Глава 7

Максим

Порой мне кажется, что жизнь меня за что-то целенаправленно наказывает, и я упорно пытаюсь найти причину, но не могу.

По просьбе Дана сижу в квартире его матери, где по счастливой случайности оказались Лика и Петр Иванович.

Обстановка не напряженная, но меня словно бетонной плитой накрывает.

Дышать нечем.

Может, тому виной фотографии Алиски, которые стоят на полках и висят на стенах в каждой комнате, или я просто схожу с ума.

Смотрю на Валерию Сергеевну и вижу положительные изменения. Женщина уже не такая бледная и потерянная, как я видел ее после клиники. Даже улыбается, но через силу. Вижу и чувствую, насколько ей хреново.

Вроде и беседа непринужденная. Лика на позитиве и ее отец доброжелателен, но я не могу выдержать долгого нахождения в душной квартире, и даже кондиционер не помогает.

На шею словно удавку кинули и медленно затягивали, стоило Валерии Сергеевне посмотреть на меня. Чувство вины никуда не делось. Убивало меня, особенно в присутствии родственников Алиски. Сразу вспоминал тот день и пожирал себя за глупость.

За то, что поддался ее обаянию и пропустил тот момент, когда все понеслось под откос…

Стараюсь не выдавать своего состояния и откланиваюсь, ссылаясь на работу, хотя она была, но вечером.

Выхожу из квартиры и хватаюсь за перила, пытаясь восстановить дыхание.

Что же так накрывает, а?!

— Макс, — Лика тихо закрывает дверь и подходит ко мне, тяжело вздыхая, — никто не виноват.

Озвучивает то, что я слышать не хочу. Молчу и не произношу ни слова, уставившись на ступеньки. Челюсти сжимаю до боли. Не хочу говорить об Алиске. Не та тема. Слишком больная точка, на которую Ангелика упорно давит.

— У каждого человека есть свое мнение и каждый из нас делает свой выбор. Алиса его сделала, и вы с Даном не виноваты. Это случайность, Макс.

Виснет пауза.

Цветкова затихает, наверное, обдумывая еще пару сотен утешающих фраз, но это не помогает. Напрасно сотрясает воздух.

Она обнимает и возвращается в квартиру, а я стою еще пару минут, после чего спускаюсь и сажусь за руль. Дождь перестал лить, как из ведра, но пасмурная погода держалась.

Тяжелое серое небо давило будто на зло.

Не знаю, сколько бы я так просидел, но зазвонил телефон. На экране высветилось Мама.

Черт!

Как вовремя…

Сначала не хочу отвечать, но потом пересиливаю себя и провожу пальцем по экрану.

— Ой, Максим, как хорошо, что ты ответил… — Голос соседки заставляет напрячься.

— Теть Зин, а где мама?

— Так опять… — Охает и ахает женщина, пока я поворачиваю ключ в зажигании. — Я скорую вызвала. Сейчас врач с ней разговаривает, а я вышла тебе позвонить. Просто свой телефон не взяла.

— Еду.

Волнения нет.

Быстро направляюсь к дому, чтобы убедиться в том, что с матерью все в порядке.

Когда был первый приступ, подумал, что она притворяется, а потом, увидев все собственными глазами, понял, не врет.

Стараюсь ни о чем не думать. Ни о плохом. Ни о хорошем.

Нарушаю несколько правил, не задумываясь о последствиях.

Бросаю Бэху около подъезда и быстро преодолеваю несколько лестничных пролетов.

Дверь в квартиру не заперта.

Внутри подозрительная тишина.

— Мам?

Шагаю вперед. В гостиную. Она лежит на диване. Бледная. Смотрит на меня, как на врага народа.

Опять…

__________                             

Очередные сборы на праздник жизни, где я должен быть не один.

Поправляю чертов галстук и вспоминаю лицо Выскочки на протяжении учебной недели.

Сначала она была недовольна, а потом бросала взгляды.

После случая с ее телефоном намеренно не садился рядом и не заводил разговоров.

Смысл?

Если человек от меня шарахается, словно черт от ладана.

Зачем навязываться. К тому же, было неприятно от того, что она дала мне левый номер. Вроде не незнакомый парень.

Да, и второе сентября оставило свой след.

На автомате выполнял каждое действие, будто потерялся и не знал, по какой дорожке направиться дальше.

— Дай, помогу. — Мама возникает рядом и дотрагивается до галстука, приводя его в идеальное состояние, убирая ту небрежность, что я оставил. — Замечательно выглядишь.

Улыбается, а я пожимаю плечами и хмурюсь.

— Уверена, что тебе это нужно?

— Да, Максим. Открытие нескольких бутиков в новом торговом центре, еще и собственном… — Она шумно втягивает воздух в легкие и проводит по животу, убирая невидимые складки на шелковом белом платье. — Это нужно отметить с размахом, чтобы таблоиды разорвали город.

— Стоило пойти больницу и подлечиться. — Еще сильнее сдвигаю брови вместе, не понимая ее пренебрежения собственным здоровьем.

— Все хорошо. — Мама смотрит в отражение, игнорируя мои слова.

— С сердцем не шутят.

— Ты рядом, если вдруг мне станет плохо, то поможешь. — Говорит и уходит, заставляя двигаться за ней.

Денек так себе.

Вроде выходной, но напряжение, словно я проснулся часа в четыре утра с жутким похмельем, поспав пару часов.

Везу маму в торговому центру, где около входа уже стоит Лика. Она-то пришла, а вот прибудет ли Выскочка, вопрос.

Я собственно на это и не надеялся, но вдруг звезды сойдутся в огромное созвездие.

— Привет! Выглядишь потрясающе. — Натягиваю на лицо улыбку и отвешиваю комплимент подруге, которая обнимает меня.

— Спасибо, Макс. Что-то не так?

Все подметит…

— Все отлично, Лик. — Широко улыбаюсь, наблюдая, как мама входит внутрь, бросая на нас хмурый взгляд.

Так и не приняла Ангелику. По словам матери, девочка не соответствует кругу моего общения. В нем должны быть исключительно те, кто имеет высокий статус, но никак не простые смертные.

— Опять что-то скрываешь. — Таранит меня взглядом, но я пожимаю плечами.

— Если только ночные приключения. — Подмигиваю ей, на что получаю кулачком по плечу.

— Перестань. Куда делась твоя пара?

— Имеешь в виду кого-то конкретного?

— Света, например. Или с кем ты там по ночам ищешь приключений.

— Постоянных вариантов нет. Была на примете одна Выскочка, но она скорее всего меня жестко продинамит. — Тяжело вздыхаю, все еще находясь под прицелом сканирующих меня голубых глаз.

— Случаем, не та, за который ты следил?

Киваю и тяну улыбку по лицу. Народ потихоньку подтягивается на предстоящее мероприятие, но я тяну время и до последнего не хочу входить внутрь.

— Может, расскажешь мне подробно? — Хмурится Цветкова, сжимая маленькую сумочку пальцами. — Постоянно скрываешь свои эмоции. Макс, расскажи, что с тобой происходит?

— Все отлично. — Улыбаюсь ей, не озвучивая проблем.

Пусть хоть сейчас побудет счастливой. Она заслужила.

— Кх-кх, — раздается за спиной, — мне долго тебе в затылок дышать, или уже повернешься?

Лилия

Чувствую себя полной идиоткой, стоя за спиной Круглова, который упорно меня не замечает.

Все дни до предстоящего мероприятия, отмеченного этим гадом напоминанием в моем телефоне, боролась с криками совести и почти одержала победу, но благодаря верным друзьям пришлось напялить на себя платье и втиснуть ноги в туфли на высоком каблуке.

Как ты можешь?!

Так нельзя?!

Ты дала слово?!

Даже Богданов, который не переваривал богатеньких деток, со вздохом поднял руки вверх и пообещал приехать по звонку, если вдруг Максик начнет распускать руки.

Это первый пинок к действиям.

Вторым стало поведение Круглова. Он без слов и демонстраций отсел от меня в универе и даже не пытался заговорить, тем самым наводя на мысль о том, что своей чрезмерной грубостью могла его обидеть.

Конечно, возникли сомнения в моей больной голове. Если учитывать то, что я сама врезалась в его машину, а он вместо вызова дорожного комиссара попросил об услуге, то…

Уф-ф-ф…

Я повела себя как ребенок, дав ему не свой номер, на чем и была поймана с поличным.

И совесть за это меня поедала.

Я посмотрела напоминание и загуглила адрес. Оказывается, он позвал меня на открытие бутиков своей матери. Любопытство свербило в одном месте, и я полистала еще статьи. Интернет пестрил прошлогодними новостями. Я, конечно, слышала про Александра Аристова, что его сын раскрыл грязные секреты отца, но меньше всего ожидала увидеть информацию про Круглова. Внебрачного ребенка Аристова. Ровесника Данияра Аристова.

Боже…

Светка мне об этом никогда не говорила, да еще и суицид дочери от наркотиков.

Легкий шок от того, что я узнала, не давал покоя, и я на лекциях непроизвольно разглядывала мажора, пытаясь найти подтверждение тому, что он фирменный козел, как и другие Светкины друзья.

Вот только этот гад мирно слушал преподавателей и не бунтовал, не прикалывался, не жестил и вел себя, как нормальный адекватный парень.

Единственное, что не вязалось с его образом, слежка.

Может, совпадение.

Может, они и правда случайно оказались в амбаре, но что Макс делал около кладбища?

Желание узнать о нем больше и стало третьим пинком под зад.

Сначала я хотела пойти в джинсах и топе, но просмотрев внимательно программу вечера, поняла, что буду там белой вороной. Пришлось перекопать свой гардероб и найти платье красивого бордового цвета, которое мне в свое время брала мама, но я его так и не надела.

Туфли прилагались к комплекту вместе с нижним бельем. Пришлось стать женственной, и если бы мама увидела, то захлопала бы в ладоши.

Прическа, макияж, платье и каблуки. Выглядела дорого и красиво, как кукла. Папа отправил меня с водителем, и я поблагодарила бога, что Светы не оказалось на горизонте.

— Кх-кх, мне долго тебе в затылок дышать, или уже повернешься?

Недовольно проголосила, и Макс тут же повернулся, открывая вид на его собеседницу. Красотку с голубыми глазами. Очередного ангела во плоти.

— Ты решила все-таки почтить меня своим присутствием? — Круглов немного отступил, так по-джентльменски, что я чуть не закатила глаза, но сдержалась.

Лишь скупо улыбнулась девушке, которая с удивлением меня рассматривала. Я даже поежилась от столь пристального внимания.

— Не я, Максим, а моя совесть. Можешь ей сказать спасибо.

— Пожалуй, не буду торопиться с благодарностью. — Он скривился и тут же представил мне свою собеседницу. — Ангелика, это Лилия. Она же Выскочка. Лилия, это Ангелика. Она же друг-психолог и по совместительству девушка моего брата.

О-о-о… Того самого Данияра. Это уже интересно.

— Очень приятно. — Произнесла Ангелика, а я кивнула. — Можно просто Лика.

— Отлично, очень приятно, Лика, — я протянула ей руку, которую она со смехом пожала, — а меня Лиля, можно и просто Выскочка. Я не обижусь.

Пафос мероприятия матери Круглова доходил до планки максимум, и поняла я это, оказавшись внутри.

Вместо обычного открытия бутика с красной ленточкой, кучей фальшивых улыбок и шампанского, льющегося рекой, в торговом центре была оборудована площадка-подиум, где гости вскоре смогли увидеть интересное шоу — моделей в нижнем белье разного фасона и цвета.

Впечатляло.

Класс.

Сам подиум и приличное расстояние около него были ограждены, чтобы простой люд мог наблюдать издалека за торжеством знати. Даже здесь не обошлось без разделения по социальному статусу. Меня данный факт жутко бесил, но больше раздражало то, что я находилась рядом с подиумом, а не за ограждением, где все стояли с открытыми ртами, наблюдая за происходящим.

Виновница торжества находилась в компании лощеных женщин и пары мужчин, пускавших слюни на длинноногих красавиц.

Я не успела проследить за тем, как к подобному зрелищу относится Макс. Парень ушел за напитками для меня и Лики, которая не переставала бросать в мою сторону заинтересованные взгляды. Они, если честно, не бесили, а заставляли чувствовать себя неловко. Всему виной непривычная для меня одежда и обстановка.

С отцом я всегда могла договориться о посещении важных мероприятий, где должны присутствовать все члены семьи. Иногда я приходила на минут двадцать-тридцать и успешно покидала торжество, продолжая заниматься своими делами, но чаще я нигде не светилась. Хватало красавицы-сестры.

— Вы с Максом учитесь вместе?

Вопрос Ангелики вывел меня из раздумий, и я тут же отвернулась от подиума. Девушка смотрела на меня и ждала ответа, совершенно не интересуясь шиком вокруг.

— Да, не повезло мне. — Вырвалось прежде, чем я сообразила.

— Почему?

Лика удивленно округлила глаза, от чего они стали еще больше и красивее.

— Не особо люблю заносчивых парней.

— Ты сейчас о Максе? — Кивнула в ответ, на что Лика рассмеялась. — Уверена, что про него говоришь?

— Вполне, или у него есть клон? — Усмехаюсь, смотря на то, как приближается Круглов с двумя бокалами в руках.

— Просто Макс и заносчивость два не сочетаемых определения.

— И какое тогда ему подходит?

— Шутник, мастер уходить по-английски, — Лика, начала загибать пальцы на правой руке, — человек «не угадаешь мои настоящие эмоции», — девушка при этом изобразила Макса, вызвав у меня улыбку, — партизан, притихший оголенный нерв, сама доброта и внимательность.

Речь Ангелики прерывается появлением Круглова, который протягивает нам бокалы с шампанским.

— Я не пью. — Заявляю с важным видом, на что получаю наглую усмешку.

— Это детское, Выскочка. Если ты дуришь на трезвую голову, то страшно представить твои выкрутасы подшофе. К такому уровню отношений я еще не готов. — Улыбается в дополнение, вызывая у меня жуткое желание дать ему подзатыльника.

— Дуришь? Это слово вообще не про меня. — Огрызаюсь, выхватывая у него бокал. — И когда мы уже вступили в отношения, не подскажешь? А то я не припоминаю.

— В тот самый момент, когда ты переступила порог торгового центра. — Снова улыбается, убирая руки в карманы брюк.

Весь такой идеальный и красивый. Черт! Бесит!

— Ребят, мне ответить на звонок нужно, — Лика тихо говорит и указывает на телефон, — отойду ненадолго.

— Может, я еще и в рабство попала? Сообщи. Не хотелось бы к ночи узнать о том, что мне нужно исполнить супружеский долг.

Язвительно высказываю, пока Ангелика идет к выходу. Как не вовремя она ушла. Могла бы спасти своего друга от смерти.

— Было бы не плохо. — Усмехается, рассматривая меня. — Этот цвет тебе к лицу. Красиво выглядишь.

Не успеваю понять, что он отвесил мне комплимент. Эмоции зашкаливают.

— Тебе не светит. То, что я сюда пришла, не значит, что ты мне нравишься.

— Резко. — Цокает Макс и продолжает блуждать по мне странным взглядом.

— Почему позвал меня, а не Светку? Она была бы в восторге от этого. — Киваю на подиум, но Круглов туда даже не смотрит, а не отводит глаз от меня.

Напрягает жутко, словно я голая стою.

— Хотел провести с тобой время. Узнать лучше. С тобой есть о чем поговорить.

— То есть, Света для горизонтального положения, а я для разговоров? Как мило и по-джентльменски. — Ощетиниваюсь, пока Макс спокойно пожимает плечами.

— Это твои догадки. Я сказал, как думаю.

Виснет недолгая пауза, за которую эмоции внутри не утихают, а сталкиваются друг с другом.

— Ни за что не поверю, что ты такой хороший и честный, — усмехаюсь ему в лицо, всем видом показывая свое отношение, — можешь другим пускать пыль в глаза, но не мне.

— Даже не пытался, — фыркает со странной улыбкой, — сама бы сняла темные очки с глаз, а то свет через них не пробивается в твою умную головку.

Вот же гад!

— Не беси. — Цежу сквозь зубы, сжимая ножку бокала.

— Не провоцируй.

Вздыхает и улыбается. Как так можно, а?!

— Хорошие моей сестричке не нравятся. — Бросаю очередной камень в его огород, но и тут меня ждет сюрприз.

— Что ж… — Задумчиво потирает подбородок и подмигивает. — Тогда научи меня плохому, Выскочка.

Максим

Даже не надеюсь, что провокация сработает. Наблюдаю за тем, как Алимеева ухмыляется и хочет вновь пульнуть в меня острым словечком, но потом загадочно улыбается и делает глоток детского шампанского.

— Не обманул, — хмыкает так, будто я должен был подлить ей яда, как минимум, — пытаешься плюсики заработать. Хм, похвально. Вот только плохие мальчики не соблюдают приличия.

— Намекаешь на что-то конкретное?

Спрашиваю и который раз пробегаю глазами по изгибам ее тела, которые словно нарочно подчеркивает платье с небольшим вырезом, тонкими бретельками и разрезом от колена до середины бедра. Ничуть не соврал, что выглядит она шикарно. Никогда не замечал, что меня может привлечь брюнетка, хотя…

Больше мне нравится ее острый язык и сморщенный нос, когда пытаюсь вывести Выскочку на эмоции.

— Да, — кивает и улыбается, — смотри, — указывает пальчиком на подиум, но я не поворачиваю головы, интересует лишь девочка напротив, а не длинноногие практически голые бабенции, — сколько мяска бродит, а ты даже ни на одной глаз не оставил.

Усмехаюсь и пожимаю плечами.

— Первое, — потираю подбородок с задумчивым видом, — чего я там не видел, второе, — поднимаю одну бровь, смотря на нее, — кто сказал, что я ни на кого не глазею. Одна все-таки есть. Третье, я страдаю эгоизмом, поэтому свои глаза ни на кого не кину, даже на тебя.

— Вот же… — Шумно и возмущенно выдыхает с еле сдерживаемой улыбкой.

Первый серьезный удар по ее броне не прошел бесследно. Смягчается Выскочка.

— И мне льстит, что ты следишь за мной. — Открывает рот, чтобы ответить, но я забираю бокал из ее рук, переворачиваю и делаю глоток. — Предлагаю наплевать на приличия, — ставлю бокал на край подиума, вызвав у Алимеевой кривую улыбочку, — и отправиться в более интересное место.

Нагло беру ее за руку, наслаждаясь нежностью кожи. Какое-то легкое прикосновение, а меня начинает штырить. Пытается выдернуть, но я крепко сжимаю пальцы и тащу ее вперед.

— Максим, это не смешно. Куда ты меня ведешь?! — Выдает по дороге, только перестает сопротивляться.

— А куда плохие мальчики водят хороших девочек?

— Шутку оценила. Говори, Круглов, иначе я проверю качество итальянской обуви на твоей голове. — Звучит грозно, на что я лишь пожимаю плечами.

— Едем на поиски приключений. Такой ответ тебя устраивает, Выскочка?

— Нет. Душа жаждет подробностей.

— До души мы еще доберемся, а пока прыгай в тачку. — Не спешу ее отпускать, подводя к Бэхе, и открываю дверь.

Останавливается, складывает руки на груди и смотрит на меня. Стучит носком туфельки по асфальту, а я вопросительно поднимаю брови. Неужели не сядет?

Давай же, Выскочка, любопытство же победит.

Надеюсь…

— Если мне будет скучно, то тебе станет плохо. — Бубнит под нос, а я улыбаюсь.

— О, поверь, Алимеева, скучно тебе точно не будет! — Театрально кланяюсь перед ней, указывая на мягкое сиденье, на что получаю очередную порцию смешного фырканья. — Дольше ломалась. — Добавляю прежде, чем закрыть дверь, а она грубо высказывается, но я не слышу, потому что обхожу машину и сажусь за руль.

— И каков твой план, Максик? — Пристегивается и внимательно смотрит на меня, постукивая пальцами по коленкам. — Увезти меня за город и поставить ультиматум.

— Какой?

— Как там принято, — она убирает прядь волос за ухо, пока я завожу мотор, — отвезти далеко-далеко и потребовать выполнить гадкое условие, иначе, детка, топай пешком. — Последние слова произносит грубым голосом, вызывая у меня смех.

— До этого уровня плохиша я еще не дошел.

— Я хочу знать, куда мы едем. Не особо люблю сюрпризы от жажравшихся мажоров.

Усмехаюсь ее мнению обо мне. Придется развеивать ложные суждения.

— Ты не далеко ушла, Выскочка. В курсе, что ведешь себя еще хуже, чем твоя сестричка?

— Что?! Пф-ф-ф… — Складывает руки на груди и кривится. — Не сравнивай меня с ней.

Молчит. Забавно дуется, пока я выруливаю со стоянки, включая свет. Сумерки вовремя начали сгущаться. Для реализации моего плана нужна темная ночка. Нужно добиться того, чтобы в броне Выскочки пошла трещина, желательно глубокая.

— Ладно, — она разводит руки в стороны, — признаю. Напротив одного пункта списка плохих качеств тебе бесспорно можно поставить галочку. — Она с улыбкой смотрит на меня.

— И что это за качество?

— Хамло. Круглов, ты хамло еще то.

— Приму за комплимент, — усмехаюсь и спокойно рулю к точке назначения, — хочешь обсудить и другие качества?

— Я тебя не знаю, Максик, но могу сделать определенные выводы по твоему окружению. И знаешь, общение со Светой тоже плюсиков тебе не прибавляет.

— Почему же? Только не говори, что она страдает бешенством. — Увеличиваю глаза и прижимаю одну руку к грудной клетке.

— С рождения слюной брызжет. — Фыркает через еле сдерживаемую улыбку.

— Тогда это у вас семейное. — Смеюсь, за что получаю маленьким кулачком по плечу. — Приехали.

Паркуюсь около высокого деревянного ограждения и глушу мотор. Мы остаемся в темноте, и Алимеева тяжело вздыхает.

— Ничего оригинальнее кустов не мог придумать?

— Ты была бы не против? — Произношу с усмешкой, не спеша покидать машину, хотя план таков. — Тогда боюсь тебя огорчить, это не кусты. Деревья рядом есть, но нам не к ним, а немного дальше. Придется слегка нарушить закон, но ты же не будешь сопротивляться?