17

— Андрюша! Андре-ей!

Бабушка.

Чёрт!

Она звала его голосом, от которого у Андрея с детства холодело между лопаток, манила костлявым пальцем и смотрела со своего трона взглядом, каким акула замечает отбившегося от стаи тюленя, — смотрела прямо на него.

Мозг, что и без того работал на пределе, как двигатель после аварийного старта, ещё добавил оборотов, и до Андрея резко дошло зачем. Зачем она его звала.

Бабушка хотела женить Тима на Алисе. Но Тим притащил невесту. Теперь бабушка не может женить Тима. А значит, все её матриархальные планы по объединению семейных капиталов… переключатся на него.

Уже переключились, судя по этому приторно-елейному голоску.

— Ах ты ж.. — в сердцах выдохнул он.

Тим его переиграл. Вольно или невольно, но обошёл как стоячего, обвёл вокруг пальца, уделал как наивного юнца. И теперь главный вопрос: это хитроумный план или счастливая случайность? И задача Андрея — выяснить: вольно или всё же невольно? Потому что если невеста настоящая, кольцо у неё быть обязано, а если её задача — только изобразить невесту…

И кажется, этот вопрос волновал не только его.

Андрей увидел маму, которая уже направилась к воркующим голубкам.

Он приложил руку к груди, давая понять бабушке, что он бы и хотел подойти, но его немедленное присутствие требуется сейчас в другом месте — он всё же хозяин этого дома, — и поспешил следом за мамой.

— Тимоша, милый! Расскажи мне эту чудесную историю целиком. Как вы познакомились? — начала мама издалека, неумело маскируя свой шкурный интерес светскими приличиями.

Впрочем, несильно. Тимофей ещё и начать толком не успел, помычал что-то про выставку, как она перебила:

— А кольцо? Где же кольцо?

Андрей замер в нескольких шагах от них.

— Мам! — Тим картинно закатил глаза.

— Да, кстати, — вмешался Андрей, преодолевая оставшееся между ними расстояние. И его голос прозвучал куда холоднее, чем он рассчитывал. — Я тоже хочу его увидеть.

Анфиса медленно подняла на него глаза, оценивая. Затем запустила пальцы под ворот платья и извлекла тонкую цепочку. Покачивающееся на ней кольцо она развернула прямо к нему. Знакомый бриллиант хищно вспыхнул в свете люстр. И её взгляд он бы расценил как: «На! Смотри! И подавись!»

— Очень боюсь его потерять, — мягко объяснила она маме. — Оно мне велико. И слишком ценное, чтобы нести ювелиру.

Андрей смотрел, как она снова прячет кольцо. Он отчётливо помнил, как Вероника жаловалась, что кольцо ей жмёт, и без стеснения требовала его расширить. У неё были слишком толстые для него пальцы? Он посмотрел на руки Анфисы. Они и правда выглядели куда более изящно — тонкие, хрупкие, аристократичные.

Тим усмехнулся:

— Видишь? Всё на месте. Кольцо. Невеста.

Да, Андрею оставалось лишь смириться. Но он не мог. Поднял глаза. Анфиса смотрела на него с вызовом: «Давай, спроси ещё что-нибудь. Я готова».