22 Всё пропало

Я лежала на кровати из мешков. В бытовке не было окон, и время словно прекращало в ней свой бег. Я даже не представляла себе, сколько его уже натикало. Много? Мало? Ещё сегодня? Уже завтра?

Повар дважды стукнул в дверь и молча поставил на перевёрнутый ящик две тарелки с ужином. Значит, уже больше 20. Да какая разница, если нервы были натянуты, как струна? Если в голове была только одна мысль.

Что с Артоном?

После обрушения опор и столкновения с директрисой оранжереи, смог оттеснить Твили в коридор. Он буквально закрыл меня и от гнева Ламбаэрты, и от артефакта блокировки магии. Буркнул: «Береги себя», и захлопнул за собой дверь.

А как беречь? Шапку надевать или высыпаться?

Я решила, что для магирины главное – быть в ногах. Поэтому сделала полный комплекс упражнений, которые были возможны в условиях подсобки. Сначала разминалась, потом спала.

Но даже когда я находилась в мире грёз, думала, как там Артон?

Тишина звенела. Эти тягучие минуты, секунды и часы вынимали из меня душу. Скорей бы пришёл! И всё равно, что каждое мгновение приближало наше фиаско с экзаменом и лишение магии.

Меня швыряло от отчаянья к мольбе. От «что я буду делать в виде бездарного существа?» до «пожалуйста, пусть только он вернётся!». Душа рвалась и металась. Горела, восставала надеждой, словно феникс.

Кем я буду без магии? Танцовщицей на деревенских ярмарках? Какое меня будущее ждёт? Выйти замуж за лысоватого фермера и рожать ему каждый год, как крольчиха по наследнику? Чего? Дома в одну комнату и хлева с поросятами?

Никакой сцены. Никаких постановок. Никакой славы. А так хотелось!

У меня словно пропал смысл жизни. Зачем всё это было? Зачем будет?

А что у Артона? Боевой дракон без дара? Декан боевого факультета без магии? Это невозможно! Кем он будет? Военным консультантом? Штабным воякой?

Или поедет со мной, по сельским ярмаркам веселить толпу полётом дракона? Оборот у него не отберут. Это не волшебство, это сущность. Вот и будем вдвоём устраивать представления.

Вдвоём? Вряд ли. Кому нужна танцовщица без дара? Никому. Дракон останется драконом в любой ситуации. И дети у него будут одарённые и парящие. А у меня что? Ничего. Ему такая без надобности.

И именно от этой мысли на глаза навернулись слёзы. Горючие. Обидные.

От этого беспросветного отчаянья я готова была на всё. И едва распахнулась дверь, кинулась Артону на шею.

Он был усталым, но не сломленным. На секунду прижал меня к своему твёрдому телу и хотел отстраниться.

Но я не дала. Кинулась целовать жарко, страстно, горячо.

– Не здесь, Эни. Не сейчас. Ты потом пожалеешь.

– Сейчас! – Я снова впилась в его губы поцелуем. – Иначе ты пожалеешь прямо тут!

Это был сигнал. Мы рванулись друг к другу телами, руками, губами. Одежда летела во все стороны. Так же как искры от соединения, столкновения и стонов, воспламеняющих кровь. Мы словно выплёскивали друг на друга всё, что накопилось за эти дни.

Страх, ненависть, любовь.

А когда из круговорота ласк нас швырнуло в фейерверк удовольствия, больше не было его и меня. Были мы.

Силы покинули меня моментально. Я начала засыпать в ту же секунду, как утихли спазмы удовольствия. И на самом краю сознания услышала едва различимое.

– Ты моя, Энни. С остальным справимся.