2

— Тут налево, кирпичный дом. — протянула водителю сразу деньги.

Когда таксист подъехал к воротам, выйти не успела, а они поехали. Автоматика. Выбегала я через калитку. Ни охраны, ни собаки, зато камер по всему периметру, на одних воротах только четыре разом.

Я бегом преодолела расстояние до дверей. Открыла мне уборщица, даже позвонить не успела. Всё выглядело так, словно меня тут ждали и страх с ужасом отступили, Юля тут, живая и здоровая.

— Юля! — позвала племянницу, как только переступила порог дома.

Женщина сразу же куда-то ушла, а навстречу вышел он.

— Юля? — он был хмур, действительно не понимая, какого чёрта я тут ищу девочку.

— Юля пропала! Это вы её забрали да? Где она? Юля! — меня уже начала поглощать паника.

Как-то мгновенно дошло, что Юли тут нет и не было никогда.

Просто чудовищное совпадение.

— Нет. — отрезал он, и этого ответа мне хватило, чтоб у меня началась истерика.

Пока я заливалась слезами он усадил меня на диван и сел рядом с телефоном в руках. Быстро кому-то позвонил, а я ловила каждое его слово, несмотря на то что всё переворачивалось в душе от мыслей о Юльке. О том как ей может быть сейчас страшно и плохо, больно.

— Здравствуй. Люди нужны, ребёнок пропал. Девочка девять лет. Фото и адрес скину. Нет. Невесты моей племянница. Хорошо подъедем. — он был спокоен, так спокоен, что и я начала успокаиваться.

Не могла оторвать от него взгляда, хотя слёзы, стоящие в глазах, мешали получить чёткую картинку.

— Что это? — утирая слёзы, спросила женщину, которая подошла ко мне и молча протянула пакет.

— Соня не разговаривает. Она глухонемая, читает только по губам. Это твои вещи. Ты так быстро ушла, позабыв о них. И будь добра вернуть мне халат. Мне его мама подарила, он мне очень дорог. — он поднялся с дивана пока всё это говорил, и дошёл до полки, порылся в глубокой вазочке.

Самое время есть конфеты подумала я, ещё плохо соображая, что за пакет мне протягивает Соня.

— Какой к чёрту халат?! Ребёнок пропал! Уберите! Я не стану это носить! — тётка с пакетом так и стояла возле меня, словно не женщина живая, а робот.

— Мой любимый халат. Говорю же, мама подарила. — мне казалось он издевается, но я была в таком раздавленном состоянии, и огрызаться с ним не могла, кроме того, поняла, что он имеет связи, людей поднимет, Юльку вот-вот найдут, он поможет.

Оказалось, что рылся хозяин дома в вазочке, где хранились ключи от его машин, даже в этой ситуации оставался верен себе, не позволяя панике, хотя, о чём это я? Он и паника? Как параллельные не пересекаются.

— Поехали. — он подошёл ко мне, протянул руку, взял мою сумку с вещами, чёрт с ними, я их сама выброшу потом.

Через дом мы прошли в гараж, огромный, полный машин, целый автопарк в чёрном цвете, говорящий о финансовой независимости хозяина, о его хищности и верности себе. Мы сели в машину, совсем другую, но и этот салон пропах лимоном.

— Как вас зовут? — спросила его уже на трассе.

Как зовут меня он и так знал, так что случая обменятся именами не представилось.

— Мы с тобой в одном списке счастливых обладателей необычного отчества Белкина Кира Всеволодовна. Дюжников Роман Венедиктович я. — он смеялся, спокойно подкурил сигарету, ни намёка на нервы, их у него просто нет.

Ему было смешно за наши действительно необычные, редкие отчества. Роман был доволен тем, что я примчалась к нему, и сижу в его машине. Он не сомневался, что Юлька просто где-то загулялась, а звонок другу из органов был лишь поводом указать мне моё место. Он его уже определил для меня и не отступит.

Как Роман её заметил, ведь даже головы не поворачивал, а я хоть и крутилась как юла, но Юльку не увидела. И он ничего не сказал, припарковал машину и позвонил.

— Отбой. Девочка нашлась. Когда? Узнаю, перезвоню. — он навеселе, а я жду ответа, потому что в упор не вижу, где Юля.

— Где она? Я её не вижу! — и тут же подкатило это незабываемое ощущение отчаяния.

— Дома, в углу уже стоит, наверное. Халат верни. — он наклонился к двери с моей стороны, чтоб открыть её, потому что я из машины выйти не могла.

Влипла в сидение, чувствуя себя полной дурой. Я с трудом заставила себя выйти из машины, и когда я это сделала, он меня окликнул.

— Кира, как насчёт ужина? Друзья нас на набережную приглашают. Отказывать нехорошо, Слава на уши весь отдел поставил. — о, у нас уже и общие друзья организовались.

Это я только так подумала, сама же кивнула, будучи в шоковом состоянии, и пошла к подъезду. Только поднялась к квартире, за дверью Юлькин плачь. Нашлась! Она действительно стояла в углу, и рыдала, Ника разорялась благим матом, Сергей пил на кухне водку, заедая лапшой, которую я так и не поела.

— Где она была? — спрашиваю сестру, а сама думаю ну как Роман понял, что ребёнок уже дома?

Даже мысль о камерах меня посетила, совсем бредовая, но чем чёрт не шутит? Оглядела потолки. Видимых точно нет.

— Собаку она искала идиотка! — Симка подала тут же голос из-под лавки, за что получила от Ники пинка.

— Ника, можно тебя на пару слов. — увела сестру на балкон, напрочь забыв, что меня ждут, а точнее халат.

— Что? — сестра была очень зла.

— Не ругай ты её так, радуйся, что живая и здоровая домой вернулась.

— Своих сначала роди, а потом рассказывай, что и как делать! — Ника закурила, руки у неё тряслись, да я сама вся тряслась.

— Надо её пожалеть, дети не должны боятся домой идти. — прижалась к сестре успокаивая гладя по спине.

— Она и не боялась. Она собаку искала! Аж до площади дошла идиотка! — Ника хоть и была груба, но по её щекам покатились слёзы.

Переживает.

— А теперь будет бояться. Себя вспомни. Как ты боялась домой идти, когда платье порвала. А ведь мама нас даже ни разу не лупила.

— А я что их луплю?! Так, по задницам пару раз и угол, а они по-другому не слушаются. — с наездом и возмущением спросила Ника, и я поняла, что разговор смысла не имеет.

Просто молча вышла с балкона, обняла и поцеловала племянницу. И пошла за халатом, который не то, чтоб отдавать торопилась, хотела задать один вопрос. Когда вышла из подъезда, машина стояла уже на другом месте, ближе и водительской стороной ко мне.

— Завтра на работу за тобой заеду. — он взял халат и завёл машину, а я опять, как кролик на удава и молчу.

Собралась и спросила-таки о чём хотела.

— Как ты понял, что она дома? — реакция была уже ожидаемая от него, улыбка и смех.

— Так, тихо во дворе. Козла* даже нет, а должен был быть. — на этом он подзавис, потеряв улыбку, глядя в одну точку, явно вспоминая что-то нехорошее.

Уже дома я так и додумалась, что все его хобби связано с чем-то личным.

Ника весь вечер дулась, её раздражало моё присутствие.

— На даче воду отключили, что ли? — с недовольством спросила сестра, когда я полезла за раскладушкой.

— На даче… — чуть не рассказала всё на эмоциях, порядком надоело, что я в собственном доме занимаю положение порядком ниже пуделихи Симки.

— Ты надолго? Нет я не гоню, это и твоя квартира тоже, но я не просила тебя из курицы суп варить, я её, вообще-то, хотела пожарить! — Ника делала вид, что убирает в комод детские вещи, сама же на самом деле выживала меня.

— Я на одну ночь. Можно?! Спасибо! И да, дачу я продаю. — с трудом сдержала эмоции, хотя зачем?

Полночь, а дети не спят.

— Как это продаёшь? А жить ты? Ты что тут жить постоянно собираешься? А овощи? А меня ты спросила? — Ника присела на детскую кровать, с лицом, не выражающим ни капли понимания.

— Овощи? Овощи. — сходила за своей сумкой, сразу за двумя; — Ну вот, если тебе нужны овощи, то вот, ключи. — вернувшись в детскую, выдала сестре сразу два комплекта.

— И что? Это зачем? — Ника действительно такая простая, аж смешно стало.

— Травку полоть, поливать, теплицы открывать и закрывать, втянешься. И жить я тут не стану, не переживай. И вообще…Я замуж выхожу! Ясно? Буду жить в шикарном доме! — на эмоциях сказала сестре, а вышло так, что накаркала.

Пока сестрица соображала, я улеглась на раскладушку. Поспать и не надеялась, но хоть с закрытыми глазами полежать.

— Как это? Ты что подцепила богатенького? Кира! — я успела скрыться от сестры под одеялом.

Она отстала фыркнув, решила, что я вру. А я уснула, как ни странно, но снились всякие ужасы, проснулась на час раньше. С трудом нашла в шкафу что-то приличное. Подходящее для работы и ужина, и чтоб не свариться в летнюю жару.

Не стану врать, что готова была идти на этот ужин из-за чувства долга, или потому что жить мне вдруг стало негде. Я хотела пойти, потому что у меня были вопросы. И главный из них, это как мне себя вести, если вдруг полиция проявит ко мне интерес. В общем, сделать максимально всё, от меня зависящее, чтоб не подставить человека, который, во-первых, спас меня, а во-вторых, без вопросов бросился помогать мне. Зачем только усыпил на сутки? Наверное, чтоб голова не болела. Хотя и об этом я собиралась его спросить.

На работе без внимания коллег по цеху не обошлось, хотя я и особо не старалась.

— Кира, колись! Ты на свидание собралась? Красотка сегодня такая. — моя напарница Ира, не глядя, заряжала ткацкий станок, обласкав меня восторженным взглядом.

— На набережную. Ты была там? Я думала её ещё ремонтируют. — работы по реконструкции набережной начали по весне, не думала, что так быстро сделают, обычно в нашем городе один долгострой.

— О! Это круто, там цены как половина нашей с тобой зарплаты на двоих. В интернете любопытствовала. А сделали давно и быстро ещё в конце весны, потому что не для людей ремонтировали, а для бизнеса. Пойди попробуй прогуляйся просто так по набережной, не положено. Там же теперь ресторан! — возмущённо сказала напарница.

А мне всё равно. Я по этой набережной и так не гуляла. Далеко от города, да и времени нет, да и не с кем.

На обеде, вообще, случилось странное. То, чего я никак не ожидала. Разговор завела Светка Титова, потому что у неё муж в полиции служил.

— Девочки! Сейчас такое расскажу вы просто охренеете! Мой Коля в четверг был на выезде у нас тут в километре от завода, мужика нашли с дырой в башке. Ну труп как труп, ничего такого, а сегодня я узнала, что это наш охранник! Тот новенький, который ещё всем глазки строил. Это мне уже Леночка рассказала, её мужа с выходных дёрнули на проходную, потому что тот мужик не вышел. Но он, вообще, какой-то странный был. — Светка махнула рукой, словно не о трупе, не о человеке, а о мухе, и довольная заёрзала на стуле, выпрямила спину, готовясь к куче вопросов.

— Что ещё за охранник? — спросила Свету, чувствуя, как на моей шишке волосы шевелятся и встают дыбом.

Лениного мужа Сашу я знала, потому что гуляла у них с Леной на свадьбе, а вот проходя через проходную, видела пару раз охранника нового, но сейчас не могла поверить, что это один и тот же человек.

— Я не помню, как его звали. Противный он, был. — отозвалась Ира.

— Ну раз убили, значит, было за что. — заявила Марина.

Она в принципе была женщиной радикальной и как мне, казалось, радовалась любым чужим неудачам. А тут ну надо же, человека убили, как радостно в ладошки не похлопала, удивительно.

— Марина! Ну что ты такое говоришь? Слушайте девочки, это получается, раз его рядом с нашим заводом убили, значит, как домой-то возвращаться после работы? А вдруг это маньяк? — Тонины глаза увеличились в размере, чем она только нагоняла жути.

Маньяк-маньяк. — подтвердила я про себя её опасения и заткнула рот куском торта, принесённого кем-то из коллег.

Маньяк убил маньяка. Какая ирония.

— Действительно. Давайте вместе до остановки ходить. А то мало ли. — предложила Ира.

Все согласились, и остаток обеда обсуждали только эту тему. Девочки несмотря на страх, неприязнь к охраннику, существование которого я даже не заметила, пытались выведать у Светы все новые и новые подробности. Я же пыталась вникнуть в информацию. Как я стала жертвой маньяка, как труп с садоводства перекочевал к нашему заводу.

— Нервничаешь перед свиданием? — уже ближе к вечеру спросила Ира.

Лицо моё совсем облезло после обеденных новостей, я только и думала про вопросы. Какие, и главное, как правильно задать их Роману. А ещё меня пугал мой интерес к нему.

— Ужасно нервничаю. Нитку сейчас заправляла три раза. Как чувствует падла, рвётся и всё! — руки мои потряхивало, да меня всю потряхивало и чем ближе час конца смены, тем сильней тремор.

— Хочешь я тебе успокоительное дам? — спросила Ира, а я закивала соглашаясь.

Литра валерьянки мне в студию! Но Ира выдала зелёную таблетку, приказав положить ту под язык.

— А пить можно? — поздновато я её спросила, когда уже половина явно травяной таблетки растворилось под языком.

А напиться мне просто необходимо, иначе так и до больнички недолго. Нервы на пределе, вот-вот попередохнут.

— Можно. Там ничего такого. — уверила меня Ира.

К концу смены я действительно успокоилась. Только и гоняла мысль, что хуже со мной уже ничего не случится. Поем дорогой еды, поспрашиваю Романа и вернусь на дачу, воскрешать помидоры с огурцами, которые наверняка уже повяли в теплицах без моего внимания.

-----------------

*Козёл— полицейская машина УАЗ.