Глава 25. Доминик – определённо моя проблема

Вивьен

Машу рукой отцу, а он показывает мне большой палец и подмигивает. Что ж… Встреча прошла нормально, за исключением колкостей Холта, но пока это мало меня интересует, хотя, наверное, должно бы… Со всей своей проницательностью я пока не чувствую от него угрозу. Однако что-то мне подсказывает, что именно Доминик может внести осложнения в наши отношения с Крисом. И если он это сделает, мне придётся избавить Криса от такого друга. Не знаю… Возможно, подставить Холта, придумав грязную историю, будто бы он приставал ко мне. Такое вполне может быть, учитывая влечение Дома к Лив – девушке лучшего друга. Его беспринципность вполне может сыграть мне на руку, потому что все знают – от Холта можно ждать чего угодно. Как говорится: в тихом омуте…

Немного прибавляю газу и следую за джипом Криса. Мой Мини Купер выглядит игрушечным по сравнению с этим танком… Прямо как здоровяк Крис и я.

О, Боже, откуда в моей голове берутся такие дурацкие ассоциации? О чём я думаю, чёрт возьми?

А думаю я, безусловно, о Крисе. О горячем, сексуальном, несдержанном… Мне не хочется, чтобы он усмирял свою несдержанность. Пусть будет таким! И даже больше! Секс с ним – словно скачка с препятствиями, и только он решает, когда будет финиш. Мне нравится подчиняться ему.

Машина Криса резко тормозит, выдирая меня из собственных фантазий. Я тоже останавливаюсь. Потом у джипа открывается пассажирская дверь, и я в недоумении смотрю на выходящего из тачки Дома. Он что-то говорит мужу, а потом идёт к моей машине и открывает дверь. В его руках пёс, который сразу начинает вилять коротким хвостом, как только видит меня. Доминик бесцеремонно падает на пассажирское кресло, захлопывает дверь, устраивает Уно на коленях, что достаточно сложно, потому что пёс рвётся ко мне.

– Поехали, Вивьен, – командует Холт.

– Какого чёрта ты делаешь? – у меня не получается сдержать эмоции, и я почти шиплю на него. – Выметайся!

Дом одаривает меня проникновенным взглядом и милой улыбкой. Всё это, наверное, безотказно действует на других девиц, и они готовы выполнять любые его требования. Но у меня это вызывает только раздражение. Где-то в самой глубине его глаз затаились неприязнь, угроза и похоть, и я вижу только это, как бы сильно он не хотел показать другое.

– Ты же не хочешь отстать от Криса? Поехали, Ви! – просит он с издёвкой в голосе.

– Поверь мне, я знаю дорогу до Милфорда, – отвечаю я с холодным спокойствием, на этот раз всё же обуздав эмоции. – И я надеюсь, что ты тоже её знаешь, потому что ты – выходишь! И мне всё равно, дождётся тебя Крис или нет.

– Ты знаешь… – Доминик задумчиво чешет подбородок, – а ведь ты совсем не похожа на своего отца…

Я нервно сглатываю и впериваю взгляд в удаляющуюся машину мужа. Вновь беру эмоции под контроль.

– Я похожа на мать, – отвечаю твёрдо.

– Какую мать, Ви? Ту, которую вы с Реем придумали, рассказывая задушевную историю о твоём рождении? Или настоящую, которая никогда не спала с Реем Батлером Монро?

– Что ты несёшь, чёрт возьми?

И как бы я не старалась выглядеть разгневанной, в моём голосе отчётливо звучит паника.

Дом тихо хмыкает и машет рукой.

– Поехали, Ви! Если ты, конечно, хочешь говорить об этом только со мной.

Я порывисто давлю на газ и начинаю быстро разгоняться. Какова вероятность, что если мы сейчас попадём в аварию, я не получу увечий, а Дом погибнет под грудой железа? Вероятность минимальная! Я, скорее всего, тоже погибну.

Подобные мысли меня не на шутку пугают. Боже, о чём я думаю? Пока всё в порядке, Ви! Он ничего не знает, он просто блефует, едва нащупав нить, которая ведёт к правде. Мне всего лишь нужно порвать эту нить.

– Ты сама мне расскажешь? – интересуется Холт, лениво вытягиваясь в кресле.

Уно всё-таки спрыгивает с его колен и устраивается на моих. Я скидываю скорость, нагнав наконец Криса. Одной рукой цепляюсь за руль, другой поглаживая пса. Он добродушно фыркает.

– Что ты хочешь знать? – сдержанно интересуюсь у Холта.

– Я хочу знать, чего опасаться Крису и его семье. Ты зря считаешь, что меня интересует твоё грязное бельё, Вивьен. Нет, оно меня не интересует. Но если твоё прошлое может хоть как-то навредить моему другу, вот тогда просыпается мой интерес.

– Моё прошлое никому не может навредить. Да, Рей мне не родной отец… – я делаю драматическую паузу, натягиваю на лицо плаксивую маску и продолжаю сбивчиво: – Я не помню своих родителей, Дом… Они умерли очень давно… А Рей… Он удочерил меня, потому что был другом семьи.

И можно сказать, что я почти не вру. Мой отец давно умер, а Рей и правда был его другом.

– Почему тогда по документам ты его родная дочь? – недоверчиво спрашивает Дом.

– Потому что так было проще. У Рея была возможность записать меня как свою родную дочь. Что здесь такого? Крис тоже живёт в приёмной семье.

– Крис не делает из этого тайны, – тут же бросает Холт.

– Я тоже не создаю тайн. Просто уже давно привыкла считать Рея отцом…

– А мне кажется, что вы намеренно окружили всю эту историю тайной, – не унимается Доминик. – Пожар, сгоревшие фото. Значит ли это, что ты попала в дом Рея незадолго до вымышленного пожара? Те фотографии, что нам показал Монро… На них тебе не меньше шестнадцати. Серьёзно, Ви!? Ты не помнишь своих родителей до шестнадцати лет?

Я коротко и нервно смеюсь.

– Ты сам для себя придумал дурацкую историю, а теперь свято в неё поверил. Я попала в дом Рея ребёнком. И росла в его доме. А потом был пожар…

Дом ржёт во весь голос, явно пугая своего пса. Уно вжимается в меня сильнее и тихо поскуливает.

– Ты же понимаешь, что мы можем узнать подробности того пожара, и был ли он вообще? – его смех обрывается, а к голосу возвращается привычная отстранённость. – Брайан – коп! Он выяснит всё это за пять минут.

– Пусть выясняет, – продолжаю блефовать. – Мне нечего скрывать…

– И ты просто так вышла замуж за Криса, – перебивает меня Доминик. – О, точно, наверное, тебе вдруг стало скучно! Скажи мне, в чём твоя проблема, Ви! – просит он настойчиво, а потом нехотя добавляет: – Быть может, всё не так страшно, и мы сможем тебе помочь.

Мне хочется смеяться. И я почти смеюсь. Почти.

Боже, они могут мне помочь… Наивные, возомнившие себя непонятно кем идиоты. И да, они могут помочь… Если перестанут ворошить моё прошлое.

Я натянуто улыбаюсь и бросаю взгляд на Дома.

– Спасибо, конечно, за твоё участие, но у меня нет никаких проблем. Мне нравится Крис, и я ничуть не пожалела, что вышла за него замуж.

Чувствую, как Холт прожигает мою щёку изучающим взглядом. Долго, очень-очень долго молчит, и мне начинает казаться, что атмосфера в авто накаляется до предела.

– Я хочу тебе верить, Вивьен, – говорит он совершенно неискренне. – Хочу! Но не могу. Ты должна понимать, почему.

И я понимаю. Правда, понимаю. Нельзя доверять человеку, который ещё вчера был помолвлен с одним, а уже сегодня в браке с другим. У Холта есть три основных причины не верить мне. Первая – я женщина, а этот парень не верит женщинам. Вторая – я красивая женщина. А третья – он не спал со мной, я никогда не была в его постели. А значит, я фрукт, который он никогда не распробует. Насколько мне известно, Доминик именно так делит всех женщин. На лёгкую добычу и недосягаемую. Олли для него недосягаема, а теперь ещё и я. Ведь я замужем за его другом.

– Ты можешь мне не верить, – говорю тихо. – И я не буду пытаться заслужить твоё доверие, чтоб ты знал. Меня интересуют только Крис и его доверие ко мне.

– Аминь! – провозглашает он со смешком.

Издевается…

Я сжимаю руль рукой и вновь тереблю шёрстку Уно. Мне хочется забрать этого пса себе, ведь совершенно точно, он не пылает сильной любовью к своему хозяину.

– Поживёшь со мной, дружок? – тихо обращаюсь к Уно.

Он мелодично похрюкивает от моих ласк.

Доминик опять вперивает взгляд мне в щёку. Но, слава Богу, молчит.

В таком напряжённом молчании проходит весь наш очень длинный путь. Холт наблюдает за мной исподлобья, и я натыкаюсь на его взгляд каждый раз, когда коротко смотрю в его сторону. Его взгляд направлен не только на моё лицо. Он смотрит на мои колени, на которых расположился Уно. На мою грудь, обтянутую белой футболкой. На влажную от пота шею…

Этот взгляд пробирает до костей. Не знаю, как у него получается так воздействовать на меня. Возможно, люди, включая меня, изначально видят в Доминике лишь симпатичное, милое личико. И никто не утруждается копать глубже. А где-то там внутри прячется очень опасный, очень умный, расчётливый парень. Я это знаю давно. Его друзья, конечно же, тоже знают. А все остальные не удосуживаются смотреть так глубоко.

Доминик – определённо моя проблема. Теперь я окончательно в этом убедилась.

Мы, наконец-то, подъезжаем к дому, и я паркуюсь возле машины Криса. Он ожидает нас, прислонившись к капоту и подпирая ногой бампер. Вид у него угрюмый.

– Пойдём, Уно, – зовёт Доминик своего пса, похлопывая по колену. Тот не двигается с места.

Холт безрадостно хмыкает и протягивает руку, чтобы его забрать. Его пальцы легонько касаются моих ног и скользят по внутренней стороне бёдер, когда он подсовывает руку под собаку. Всё это он делает нарочито медленно, а взгляд голубых глаз направлен мне в лицо. Похоть в его взгляде усиливается.

Неожиданно возле пассажирской двери вырастает Крис. Он рывком открывает дверь в тот момент, когда Доминик уже подхватывает Уно с моих колен. Однако напряжение, наполнившее машину, невозможно скрыть. Крис всматривается в наши лица недобрым взглядом, а потом обращается к другу:

– Как прокатился?

Доминик отвечает ему короткой улыбкой и выбирается из тачки. Следует к своей, которая припаркована тут же.

– Отлично, – бросает, не оборачиваясь. – Я позвоню тебе, бро.

Потом он сажает Уно в машину и садится сам. Прежде чем отъехать, смотрит в мою сторону. И его взгляд не предвещает ничего хорошего.