20

Жанна дождалась, когда я отстранюсь, достала салфетки и неловко вытерла кожу спины. Затем принялась поправлять одежду, не сводя с меня глаз.

– Ты больше не злишься? – заискивающе спросила, пытаясь запахнуть на груди порванную блузку.

Задержав на ней короткий взгляд, хмуро ответил:

– Нет.

Ее губы растянулись в довольной улыбке. Переместившись ближе, Снегурка прильнула к моему плечу.

– На этих выходных я буду еще здесь, – сообщила ласковым тоном. – Как ты смотришь на то, чтобы бросить все дела и провести их вместе?

Застегнув ремень, вновь глянул на нее. Отстраненно и задумчиво обхватил пальцами тонкий подбородок, подушечкой большого провел по нежной коже.

– У меня другие планы, – равнодушно прохрипел.

Затем резко сместился, чтобы забрать куртку с переднего сиденья, игнорируя, как изменилось лицо Жанны.

– Какие?! – обиженно выдала она, когда я уже толкнул дверь.

Выпрыгнув из салона, надел куртку и обернулся. Снегурка жадно ждала ответа, но я лишь молча захлопнул дверь.

Направившись к Марку, достал сигареты, краем уха слыша, как блондинка психует в одиноком салоне. Не сказал бы, что меня совсем это не парило. Все-таки почти пол года терлись с Жанной, привычка какая-никакая. Но эту геморройную историю пора было заканчивать. Ей не по силам, значит, я разорву. Придет время, она еще поблагодарит за это.

Едва я открыл заднюю дверь своей тачки, чтобы выпустить Рони, как мимо пронесся Мерс, разбрасывая камни разбитого асфальта.

– Прогуляйся и домой, – скомандовал я, провожая взглядом красные огни.

Фыркнув в мою сторону, пес нехотя выпрыгнул из салона, потянулся и почесал в сторону самой ухоженной клумбы, где особенно любил гадить. Прислонившись к кузову, я достал телефон. На экране светилось начало пятого утра, но мне было до звезды, что мажор уже давно дрых.

– Да, братан? – сонно просипел хренов сводник. – Чето случилось?

– Случилось. Ты забыл попрощаться, когда сваливал со своей кудрявой принцессой.

Он закряхтел в микрофон, видимо пытаясь доехать че к чему.

– Сорян… – наконец издал. – Не думал, что ты такой сентиментальный.

Баран остроумный.

– Да ты в принципе мозги редко включаешь, – бесстрастно отбил я. – Короче мне нужны цифры твоей подружки. Мы с ней не договорили, а до обменяться контактами как-то дело не дошло.

– Э-эм... Братан, короче такое дело…

Выпустив дым, я свел брови, мгновенно уловив мутный настрой в голосе мажора.

– Не могу я дать ее номер, в общем, – наконец сформулировал он.

– А чего так? Девочка наябедничала?

– Да нет, она в принципе просила… Короче я слово дал, понимаешь?

Усмехнулся про себя. Удивлен? Нет.

– Окей, раз слово дал, надо держать, – снисходительно согласился я. Но прежде чем Молот успел обрадоваться, добавил: – Давай тогда другую инфу.

– Например?..

– Подумай сам, мажор, – раздраженно донес, затаптывая окурок. – Как не подставиться и мне угодить. Ты заварил эту кашу, вот и фантазируй!

Он устало захрипел, видимо безуспешно тужась напрячь извилины, но у меня быстро кончилось терпение.

– Во сколько она в универ свой тащится?

– А… В начале девятого! – с энтузиазмом ответил Женя. – Она обычно в это время на остановку идет. Но я хер знает, какое расписание у нее там каждый день…

– Этого достаточно. Храпи дальше.

Я скинул звонок, свистом подозвал Рони и бодрым шагом направился к подъезду с ржавой дверью. Внутри щекотал азарт – скоро встретимся Веснушка. Гораздо раньше, чем ты могла ожидать.