28

Я все-таки опоздала на учебу, чего обычно никогда не допускала, но сегодня внутри даже не шевельнулось ни капли тревоги. Словно что-то во мне щелкнуло, треснуло, надломилось, тихо меняя меня саму. И игнор Розы не цеплял, хотя я невольно отметила: она все еще садится рядом, а не сбегает на задние ряды, чтобы ужалить побольнее. Это молчаливое соседство было как тонкая ниточка, которую я боялась оборвать.

День только начался, а я уже чувствовала себя выжатой и опустошенной. После разговора с папой в сердце будто вонзилась толстая игла, и боль от нее пульсировала каждую секунду. Сосредоточиться на учебе не получалось вовсе. Со своим опозданием я итак попала под внимание Андрея Викторовича – строгого преподавателя по химии, а заметив мою отстраненность, он, кажется, окончательно вышел из себя.

– Морозова! Вижу, вам сегодня не слишком интересны мои занятия? – его голос резанул по тишине аудитории.

Я вскинула растерянный взгляд на мужчину. Затем мельком глянула на Розу – она едва заметно качнула головой и поджала губы, словно говоря: "Зачем ты провоцируешь?".

– А ведь тема непростая, – добавил Андрей Викторович, поправляя потрепанный временем пиджак на худощавых плечах. – Учитывая, что последний тест вы еле-еле вытянули на четверку, по-моему, стоит уделять больше внимания тому, что я говорю, как считаете?

– Я… слушаю вас, Андрей Викторович! – уверила я, неловко поднимаясь с места.

Он сел за стол, скрестив руки, и кивнул.

– Хорошо. Тогда повторите формулу, которую я только что рекомендовал для вычислений. Вам же это не составит труда?

Жар опалил лицо. Я бросила взгляд на доску, но хаотичные записи там не давали подсказок. И вдруг ощутила легкое прикосновение к ноге – Роза, не глядя на меня, стукнула карандашом по открытому учебнику. Абзац про концентрацию.

– Эм… вы рекомендовали формулу концентрации! – выпалила я, обретая уверенность. – Это масса растворенного вещества, деленная на объем раствора.

Серо-голубые глаза Андрея Викторовича, острые, как у орла, впились в меня, будто проверяя каждое слово.

– Концентрация. Вот чего вам явно не хватает в последнее время! Садитесь, Морозова.

Преподаватель вернулся к теме, а я послушно села и тихо поблагодарила Розу:

– Спасибо!

Она сделала вид, что не расслышала, уткнувшись в тетрадь. Но этот ее жест – маленький, почти незаметный – зажег во мне искру надежды. Может, между нами еще не все потеряно? Розе нужно время, а мне – терпение и немного такта. Хотя терпеть сейчас было невыносимо. Я заметила, что подруга сделала перманент бровей – они стали четче, изящнее, – а на ушах поблескивали новые сережки, тонкие, с крошечными камушками. Так хотелось сказать, как круто это выглядит, найти повод разговориться! Но я закусила губу, понимая: пока не время делать первый шаг. Даже если в моей жизни все рушится, а поделиться не с кем.

На второй паре телефон мигнул сообщением от Дарины: она звала меня присоединиться сегодня к тусовке в новом кафе. Я долго решала, что ответить. С одной стороны, не стоило терять связь с новыми подругами – это был мой шанс закрепиться в их кругу. Но с другой – мне вообще не хотелось никаких тусовок. Не только из-за Розы, а в принципе не хотелось сейчас веселиться. В итоге я отписалась вежливым отказом, сославшись на учебу. Андрей Викторович утром пригрозил новым тестом, а моя репутация отличницы еще держалась – предлог выглядел правдоподобно.

Чтобы не обрубить все концы, я присоединилась к девочкам за обедом в столовой. Роза, как обычно, молча ушла из аудитории, так что совесть молчала.

К счастью, сегодня меня не донимали расспросами о личной жизни. Дарина, Катя и Эльза увлеченно обсуждали драку с перестрелкой в каком-то клубе. Оказалось, об этом гудел весь город: кто-то на кого-то наехал, кто-то достал пистолет, и теперь полиция разбиралась кого наказать. Я слушала вполуха, кивая, но мысли были далеко.

Часы неумолимо приближались к трем. Несмотря на ворох проблем, я не могла выкинуть из головы черный Марк, который будет ждать меня у входа. В этот раз отнеслась ответственно к новой встрече с Саввой: сходила в деканат, взяла буклеты и даже бланк заявления с подробностями для поступления.

На улице моросил дождь, мелкий и противный. Выйдя на крыльцо, я сразу увидела машину Саввы у кромки тротуара. Нервная дрожь пробежала по телу, а в голове вдруг всплыл сон – его губы, теплые и настойчивые...

Я тряхнула головой, отгоняя видение, и сделала глубокий вдох. Автомобиль подъехал ближе, почти к ступеням и, сжав сумку, я спустилась к нему. Когда забралась в салон, неожиданно замерла, разглядев за тонированным стеклом Дарину с Катей. Они стояли на крыльце и определенно точно смотрели на Марк, в который я села…

– Привет! – наконец поздоровалась с Саввой, стараясь звучать спокойно, и тут же полезла в сумку. – Вот, как обещала… Буклеты и бланк для поступления – там все подробно написано!

Парень задержал взгляд на бумагах, кивнул.

– Окей, закинь в бардачок, я позже гляну.

– Хорошо…

Убирая бланки, я бросила быстрый взгляд назад. Рони сегодня не было, и салон казался непривычно пустым.

Неожиданно машина тронулась, не дав мне додумать мысль о том, чтобы выйти. А я ведь планировала, что отдам бумаги и пойду на маршрутку, но Савва, похоже, снова решил иначе.

Поправив сумку на коленях, я повернулась к нему.

– Высадишь меня на остановке?..

– Зачем? – спросил он, продолжая следить за дорогой.

– Ну… я как раз успеваю на маршрутку, – смущенно пояснила.

Парень цокнул языком и отрицательно качнул головой.

– Не-а. Не успеваешь.

Задержав настырный взгляд на Женином друге, я невольно улыбнулась, сама не понимая почему. Его уверенность сбивала с толку, но не вызывала внутри протеста. Хотя мне не оставляли выбора, делалось это так легко, что я не думала сопротивляться!

Странно конечно. Мы не обсуждали, что теперь между нами, я не давала никаких ответов, однако внутри понимала: он повезет меня домой. Даже если ему вообще не по пути.

– Куда едем? – буднично спросил Савва, будто мы каждый день так катались.

Я пожала плечами, глядя в окно на размытые дождем дома.

– Домой, наверное…

Он бросил на меня короткий взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то внимательное.

– Хочешь домой?

Нет.

Однако я не сказала об этом вслух. Лишь опустила голову, теребя пальцами ремешок сумки. Дом сейчас казался клеткой, где все напоминало о папе, маме и их разрыве...

Так и не дождавшись ответа, Савва кивнул сам себе. А я тихо предложила:

– Может, просто покатаемся?..

– Ладно. Погнали!