26 Божественные дары

  Заманчивое предложение жрицы вернуло меня на шумное празднество. Полуденная жара спала, и гости переместились в сад под растянутые шатры.

  Свежий воздух, ароматы цветов, напитки рекой. Десятки дам в дорогих нарядах и мужчин в строгих костюмах. Сонм голосов, словно туман накрыл просторную поляну с шатрами. Смех раздавался то тут, то там.

  Я взглядом выискивала Рендела, но не находила. Толпа незнакомцев пугала меня, но не так, как Белую Жрицу. Она умудрилась поймать слугу с подносом. Держала бедного мужчину за руку и залпом выпивала один за другим бокалы с шампанским.

  – Я готова, – сказала она горничной, вернув пустой бокал – пятый по счёту, и отпустила обескураженного слугу. – Страх выступлений, – коротко пояснила жрица, заметив, что я стала невольным свидетелем её разгона перед тем, как выйти на небольшой пяточок, подготовленный для неё.

  Горничная передала жрицу на руки организатора праздника. Мужчина в узких брюках, из-за которых его длинные ноги казались ещё длиннее, окинул жрицу строгим взглядом. Они обменялись парой фраз, покивали друг другу, каждым кивком подтверждая сказанное и услышанное. После организатор привлёк внимание молодых и гостей, активировав заклинание на усиление голоса.

  Люди столпились вокруг обозначенного круглым ковром пяточка, окружив молодожёнов в золотых нарядах и Белую Жрицу. На той лица не было. Казалось, она вот-вот убежит, испугавшись всеобщего интереса.

  Организатор передал слово жрице. Та активировала заклинание на усиление голоса... со второй попытки и оглушила близко расположившихся к ней тем, как прочистила горло после первой неудачи.

  – Для начала отойдите подальше, – попросила Вейн, разводя руками.

  Молодые и гости послушно отступила на два шага.

  – Ещё немного, – попросила жрица.

  Все сделали ещё два шага.

  – Пожалуй... ещё немного, – стесняясь добавила она. – Думаю, достаточно, – сказала Вейн, переходя к главному. – Я жрица семи богов, рада принести поздравления от столичной епархии принцу Грегори и принцессе Амине. Так как сегодня день Рорха, он приготовил свои божественные дары.

  Жрица прикрыла глаза и шепнула «Давай», едва шевеля губами, но все её расслышали из-за того, что она забыла деактивировать заклинание на голос.

  Белую фигурку тряхнуло, словно кто-то невидимый толкнул её в спину. Веки распахнулись, явив присутствующим густую непроглядную тьму в глазницах.

  – Я – бог войны Рорх, – пронеслось по саду сказанное жрицей мужским голосом. Небо мгновенно затянуло серыми облаками, которые скучковались и потемнели, превратившись в грозовые тучи.

  От хрупкой фигуры в белом церемониальном платье волнами исходила мощь, которая даже моё проклятье заставило замереть и обратить внимание на движение магической силы далеко за пределами моего тела. В Вейн словно открылся скрытый резерв. Ветер трепал кусты, волосы гостей и юбки разодетых дам, обрывал лепестки цветов и угрожал сдуть шатры, а следом и собравшихся людишек. По саду разнеслись встревоженные голоса. Кто-то испуганно повизгивал.

  Как тут можно поверить в мельком высказанное кем-то рядом предположение перед самым выступлением Белой Жрицы, что она всего лишь хороший актёр?..

  – Мой первый подарок для жениха, – проревел голос Рорха над пригнувшимися головами.

  Жрица воздела правую руку к почерневшему небу, которое озарялось частыми вспышками. Под жуткий гул и треск разом возникшие молнии устремились в землю, целясь в маленькую женскую фигурку.

  Из толпы послышались крики перепугавшихся до смерти дам.

  Я зажмурилась и прикрыла уши ладонями, спасаясь от яркой вспышки и грохота, от которого содрогнулась земля под ногами. Невольно ухнула, отмечая, как встревоженно зашлось сердце в груди, над которым обеспокоено крутилась ящерка. Божественная мощь ей показалась слаще рукотворной.

  Всё резко стихло: тучи рассеялись, ветер исчез. С неба опять светило солнце, согревая похолодевших от ужаса и внезапной непогоды людей.

  Поднялись встревоженные шепотки, повторяя «смотри, смотри». Я повернула голову к ковровому пяточку.

  Жрица стояла на своём месте, застыв будто мраморная статуя, с мечом в вытянутой руке. Тьма в её выпученных глазах отступила, явив радужку карего цвета. Белые волосы топорщились во все стороны, маленькие искорки вспыхивали в них, как напоминание о контакте с молниями.

  – Стой... стой... – процедила Вейн. Правая рука, сжимавшая длинный и тяжёлый меч, задрожала. Теперь испуганна была она, а не гости, заворожённо ожидавшие, чем всё это закончится. Жрица вцепилась обеими руками в рукоятку, поджав губы от натуги. Лезвие полетело вниз, рассекая воздух.

  Опять раздались визги светских леди, неготовых к опасностям жизни.

  За жрицей внезапно сгустилась тёмная фигура, вырвав вздохи облегчения у натерпевшихся дам.

  Я подумала, что это сам бог заявился на праздник, поддержать свою жрицу и не позволить воткнуть божественный подарок в землю, испортив дорогой ковёр. Но нет. Человек, возникший за спиной Вейн и обхвативший рукоять поверх её маленьких ладоней, был мне знаком.

  Беловолосая женщина бросила ошарашенный взгляд через плечо, раскрасневшись из-за незапланированной близости с мужчиной: жрица принадлежит богам, и только они могут прикасаться к ней. Как мне кажется.

  Увидев, кто поймал её в кольцо из своих рук, Вейн сменила растерянность на негодование, выплюнув «ты» и нервно дёрнув плечом.

  – Поаплодируйте телохранителю принца Кристофера! – призвал организатор, решивший сгладить непонятную ситуацию. – Кажется, кто-то заслужил премию за быструю реакцию, – добавил долговязый ведущий.

  Жрица что-то прорычала тёмному магу, вырываясь из его объятий. Вейн положила меч плашмя на одну ладонь, второй придерживая за рукоятку, и преподнесла наконец-то дар Рорха принцу Грегори.

  Для Амины она сформировала шар, искрящийся от потрескивающих в нём молний. Её глаза в этот момент снова стали чёрными и пугающими. Уменьшив шар до размеров крупной жемчужины, жрица передала дар со словами:

– Это божественное благословение, которое исполнит ваше заветное желание. Используйте его с умом.

  По рядам наблюдателей пронеслись взволнованные охи. Такой дар настоящее сокровище, ценнее меча, который будет поражать своих врагов молниями. Говорят, королева Лисандра получила такой же дар на свою свадьбу с королём Адамом и использовала его, чтобы в Анклавии воцарили мир и спокойствие. Полный мир и спокойствие страна не получила, но жизнь налаживалась маленькими, но уверенными шагами.

  – И  завершающий подарок от жрецов собора Фирджи, – сообщила Белая Жрица. – Этих бабочек зачаровали отыскать следующих, кто выйдет замуж и женится.

  Взмахнув белоснежным рукавом, Вейн указала на стеклянный ларец, в котором трепыхались две бабочки: красная и иссиня-чёрная. Молодые девушки расправили плечи, взбудоражено ожидая, когда крышку откинут и высвободят ярких насекомых. Даже императорская принцесса, топтавшаяся поблизости от королевской семьи, приосанилась. У неё на лице было написано «выйду замуж срочно!».

  Я попыталась отступить и скрыться среди гостей, чтобы не расстраиваться из-за выбора крылатых насекомых. Именно. Пусть они такие красивые, но насекомыми быть не перестают. А я не люблю насекомых. И особенно бабочек.

  Успела увидеть, как молодые со счастливыми лицами и блестящими глазами откинули прозрачную крышку стеклянного ларца. Первой на волю вырвалась чёрная бабочка, вознамерившись вперёд своей напарницы отыскать мужчину, на которого будут направлены взгляды всех охочих под венец девушек.

  А мне это совсем неинтересно, поэтому решила пойти и поискать запропастившегося герцога.

  Бурная реакция гостей спровоцировала меня обернуться. А ещё чётко расслышанный голос: «Я говорил, что серьёзен, а вы мне не верили».

  Девушки нервно шептали «сюда... лети сюда», пока королевская семья и приближённые друзья смеялись над счастливчиком, на чью голову уселась чёрная бабочка.

  Взглядом выхватила гордый лик Рендала. Он выкатил грудь и тщетно пытался переубедить смеявшегося короля и принцев, невоспитанно указывая пальцем на подрагивающую чёрными крыльями бабочку, устроившуюся на его чёлке, словно живой бантик.

  Что-то красное замаячило в воздухе, поднимая шум в той части поляны, где стояла я. Люди передо мной стали вертеться и оглядываться, когда яркая бабочка пролетала мимо них.

  Ой-ой...

  Я подхватила юбки и, сбивчиво принося извинения, поспешила убраться подальше с поляны... Из сада. А в идеале из столицы – в таком случае она меня точно не достанет.

  Шёпот голосов приобрёл тревожный окрас, следую за мной по пятам.

  Я бросила взгляд назад. Моя догадка подтвердилась: словно разъярённый дракон, увидевший своего обидчика, красная бабочка преследовала меня, пьяно мотыляясь в воздухе.

  Не хочу, чтобы она садилась на меня! Нет! Только не на меня!

  В таком случае я никогда не вернусь в Каспин. А у меня там вся жизнь!

  Весь её остаток...

  И любимый магазинчик.

  Запнулась и плюхнулась на колени. Подняла взгляд – маленькая зараза пошла на снижение.

  Я зажмурилась и вжала голову в плечи, судорожно вспоминая, а где сейчас моё вертлявое проклятье.

  На груди вспыхнул зуд: ящерица, потерявшая вкусный след божественной магии, намылилась вернуться вниз, чтобы продолжить «грызть» драконит. Но от бабочки жаркой волной распространилась магическая аура, испугав меня сильнее, чем перспектива застрять в усадьбе д'Итьера.

  Ящерица застыла в районе правого бедра, будто для того чтобы принюхаться к доносившейся извне магии.

  Бабочка с каждым махом опускалась всё ниже и ниже.

  Я замахала руками, завертела головой и подняла крик, будто в паутину запуталась. Все присутствующие в гробовом молчании смотрели на развернувшееся представление.

  – Нет, улетай. Отстань! Уйди! – но все мои попытки договориться проваливались. Красочное насекомое настойчиво кружило над моей головой.

  Ещё и ящерица, учуяв нечто повкусней приевшегося драконита, устремилась вверх по телу. Не хватало ещё, чтобы она выбежала мне на лицо. Попыталась отвлечь её стандартным способом: выбросив пару сгустков солнечной магии на пути следования проклятья. Она их глотала, не сбавляя скорости к главному блюду – порхающей над моей головой бабочке.

  Я накрыла лицо ладонями и опустила голову, всеми силами скрывая отвратительную метку. Волосы шёлковым водопадом накрывали шею и плечи, помогая мне с этой непростой задачей.

  Со свадьбы принца в дворцовые казематы – такое в мои планы никак не входило. Сомневаюсь, что Рендел сможет или захочет уговорить дядю, чтобы меня заперли в более комфортных покоях, чем холодная камера.

  С проклятьями шутки плохи, поэтому с глаз долой и спи спокойно!

  На мгновение жар стал сильнее, лизнув ладони невидимыми языками пламени. Ну а если бы я не закрывала лицо и глаза, то увидела бы и эти языки, и пламя, которое возникло из-за стремительного броска мага, решившего остановить мою пытку и незапланированное развлечение для напомаженных гостей. Дамы особенно радовались моей истерике. И замужние, и незамужние.

  Смешки наблюдателей захлебнулись в оханье.

  – Адель, – тихо позвал Рендел. – Бабочки больше нет.

  Я замерла, прислушиваясь к обстановке: ящерица лениво перебралась на спину и чуть погодя вернулась к браслету.

  Я отняла ладони от лица и подняла голову, наткнувшись на тёплый взгляд Рендела.

  – У тебя пепел на голове, – первое, что я сказала ему, и потянулась, стряхнуть серую пыль,  покрывшую его тёмные волосы.

  – О, спасибо, – улыбнулся он, отряхнув ладонь о подол камзола. – Вставать будешь или ты устала стоять?

  Мои губы дрогнули в улыбке. Этого человека ничто не изменит.

  Рендал помог мне подняться с земли, заботливо предложив руку. Гости косились на нас, шёпотом обсуждая какой-то плохой знак.

  – А куда делась бабочка? – задала я вопрос.

  – Я её сжёг.

  – Что?..

  – И я сожгу любого, кто будет причинять тебе вред, – до дрожи серьёзным тоном заявил Рендел и посмотрел мне в глаза жёстким взглядом, крепко держа за руку.