Глава 9. Когда пустыня зацветет

Прошло совсем немного времени с того момента, когда два эрда, два непримиримых врага — Огненный и Ледяной драконы — согласились на тройственный союз с… кем? Марой Рианой? Магиссой Айриной?

Аринара проснулась от зова своего Огненного дракона. Юная драконица чутко вслушивалась в звуки голоса мужчины, который отчаянно звал её. Обострённые чувства, не прикрытые магией отца, воспринимали этот мир иначе. Ещё более полно, объёмнее. Рядом она слышала биение только одного сильного сердца — Араная Огненного. Ни её второго дар-дракона, ни детей не было в Гнезде. Но она не переживала, скользнула сознанием своей драконьей сущности по изнанке мира в направлении ярких линий связи. Две линии уводили за пределы Огненных земель. Одна, сына, была совсем рядом. Мальчишка играл с другими детьми. Драконица приблизилась к маленькому дремлющему дракончику, который должен был подрасти, прежде чем снова показаться под оком Танагра на Истрее. Мать-драконица удовлетворённо облизала малыша от хвоста до круглых ушек, уделила внимание закрытым глазкам. Шепнула напоследок:

— Подрасти немножко, и мы вместе поднимемся в небо!

Со спокойным сердцем она оставила сына и направилась искать второго ребёнка.

Дочь нашлась рядом с отцом-драконом. Малышка не дремала, в отличии от брата, что было неправильно. Беленькая драконица всё рвалась обернуться, явить себя миру. Мать неслышно приблизилась, оставаясь невидимой для Валардрагона (ещё не пришло время знакомиться), подхватила проказницу за холку и недовольно зарычала, вынуждая притихнуть.

— Спи, маленькая, тебе ещё рано оборачиваться. Наберись сил!

— Но там ОН!

Аринара присмотрелась к малышке. Тонкая ниточка серебристо-дымчатой связи уже начала формироваться между её ребёнком и взрослым драконом. Из тени показался знакомый образ.

— Лаардрагон!

Драконы остановились напротив, вглядываясь друг в друга. Заново изучая.

— Божественное дитя, — белоснежный дракон склонил голову перед юной драконицей Аринарой.

За спиной золотой драконицы появилась богиня-мать. Она сверкала бриллиантовыми чешуйками в своей драконьей ипостаси. Мощная фигура Инанны была выше взрослого дракона. Её сила могла бы сломить, но присутствующие чувствовали лишь умиротворение.

— Эта девочка — мой тебе дар, Лаардрагон. Богдана рождена только ради тебя. Сам того не зная, по велению сердца ты сослужил хорошую службу моему брату. Помог нашей дочери пройти путь, предназначенный ей. Иди, Лаардрагон. Ты вспомнишь наш разговор, когда наступит время.

— Остался последний шаг, Аринара, — драконья голова Инанны склонилась над золотой драконицей. — Ты обернёшься драконом, когда пустыня зацветёт, — с улыбкой в голосе пообещала богиня. — Ты боялась, что не будешь знать, чем себя занять. Мы с братом придумали — будешь создавать на Истрее новое государство. И когда оно достигнет расцвета, вы получите от нас новый дар.

— Приму его с радостью, — легко согласилась Аринара и открыла глаза, снова оказываясь на постели в Гнезде Аранагона.

***

В день своей свадьбы любая невеста испытывает волнение. Это состояние не обошло и меня. Я стояла на пороге Храма Инанны в окружении моих дар-драконов, и нам оставалось сделать последний шаг — подойти к статуе богини…

Самым сложным для нас троих оказалось выдержать спор двух матерей из-за того, на чьей территории должен происходить свадебный обряд.

Эльвемина прилетела вместе с Валардом и Богданой во дворец Огненных драконов на следующий день после того, как я проснулась. Теперь, когда я знала, кто я по своей сути, встреча с матерью Валардрагона не была чем-то особенным, из-за чего стоило переживать. Скорее, мне было любопытно узнать, о чём думает бывшая правительница Ледяного предела, глядя на меня, насколько изменилось её отношение к Риане. Ведь именно из-за меня Валард отказался жениться на Кариссии. Его вера в то, что он найдёт меня, была непоколебимой. Мой дар-дракон пришёл к осознанию мотивов моего бегства не сразу. Ему потребовалось больше года, чтобы понять, я не вернусь к нему, если он будет связан узами брака с кем-то другим. Осознав это, Валард принял решение остаться холостым до моего возвращения, в которое верил всем сердцем.

Мы встретились с Эльвеминой наедине. Это было моё решение.

— Риана та-а Номерей, — приподнялась она с подушек.

— Лаэра Эльвемина, — поклонилась я и опустилась на колени на мягкую подушечку у низкого столика, сервированного для чайной церемонии. Я взяла чайничек в руки и налила чай сначала в прогретую чашку, стоящую перед драконицей, затем себе.

— Что в тебе такого? — задумчиво спросила лаэра, неприкрыто рассматривая меня.

— Вы меня уже спрашивали об этом, — я улыбнулась уголками губ, вспоминая аудиенцию в её кабинете. Кажется, это было так давно. — Я особенная для Вашего сына, для лаэрда Араная. Я та, которая может заполнить пустоту в душе дракона. Его дара.

Женщина недовольно поджала губы. Я знала, что она сожалеет, что сыну досталась бракованная дара, не драконица.

— Когда-то я дала Вам совет: «Выбирайте сердцем, а не холодным разумом». К сожалению, Вы не приняли его, в отличие от Валардрагона. Он сумел расставить приоритеты и обретёт больше, чем мог бы рассчитывать, следуя Вашим желаниям.

— И что же?

— Узнаете, когда придёт время. Но неужели Вам мало того, что у вас уже есть? Дарий и Богдана — Ваше продолжение.

— Удивлена, что ты сумела родить от дракона, — она закусила нижнюю губу, раздумывая. — Но мои внуки действительно драконы Ашха. Что ж, я принимаю выбор своего сына. Он дракон. Его решение — закон.

Обе драконицы, Эльвемина и Диара, умели виртуозно сражаться в словесных дуэлях. Не переходя на личности, язвили так, что между ними искрило от напряжения. Но когда вмешались сыновья, чтобы усмирить родительниц, получили от них общий отпор. Я присутствовала при том разговоре и видела, как драконицы дружно накинулись на мужчин.

Я же всё время оставалась в стороне от их жарких споров. Смотрела с лёгкой иронией на происходящее и видела гораздо больше моих мужчин. Взрослые драконицы нашли друг в друге достойного противника и теперь наслаждались словесными перепалками. Обе давно потеряли мужей в сражениях между Ледяными и Огненными. Знали, что такое потери близких, и были не против прекратить вражду, если при этом их сыновья не теряли власть.

Спор набирал обороты. Я со скучающим видом смотрела, как бесятся мои мужчины. Приготовления к празднику шли в двух государствах, но по истечении недели день свадьбы так и не был назначен. Неожиданное решение подсказал Эль. Юный маг вместе с малышами собирал на соседнем столике какую-то конструкцию (мы все находились к кабинете Араная), чтобы отвлечь детей от споров взрослых.

— Ма, а вы отправьтесь в Храм Инанны к магам в Медиатерру.

Голоса спорщиков замолкли, и все взгляды скрестились на мне.

— Прекрасное предложение, сын. Кстати, ты давно хотел там побывать. Говорят, в столичной библиотеке собраны лучшие труды магов древности ещё тех времен, когда драконов здесь и в помине не было, — я тоже умею кусаться, если что. Хотя подобным драконов не смутить. Слишком толстокожи.

***

— Давайте сделаем это, — по очереди посмотрев на Валарда и Араная, решительно сделала шаг вперёд, держа двух мужчин за руки. Сзади стояли мои дети: Эль взял за руки важничающих малышей, которые в руках держали трещотки, разукрашенные цветными ленточками. Считалось, что звуки трещоток должны отогнать злых духов с дороги, на которую после благословения ступит молодая семья.

Внутренний зал Храма был почти пуст. Только свидетели: родители — Эльвемина и Диария, и братья — Бранард и Марид.

Внешне молодо выглядевший маг (со слов Эля, магистру было более трёхсот лет) провёл светскую церемонию бракосочетания.

Ритуал, проводимый магом, был необыкновенным по своей зрелищности. Каждое прочитанное из старого фолианта ритуальное слово обращения к богине-матери обретало форму. Со страниц, словно райские птички, взлетали слова, написанные на драконьем языке. Они взмывали вверх, закручиваясь широкой лентой вокруг притихших нас троих. Мужчины стояли плечом к плечу со мной, а я всё ещё продолжала крепко сжимать широкие ладони драконов, чувствуя, как внутри сжатая пружина переживаний последних дней наконец-то расслабляется.

Статуя богини за спиной читающего мага дрогнула и ожила, но полностью не воплотилась, приобретая узнаваемый вид молодой женщины в белом платье, по подолу которого были щедро рассыпаны незабудки. Сквозь полупрозрачную фигуру всё так же была видна статуя богини.

— Да будет Ваш тройственный союз нерушим! Пройдёте вы рука об руку по жизни, пока не ступите вместе на Безмолвную тропу. И будет каждый из вас вести по жизни того, кто рядом, и будет каждый из вас ведом тем, кто рядом. Равные во всём. Пусть с Вашего союза начнётся новый отчёт времени для единого племени драконов. Пусть старые обиды порастут травой, а на ней вырастут новые поколения народов Истреи.

— Принимаем! — отозвались мы втроём в один голос.

Инанна довольно качнула головой и исчезла из храма, только колокольчик прозвенел на грани восприятия.

Маг опомнился, что все ждут окончания церемонии, и деловито записал в книги драконьих родов данные об образовании новой семьи. В книгу Ашхов вписали также наших детей. Когда родится сын Араная, то и его запишут в подобную книгу рода Верди.

***

Из Медиатерры мы тем же днём втроём вернулись во дворец Араная, оставив детей на попечение дракониц в сопровождении братьев моих мужчин. Они должны были добраться в Ледяной предел сами. А нас троих ждало другое интересное занятие — закрепление брачных уз. Для этого, как ничто другое, лучше всего подходило уютное Гнездышко Огненного дракона.

Стоило нам троим оказаться наедине после шумных поздравлений Огненных драконов, встретивших нас во дворе дворца Араная, как меня окружили мужья, прижимаясь ко мне с двух сторон.

Я была возбуждена не меньше мужчин. Острый запах желания щекотал рецепторы, рот наполнился вязкой слюной в ожидании продолжения.

Два дракона умело держали себя в руках, сдерживали напор, позволяя привыкнуть мне к новой форме близости на троих. Впрочем, это было излишней предосторожностью. Я хотела их обоих так сильно и страстно, что их промедление причиняло боль.

Спрятав взгляд за подрагивающими ресницами, я первой потянулась за поцелуем к Валарду. Он ответил. Напористо и властно втягивая в долгий, глубокий поцелуй. Его язык жёстко таранил мой рот, заявляя свои права. Руки до лёгкой боли сжали бёдра, вжимая меня в твёрдое мощное тело дракона. Поцелуй длился бесконечно. От животного напора не хватало воздуха, и губы сразу начало саднить от умеренной грубости. Твёрдый бугор уперся мне в низ живота, привлекая внимание.

В груди всё томительно сжалось от ожидания физической близости, когда в меня одно за другим войдут твёрдые естества моих драконов — Араная и Валарда.

Старший дракон, стоя за спиной, откинул мои волосы на одно плечо и припал жаркими губами к быстро бьющейся жилке на чувствительной шее. Его язык ласкал до волнительных мурашек на коже, а руки творили чудеса, постепенно избавляя от многослойного свадебного наряда сверху вниз. Чувственные ласки опускались с плечей на грудь. Длинные сильные пальцы супруга перекатывали и теребили затвердевшие пики сосков, вызывая у меня приглушенные вибрирующие стоны в рот второго мужа.

Ран потёрся сзади об меня своим членом, крепче прижимая меня к Валарду, вызывая мой восторг от подобной близости. Они оба мои!

Одной рукой я обняла Валарда за шею, а вторую закинула назад, крепче прижимая Араная к себе.

Возбуждение мужчин пилось через дыхание, впитывалось кожей, ощущалось через запахи. Прикосновения становились грубее, требовательнее, несдержаннее.

Немного подрагивающими от нетерпения пальцами я с силой дёрнула завязки на брюках Валарда, освобождая вздыбленное естество дракона. Ствол пружинисто выскочил из штанов — твёрдый от прилившей крови. Перевозбуждённый. Жаждущий.

От предвкушения я гортанно застонала, выгибаясь в пояснице и потираясь ягодицами о бугор Араная. Сгребла в горсть мошонку Валарда с тяжёлыми отвисшими яичками, немного уменьшая накал его возбуждения.

Тем временем Ран переместился с шеи на спину, целуя и покусывая меня за холку, отчего я крупно задрожала и по-животному заскулила, чувствуя, как между ног горит от желания, и влага тяжёлой каплей стекает по бедру.

Валард, не разрывая поцелуй, стянул остатки платья с бёдер, и ткань пышным облаком упала под ноги. И в тот же момент я почувствовала, что взлетаю, подхваченная на руки Ледяного дракона.

В перевернувшемся мире я успела выхватить взглядом, как одним слитным движением раздевается Аранай, оголяя совершенное рельефное тело. Вид обнажённого супруга заводил нешуточно. Простое желание близости перерастало в жажду обладания. Собственница во мне требовательно протянула руку с острыми когтями в сторону Огненного дракона, желая наказать того за промедление. Вал отступил, положив меня на наше брачное ложе.

Аранай резко навис надо мной, опираясь на локти по обе стороны моей головы и с любовью всматриваясь в моё раскрасневшееся лицо. Его узкие бёдра удобно легли между моими приглашающе разведёнными коленями, и я обхватила Рана, скрещивая ноги за его спиной.

— Не медли, Ран, — подогнала его и сжала подтянутые ягодицы супруга, еле сдерживая порыв впиться в них когтями. Моя животная сущность прорывалась в резких движениях и грубых желаниях — схватить, сжать клыки на плече дракона, прогнуться перед сильными самцами.

Аранай несдержанно толкнулся, сверкая драконьими глазами, выбивая из меня воздух. Его размашистые движения сразу взяли быстрый, желанный мне темп.

— Валард! — второй супруг появился справа в поле моего зрения. Аромат его возбуждения достиг рецепторов, и я с шумом втянула воздух, хватая самца за длинные волосы и притягивая к себе для поцелуя. Губы Валарда были сладкой амброзией, которую я смаковала, чувствуя, что хочу его бешено! Его рука тяжело легла мне на лобок. Палец опустился точно на горошину клитора, с силой потирая его, пока Ран вбивался в меня.

Возбуждение копилось во мне, нарастало. Я металась и хныкала, под пригвоздившим меня телом дракона. Член Валарда ткнулся мне в губы, и я обхватила его плоть, обводя языком по кругу чувствительной головки. Перед глазами плыло, знакомо распадаясь на фрагменты, когда мои глаза менялись на драконьи.

Дуэт мужчин поменялся местами, поддерживая моё возбуждение и не позволяя увидеть звёзды. Член Валарда вбивался в меня с тем же ритмом, что и Рана, настраивая на финал. Возбуждение внутри распирало всё больше.

Ледяной дракон дёрнул меня на себя, откидываясь назад и заваливая меня на себя сверху. Сзади ко мне прижалось горячее, влажное от пота тело Огненного дракона, и я почувствовала, как Аранай входит, растягивая меня. Оба супруга синхронно задвигались, сжимая меня между собой. От острого ощущения наполненности внутри всё сжалось и взорвалось тем самым долгожданным экстазом. Я закричала от удовольствия, до хруста выгибаясь в спине, чувствуя, как горячее семя супругов наполняет меня.

***

Неутомимые драконы дарили мне близость отрыто и искренне. Я купалась в обожании своих супругов. И сама тем же отвечала, щедро раздавая откровенные ласки. Наш секс-марафон длился неделю, прежде чем моя совесть напомнила, что у нас есть дети.

Драконы к этому времени немного угомонились и, посовещавшись между собой, пока я плавала в бассейне, решили, что пора выйти из пещеры. Драконы должны видеть своих правителей и их дару.

Наверху нас встретил советник Араная — Фарад. Мужчина выглядел встревоженным, отчего мои драконы сразу подобрались. Куда только делось расслабленно-удовлетворённое выражение их лиц.

— Докладывай, — коротко бросил эрд. Его перебил громкий раскатистый звук грома, из-за которого я испуганно вздрогнула и прижалась к Валарду, инстинктивно ища защиту у своего супруга.

— Дождь! — Фарада тоже перебил звук отдаляющегося грома. Мужчина тяжело вздохнул и поёжился.

А я глубоко вдохнула, ощутив, насколько стало прохладнее. После пещеры, где располагались Гнёзда драконов (там ведь было не только наше гнездо), разница в температуре не слишком чувствовалась. Но да, сейчас было холоднее. А ещё воздух был влажным.

— Хочу посмотреть, — подала голос. Ран обернулся в нашу с Валардом сторону. Его брови чуть хмурились. А ещё он безмолвно общался со вторым супругом, обмениваясь взглядами.

— Мне тоже интересно увидеть дождь в пустыне, — отозвался Валард, успокаивающе поглаживая меня по спине.

Вчетвером мы вышли во внутренний двор, с которого и взлетели драконы. Аранай нёс меня на своей спине. Тёплые мелкие капельки дождя орошали пустыню, напитывая её живительной влагой. В высоты птичьего полета было видно, как земля, разрушенная Танагром в седые времена, возрождается.

Драконы пересекли пустыню до межевых гор. Несколько Ледяных драконов, кружащих над склоном горы, увидев правителя, приблизились к нам.

Ландшафт изменился. Там, где было море песка, теперь появилась плодородная земля, расчерченная серебристыми ручейками воды. А там, где раньше всё было чёрно от застывшей эбонитово-чёрной пористой вулканической лавы, возникла благодатная целина, покрытая зелёным ковром с мелкими точками цветов.

«Ты обернёшься драконом, когда пустыня зацветёт!» — вспомнила напутствие Инанны.

В радостном предвкушении я встала на ноги на холке летящего дракона, чувствуя, как мой зверь нетерпеливо рвётся наружу, в полёт со своими дар-драконами.

— Айрина, сядь, — по-драконьи рыкнул Аранай, стараясь не сделать лишнего движения, чтобы я ненароком не упала с него.

— Меня зовут Аринария!

В полёте я спрыгнула со спины Рана, в воздухе оборачиваясь золотой драконицей, и рывком устремляясь вверх, выше дождевых облаков. Летать на Истрее оказалось не сложнее, чем на изнанке, где я летала во сне и где издалека следила за любимым Ледяным драконом.

Оба мои дракона с места рванули вверх, как пробка из бутылки.

Два дракона взбудораженно наматывали круги вокруг юной золотой драконицы. Веря и не веря своим глазам.