тот заметно поежился и поспешил добавить:

– Кстати, вам тоже письмо, сир. От того же посыльного.

Его величество замер.

– Ну, правильнее сказать: я думаю, что это вам, – пожал плечами господин да Миро и вынул из папки еще один запечатанный конверт. Такой же белый, только вместо шестилистника на нем золотой краской было нарисовано какое-то животное. Грациозное, распластавшееся в длинном прыжке, гибкое, смутно напоминающее молодую лань. – Мне передали, что стоит показать этот символ именно вам, и пояснили, что вы должны знать, что он означает.

– Антилопа, – деревянным голосом сказал король, едва взглянув на рисунок. – Это – золотая антилопа.

Господин да Миро вопросительно приподнял бровь, но его величество уже не обращал на него внимания. Подозрительно медленно разорвав конверт, он так же медленно, словно сомневаясь, достал оттуда небольшой белый квадратик и еще медленнее прочел. После чего на несколько томительных секунд его лицо окаменело, широкие плечи напряглись, серые глаза опасно блеснули, отчего у сидящего напротив собеседника невольно мурашки пробежали по коже…

Однако бури все же не случилось.

Король только глубоко вздохнул, медленно положил записку на стол и, так же неторопливо поднявшись, отошел к окну, задумчиво уставившись на темное, уже расцвеченное первыми звездами небо.

– Скажи, Лоран, ты веришь в судьбу? – спросил он после нескольких минут томительной тишины.

Господин да Миро пожал плечами.

– Не знаю, сир. Если честно, не знаком с этой загадочной леди. Но верю, что все, что происходит вокруг, так или иначе нужно Аллару. Даже наши ошибки и поражения. Вернее, особенно наши ошибки и поражения.

– Почему?

– Потому что они дают нам возможность стать сильнее, мудрее и выше, чем мы были до того, как с нами случилась неприятность. Они позволяют познать что-то новое. Увидеть лучшее. Понять, для чего мы живем и правильно ли делаем свое дело.

При слове «правильно» король снова непонятно дернул щекой.

– А как бы ты сказал: что такое верность?

– Простите, сир? – откровенно растерялся лорд Лис. Но его величество не стал указывать ему на оплошность. Просто пожал плечами и повторил:

– Как бы ты сказал, если бы тебя об этом спросили? Как бы объяснил, что такое верность? Как ты ее понимаешь?

– Ну… наверное, я бы сказал, что это, прежде всего, преданность. Своей стране. Какой-то идее. Своим принципам, идеалам, королю…

– А женщине?

– Ну… да. И женщине тоже. Если она вам дорога, конечно. Женщины, они такие… любят выдумывать для себя всякие глупости. Иногда милые, иногда не очень. Однако посмей только назвать это глупостями, как они готовы тут же обидеться и отвернуться. Пожалуй, женщины – самая большая загадка в этом мире, сир. Самая необычная его тайна, которую мы всеми силами стараемся разгадать. А не так давно одна известная вам леди вообще заставила меня почувствовать себя… кхм… дураком.

Король наклонил голову и снова задумался. Так надолго, что лорд Усатый Лис, как его иногда за глаза называли, украдкой привстал и, серьезно рискуя, кинул быстрый взгляд на забытую на столе записку.

Ни даты на ней, ни подписи. Только тот же знак – летящая в прыжке золотая антилопа, рядом с которой таким же изящным, летящим почерком виднелись всего две короткие строчки:

«Верность – это всегда жертвенность.

Но иногда она означает просто умение ждать».

И все. И никаких больше пояснений. Ни к чему это, ни зачем, ни почему. Но, наверное, адресату должно быть ясно, о чем речь?

Господин да Миро нахмурился, озадаченно покосился на стоящего у окна короля, едва не поскреб затылок, а потом неожиданно предложил:

– А давайте выпьем, сир! Все равно теперь ничего не изменишь, а бутылка уже открыта. Не пропадать же добру?

– Пей, – рассеянно отозвался его величество, явно думая о чем-то своем. – Можешь даже с собой забрать, если хочешь.

– А вы?

Король, ненадолго обернувшись, совершенно спокойно посмотрел на недопитое вино, а потом так же спокойно обронил:

– Мне больше не нужно.

После чего снова взглянул на бесконечно далекое небо, в котором медленно разгорались первые звезды, и, впервые за долгое время сполна ощутив его странную притягательность, очень тихо, освобожденно вздохнул.