27

Застывшую тишину в салоне нарушало лишь урчание двигателя. Я не сразу заметила, с какой силой вцепилась в лямку сумки, будто она могла удержать меня от неосторожности выпалить все, что крутилось в голове.

Савва, в отличие от меня, выглядел спокойным, но смотрел с той самой звериной внимательностью, от которой внутри все сжималось. Его слова – «Да, есть» – повисли в воздухе, как удар молнии, и я ведь сама хотела выяснить правду! А теперь не знала, куда себя деть. Растерянность смешалась с жаром, который поднимался от шеи к щекам.

– Есть что? – выдавила я, слыша, как дрогнул мой голос, несмотря на все попытки казаться уверенной.

Парень слегка прищурился. Его пальцы лениво стукнули по рулю, а взгляд стал тяжелым и цепким, как будто он видел меня насквозь.

– Другая причина, Ксюша, – виртуозно подвел. Я незаметно сглотнула, а Савва вдруг без церемоний добавил: – Меня интересует не только универ. Но и ты.

Рони на заднем сидении шумно выдохнул, напоминая о себе, однако парень даже не шевельнулся в его сторону. Я же остолбенела, чувствуя, как сердце пропустило удар, а потом заколотилось так, словно хотело вырваться из груди нафиг. Открыла рот, чтобы что-то ответить, но слова застряли где-то в горле.

Это было слишком – слишком прямо и слишком неожиданно.

– Разморозься, Веснушка, – неожиданно выдал Савва, и уголок его губ дернулся в кривой усмешке, – я тебя не собираюсь в жены брать. Рони против дележки заднего сидения.

Он кивнул на пса, который тут же тявкнул, будто подтверждая, и из меня вырвался неуверенный смешок. Напряжение, сковавшее тело секунду назад, стало слабее, благодаря таланту парня разряжать обстановку. Но недостаточно, чтобы я расслабилась.

– Извини, я просто… не ожидала такой прямолинейности, – выдохнула, качая головой.

– Ты задала вопрос – я ответил. Так что, теперь все прозрачно. Но пока, Ксюша, не надо тебе над этим голову ломать, ясно?

Нет, мне вообще ничего не было ясно, но я как-то не решилась возражать. Его слова прямо застряли в голове и закрутились как заезженная пластинка. Он, правда, это сказал? И что мне, блин, теперь делать?..

Между тем Савва уже отвернулся, будто закрыл тему, и я поняла, что на сегодня с меня действительно достаточно. Друг Жени напоминал сейф – приоткрыл дверцу, показал краешек того, что внутри и снова защелкнул замок.

– Ладно, – пробормотала я, торопливо смещаясь ближе к двери. – Спасибо, что подвез. И… за прогулку тоже!

Савва кивнул, коротко и резко, будто это ничего не значило. Но только я потянула ручку, чтобы выйти, как вдруг услышала:

– Завтра в три у входа?

Оторопело обернувшись, встретилась с его взглядом – невозмутимым, но цепким, как капкан.

– С буклетами, – добавил парень, едва уловимо усмехнувшись.

– А… да… конечно, – пробормотала, чувствуя, как щеки снова жжет. – Я принесу.

– Тогда до завтра, – бросил он, и это прозвучало как команда.

Кивнув, я выскользнула из салона и захлопнула дверь, стараясь не оглядываться. Но пока шла к воротам, буквально спиной чувствовала взгляд Саввы – тяжелый, пронизывающий, как луч фонаря в темноте. Марк тронулся с места только тогда, когда я скрылась за калиткой, и этот звук – низкий гул мотора – словно отозвался эхом прямо у меня в груди.

Дома было тихо и пусто. Бросив сумку в прихожей, я устало разулась и плюхнулась на диван кухни. Глаза изучали потолок, а в голове не стихал голос Саввы, низкий, хрипловатый – он будто ввинчивался в мои мысли: «Меня интересует не только универ. Но и ты» Как выстрел в упор, и я до сих пор не могла отойти от отдачи! Осталась под таким впечатлением, что весь день только и думала о нем...