Глава 33

― О-о-о, ― вырвалось из меня, когда я почувствовала, как в меня входят два пальца.

Я вцепилась в плечи Игната. Он вел влажную дорожку языком по моей шее и ниже к груди. Пальцы внутри меня медленно входили и выходили, размазывали влагу, кружили по клитору и снова ныряли вовнутрь. Меня окутывал жар от макушки и до кончиков пальцев на ногах. Я негромко стонала, а Игнат периодически поднимал голову и проглатывал мои стоны, вылизывая мои губы, нёбо, сплетаясь с моим языком. Потом снова опускал голову и всасывал сосок, облизывал его и со шлепком выпускал. Вот так хорошо, так мне нравится. Когда он не сдерживается. Когда вот такой взлохмаченный, сонный, жадный и горячий.

Игнат навис надо мною сверху, спустился вниз по животу поцелуями и на секунду завис над самым сокровенным местом. Сделает это или нет? Сделает. Он опустил голову, и я почувствовала сначала мягкие губы, которые нежно касались чувствительной кожи, а потом упругий язык проник между складочками и теперь кружил по клитору, доводя меня до исступления. Игнат периодически поднимал взгляд и смотрел на меня, а я сдерживала стоны, закусывая нижнюю губу.

Он поднял голову и внимательно, серьезно посмотрел на меня.

– Хочу тебя услышать.

– В каком смысле?

– Хочу услышать, как ты стонешь.

– Но ты говорил…

Игнат покачал головой.

– А сейчас хочу. И ты хочешь. Хочешь ведь? ― спросил он, снова наклонившись и провел языком по клитору.

– О, господи, да-а-а…

– Тогда не сдерживайся.

– Но вся прислуга уже проснулась, я слышала в коридоре ша… о-о-о…

Игнат ускорил движение языком, а я вцепилась в простыни, выгибаясь. Жар от предстоящего оргазма поднимался от поясницы и выше, пока у меня не начало покалывать в затылке, и я не взорвалась с протяжным, хриплым стоном.

– Вот так мне нравится. Больше не сдерживайся, Амалия, ― произнес он, медленно проникая в меня горячим, твердым членом.

– А мне вот так нравится, ― прохрипела я у самых его губ.

Игнат наклонился и поцеловал меня глубоко, чувственно, давая почувствовать мой вкус на его губах. Он медленно входил и выходил, а я обнимала его за плечи, сама себе не веря, что между нами может быть вот так. Как будто мы уже любим друг друга. Как будто открыты и совершенно не скованны никакими обстоятельствами.

Игнат начал ускоряться, когда я уже была близка ко второму оргазму. Он впился пальцами мне в бедра и захватил мой рот в глубоком поцелуе. Я стонала ему в губы, и впервые услышала, как стонет Игнат. Не так, как он стонал, когда ласкал себя в кабинете домика на островах. А будучи во мне, когда наконец отпустил свой контроль. Игнат оторвался от моего рта, и я впилась взглядом в его напряженное лицо. Наши взгляды пересеклись. Темные, говорящие о чувствах и желании, полные страсти взгляды. Мы кончили вместе, глядя друг другу в глаза, и это было, пожалуй, самое невероятное событие за всю мою жизнь. В груди было очень тепло и нежно.

Игнат лег сбоку и притянул меня к себе, прижав к горячему, все еще слегка вибрирующему от напряжения телу.

– Доброе утро, ― с улыбкой прошептала я.

– Доброе утро, ― отозвался Игнат, поцеловав меня в макушку. ― Как насчет завтрака в постель?

– Ты хочешь принести мне завтрак?

Игнат ухмыльнулся.

– Амалия, я только начал работать над собой. Дай мне время.

– Оу, да, конечно.

Я смутилась от собственных завышенных ожиданий.

Игнат протянул руку и нащупал на тумбочке телефон. Все еще тяжело дыша, он набрал номер и приложил аппарат к уху.

– Марина Степановна, доброе утро. Попросите подать завтрак нам с Амалией в ее спальню. Минут через десять. ― Игнат вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула. ― Да, через десять. Особые пожелания? ― снова ко мне.

– Жутко хочу яичницу с беконом, ― с улыбкой ответила я.

– Яичницу с беконом для Амалии, мне как обычно. Спасибо.

Игнат отложил телефон и зарылся носом в мои волосы. Мы лежали в тишине. Мои мысли хаотично метались в поисках темы для разговора, но, как назло, на ум ничего не приходило. Неужели нам совсем не о чем было разговаривать?

– Какие планы насчет подготовки к приему? Что нам нужно сделать? ― своими вопросами Игнат спас ситуацию, и мы начали обсуждать все, что предстояло в этот день.

Через некоторое время в дверь постучали.

– Входи! ― сказал Игнат.

Диана распахнула створки дверей и вкатила тележку с накрытыми блюдами и чашками с ароматным кофе.

– Доброе утро. Простите…

Она прятала глаза и старалась не смотреть на нас, и мне передавалось ее смущение. Игнат сел, прикрывшись простыней ниже пояса, а я зарылась лицом в подушки, чувствуя, как краснеют щеки.

– Спасибо, оставь тут, ― произнес Игнат, когда Диана подкатила столик к его стороне кровати.

– Приятного аппетита, ― пролепетала она и выскочила из спальни.

Я непроизвольно хихикнула.

– Бедная девушка, ты заставил ее смущаться, ― сказала я.

– Ты о себе? ― спросил Игнат с улыбкой.

– Я о Диане.

– Переживет, это часть ее работы. Давай завтракать.