Глава 19. Храм богини

Лаэрд ушёл, напоследок порекомендовав провести свободное время на своё усмотрение. Чем себя занять, я уже знала. Хотела съездить в Ригул, посетить Храм богини Инанны. Желание возникло утром, остро, как нужда, когда я рассматривала себя перед зеркалом.

Оделась я быстро в привычную походную одежду. Постояла возле лука, погладив его по тугой тетиве, размышляя: брать — не брать. Оружие привычно отозвалось, вызывая покалывание в подушечках пальцев. Не взяла. Смущала мысль: ехать в Храм с оружием. Хотя нож в сапоге имелся — на всякий случай.

Наргард открыл дверь, только я занесла руку, чтоб постучать. Дракон стоял в дорожном плаще, накинутом на одно плечо и закреплённом перевязью. Мягко улыбаясь, он поздоровался, вышел ко мне в коридор, справился о моём настроении и самочувствии.

Мне было было стыдно перед другом за моё вчерашнее поведение. Не откажи он мне вчера, то мог бы пострадать от руки Валардрагона.

— Всё нормально. Я уже в порядке. Ты прости за вчерашнее.

— Ничего страшного. Я понимаю, почему ты бесишься. Ты привыкла постоянно быть рядом с Валардом. А сейчас вам выставляют условия, третьи лица вмешиваются в ваши отношения. Привычный уклад рушится.

Я тяжело вздохнула, складывая на груди руки и отводя взгляд от друга. Он был прав. Но не только это влияло. Моё состояние было обусловлено ещё и изменениями в физиологии. Может, это проблемы с гормонами? Так бывает при эндокринологических патологиях. Настроение может меняться, общее состояние, вкусовые пристрастия. Возможно, я чем-то больна?

— Мне действительно его мало.

Наргард хитро улыбнулся и заговорщицки подмигнул.

— И это после того, как он с тобой ночевал? Я летел с охоты и видел, как Валард выбирался в сумраке из твоего окна.

Непонимающе уставилась на друга. Валард? Ночевал? Так значит, мой чудный сон — это быль? В душе разлилось приятное тепло, а губы растянулись в довольную улыбку, сдержать которую было слишком сложно. Мой любимый был рядом и пах он только собой! Даже после танца к нему не прицепился запах драконицы.

— Ты куда-то собрался? — наконец-то справившись со своими эмоциями, переключилась с мыслей о Валарде на друга.

— Хочу предложить тебе прогуляться в город.

— Отлично! Я к тебе за этим же.

Мы довольно рассмеялись и направились к подъёмнику. Спустились в большую пещеру. Здесь было много суетящихся существ, словно на большом вокзале.

Задерживаться в пещере мы не стали. Прошли в конюшни. Сегодня выбор пал на лошадей. При отъезде старший смены вручил нам свитки, чтобы следующая смена пропустила нас назад беспрепятственно.

Стоило нам проехать через караульный пост драконов, как мы попали в завывающую снежную метель. Наргард взял повод моей лошади, привязал к своему седлу и повёл сквозь белую пелену метели. Как он ориентировался — непонятно, но через полчаса мы выехали к окраине Ригула.

Снег облепил меня и лошадь с головы до ног. Я спешилась, стала отряхиваться себя и животное. Наргард для этих целей использовал магию. Я с любопытством смотрела, как по щелчку пальцев снег взлетает снежинками вверх. Он и с меня снял остатки снега и высушил одежду.

— Только драконы могут пройти эту тропу? — кивнула в сторону горы.

— Здесь — да. Магический барьер от нежелательных гостей. Но сегодня он наиболее мощный. Магия умершего ледяного дракона ищет других ледяных драконов. Сегодня все драконы почувствуют прилив магической силы.

Наргард всегда отвечал на мои вопросы очень подробно. Его, как и наставника, можно было спрашивать о чём угодно.

— Магия ледяных драконов — это постоянная величина, разделённая между всеми представителями этой расы. А если рождается новый дракон? Он разве не добавляет магии в коллективную копилку?

— Кто-то рождается, кто-то умирает. В целом получается сбалансированная система.

— Но ведь сейчас умирает большее количество драконов. Получается, что чем больше умирает, тем сильнее становятся оставшиеся. А если бы больше рождалось, то драконы становились бы слабее?

— Нет. Магия ниже базового уровня не опустится. Драконы всегда будут сильными магическими созданиями.

— Кто решает, какой он, этот базовый уровень? — пробурчала себе под нос, но друг услышал и ответил:

— Здесь всё решает Наргал.

— Плохо он решает. Хотела бы я с ним встретиться и рассказать, что неплохо было бы нанять на Истрею кризис-менеджера.

— Может быть, его здесь не было какое-то время! — дракон недовольно рявкнул на меня. — И, может, он уже…

Я удивлённо посмотрела на Наргарда, удивляясь его реакции. М-да, наверное, нельзя непочтительно говорить о чужих богах. Вот и наставник отчитывал за это. Чужие… Что ж, стоит познакомиться поближе.

— Вероятно, у него есть обоснование того, почему сейчас на Истрее всё так происходит. Боги любят преподавать уроки своим созданиям. Ну что, поедешь со мной к его сестре в Храм? Хочу принести ей подношения.

— Она любит всё голубое, — дракон запрыгнул на лошадь. — Цветы любит живые.

Я задрала голову, настороженно поглядывая на Наргарда. На его скулах тонкой вязью проступил рисунок золотистой чешуи, зрачки вытянулись в золотую вертикальную щель. Дракон выглядел раздражённым. Несколько секунд он смотрел на меня, не отрываясь. Так, как никогда не смотрел. Своим взглядом, словно рентгеном, просвечивал.

— Наргард, я не хотела неуважительно отзываться о Наргале, — мой голос прозвучал сдавленно от ощущения подавляющей силы, выпущенной драконом.

— Поехали, — кивнул он, разрывая контакт взглядов. Хлестнул коня, поднимая его свечкой, и пустился вскачь.

Ситуация была странной. Не замечала я за своим другом такого фанатичного поклонения богам, но что-то же его зацепило в моих словах? Я запрыгнула на лошадь и понеслась вслед за драконом. Нагнала я его уже на первых улицах Ригула. К этому моменту он успокоился и замедлил скакуна, переходя на лёгкий бег.

Ко мне Наргард повернулся уже с улыбкой. От этого мне сразу стало легче. Поссориться с другом — последнее дело.

— Риана, ты плетёшься, как беременный слизень.

Я выдавила вежливую улыбку, реагируя на слово «беременный». Спросить, что ли, у Наргарда насчёт способов определения беременности?

Мы ехали по широкой, мощёной брусчаткой, улице бок о бок. В этом квартале селились зажиточные горожане. Вдоль домов, огороженных коваными заборами — произведениями кузнечного мастерства, торопливо сновали прохожие. На дороге нам навстречу попадались всадники или повозки с запряжёнными в них тягловыми мохнатыми парнокопытными. Также ездили лёгкие двуколки, перевозившие желающих за шестину.

Из калитки дома, возле которого притормозил Наргард, чтобы выпить воды из фляги, вышла глубоко беременная женщина, придерживая свой живот рукой. В руках она держала букетик незабудок, перевязанный голубой ленточкой. У дороги горожанка махнула рукой, и сразу же перед ней лихо затормозила двуколка. Женщина меня заинтересовала, и я стала наблюдать за тем, как она неуклюже взбирается на сидение. Устроившись удобнее, она громко крикнула:

— В Храм Инанны.

Спрашивать у дракона я передумала. Решила узнать у незнакомки. Раз уж нам нужно к одной богине.

Наши лошади тронулись, направляясь вслед за двуколкой. В центре города было гораздо теплее, чем на его окраинах, не говоря уже о магической тропе между Ригулом и замком правителей Ашха.

Мы несколько раз свернули, объехали лобную площадь, торговую. Здесь людей было как-то совсем немного, о чём я и спросила Наргарда.

— Сегодня все идут в Храм — прощаться с правителем и просить Наргала о том, чтобы следующий Хозяин был добр к ним и прислушивался к их нуждам.

— Люди?

— Все расы.

Мы ещё молча проехали квартал и, свернув в очередной раз, выехали к небольшому Храму Инанны. Белокаменное здание казалось лёгким и воздушным. Тонкие шпили и башенки устремлялись вверх. Неожиданно небо над Храмом оказалось голубым. Белые облака расступились точно над зданием. Это было прекрасно. У меня дух захватило от грациозной красоты сооружения и этого необыкновенного волшебного момента. Сбоку от Храма стояли двуколки и лошади на привязи. Я спрыгнула со своей лошади, привязала её и нерешительно сделала несколько шагов по направлению к зданию. У Храма было несколько входов. И люди, в основном женщины, заходили в разные двери.

Наргард слегка подтолкнул меня в спину в сторону маленькой неприметной двери, из которой только что вышел служитель храма. Мужчина-дракон был одет в голубое одеяние — халат с широкими рукавами, украшенный серебряными цветами, поверх которого был завязан широкий темно-синий пояс. На ногах у него были туфли с загнутыми кверху носками с бубенчиками. Синие волосы дракона были распущены и доходили до лопаток. Заметив нас, он приблизился и поклонился.

— Благое дело — вознести молитвы Богам в такой день, — мелодично сказал мужчина. — Идите в зал Уединения, мара. Задайте свои вопросы. Волею Богов получите нужные Вам ответы. Пусть Инанна одарит Вас своей благодатью.

— Я не взяла с собой подношения, — оглянулась на Наргарда, досадуя, что на торговой площади мы не остановились выбрать что-либо.

— Вам будут рады и без подношений, — улыбнулся служитель краешком губ. — Потом, если захотите, то при выходе оставите пожертвования для детей, которые растут при Храме, или для целительского дома. Община обеспечивает их предметами первой необходимости, едой, одеждой, но женские сердца не остаются равнодушными к нуждам страждущих.

— Ты со мной? — обернулась к Наргарду.

Он отрицательно качнул головой и, подняв голову, посмотрел на небо.

— Справишься сама. Иди, она не кусается.

Дракон прикрыл глаза, размеренно вдыхая прохладный воздух и прислушиваясь к чему-то, слышному только ему. Наргард вёл себя нетипично, но мало ли, что на него влияет. Я тоже прислушалась, прикрыв глаза. Где-то на грани восприятия слышался переливчатый звон колокольчиков. Резко выдохнув, я пошла внутрь Храма.

За дверью оказалась небольшая комнатка с двумя деревянными диванчиками с оббитыми синим бархатом сидениями. Мраморный пол был выложен цветной мозаикой неброских цветов, создавая цветочный орнамент. На небольшом столике стоял высокий графин с двумя фужерами. На стенах висели большие зеркала. Отражаясь друг в друге, они множили пространство и меня, растерянно застывшую в ожидании непонятно чего, до бесконечности. Я резко повернула головой, стараясь понять: куда двигаться дальше? От этого все отражения сразу зарябили, ещё больше дробясь и пошатываясь. Моя голова нещадно закружилась, ноги подкосились, словно меня кто-то подбил под колени, и я почувствовала, что падаю, глупо размахивая руками, как птица крыльями.

— Какая ты неуклюжая, — фыркнул кто-то женским голосом возле моего уха. И сильная рука схватила за плечо, прекращая моё падение. Картинка перед глазами перестала кружиться. Я резко повернула голову к источнику звука, но там никого не оказалось. Зато прямо передо мной возникла блондинка в белом кимоно, разукрашенном голубыми крупными цветами по полам одеяния. На широком белом поясе была закреплена драгоценная пряжка в виде ромба. Прямые белокурые волосы незнакомки спускались ниже спины. Ноги её были босы.

Драконьи глаза женщины смотрели на меня с интересом. Она молча обошла меня по кругу. Завершив движение, довольно прицокнула.

— Хороша!

Я не понимала, как к ней относиться. Враждебности по отношению к блондинке я не испытывала. Интереса — тоже. Хотя понимала, что непростая передо мной драконица.

— Созрела прийти, Арина? Или наставник надоумил?

Я нахмурилась. Ариной меня уже давно никто не называл. И мало кто знает это имя.

— Откуда…

— Ой, только не начинай, — махнула она рукой на меня. — Будем знакомы — Инанна.

Женщина улыбнулась, показывая ямочки на щёчках.

Я же скептически на неё посмотрела. Обычная драконица — и местная богиня? Правда, что ли?

— Не веришь? Ну, это понятно, учитывая, где ты родилась. Вас боги не сильно балуют своим вниманием. Но ты же можешь поверить просто так? Или обязательно нужны доказательства?

Я промолчала.

— Не можешшшь, — зашипела она и молниеносно схватила меня за руки, я даже не успела отшатнуться.

Через мгновение я оказалась в метро на Земле. В час пик. Все надписи были на немецком. В вагоне было светло и чисто. Я растерянно смотрела на людей в летней одежде — в шортах, футболках, лёгких платьях. Вагон качнулся, и я ухватилась за поручень, замечая, что сама я осталась в том одеянии, в которой отправилась в Ригул. Когда первый шок прошёл, то я внимательней посмотрела по сторонам. Кто-то читал, кто-то дремал, привалившись к спинке мягкого сидения. Кто-то целовался. Наискосок от меня в конце вагона сидела молодая пара. Влюблённые вызвали у меня мимолётную улыбку. Девушка выпустила из объятий молодого человека, полностью открывая его для моего обзора…

— Артур?! Артур! — я бросилась вперёд, отчаянно стремясь к своему ребёнку, перепрыгивая через протянутые ноги, брошенные рюкзаки. Вскинула руку, чтоб схватить его, сказать что-то важное… Но поймала только воздух, скользнувший сквозь пальцы. — Нет! Нет!

— Он далеко. Ты видишь моими глазами, Риана та-а Номерей. Для того мира тебя больше нет. Теперь ты есть только для Истреи, — вкрадчиво раздалось у меня над ухом.

Слёзы слепили, но я беспрерывно их вытирала, стараясь ещё хоть немного посмотреть на сына. Он возмужал, отрастил бородку. Выглядел таким счастливым и спокойным. Зазвонил телефон, и он ответил, включая видеосвязь и слушая через беспроводной наушник.

— Да, пап. Встретимся возле дома Елены, — разговор вёлся по-немецки. — Мы зайдём за цветами сами, ты, главное, не забудь то, о чём я тебя просил.

Мой Артур отключился и привлёк девушку к себе, с нежностью целуя в висок.

— Мои родители уже с утра ждут нас, — она смущённо уткнулась носом Артуру в грудь. — Я боюсь.

— Не бойся ничего — я всегда с тобой, даже когда меня нет рядом, — ответил сын моими словами. Так я говорила ему, пока он рос. Его улыбающийся взгляд остановился точно на мне.

— Я с тобой… — прошептала. — И ты в моём сердце навсегда.