Глава 8. Профнепригодный

Это простой разговор. Расстановка сил на поле. Но стоит мне прижать нимфу к себе, а ее влажному телу скользнуть по моему, как фантазии, которые бушевали в моей голове всю ночь, оживают и меркнут перед реальностью. Я хожу в этот фитнес-клуб с самого открытия, это без малого восемь лет. Меня знает весь персонал, у меня платиновая карта и самые лучшие условия. И я никогда не делал ничего подобного, что собираюсь сделать сейчас. Перед глазами что-то вспыхивает, в мозгу раздается щелчок, и вот уже я резко разворачиваю Машу к себе и впиваюсь в ее рот быстрее, чем оттуда начинают вылетать возмущения. Снова стена, она и я. И снова это дикое первобытное желание. Кружу языком вокруг ее. Щекочу небо и облизываю пухлую нижнюю губу. Не девочка, а конфета. Машу хочется тискать. Трогать, гладить, сжимать. Нежно вести по плечам, обхватывать ладонью грудь, крепче держать за талию, чтобы не вырывалась. И, конечно, обеими руками пальпировать аппетитную попку. Ее я оценил, пока нимфочка убегала от меня. Очаровательные половинки, которые не скрывал слитный купальник. Удивительная она все-таки: рукава длинные, до самых запястий, зато все, что внизу – оголено. – Пусти меня! Похотливое животное! – Маша изо всех сил колотит меня, где получается дотянуться. Плечи, живот, бока. Прижимаюсь к ее телу своим, беру руки в плен. От желания тяжелеет в паху. Чувствую, как через холодную ткань ее купальника твердеют соски, упираясь прямо в мою грудь. – Маша, ты такая… – Ебабельная. И охуительная. От светловолосой макушки до мягких пяточек. Облизал бы всю. Но говорить ей это не спешу. Слишком это… лишнее для нас, неподходящее. Она клиентка, а я, бля, профнепригодный адвокат, который вместо того, чтобы выслушать девушку и решить проблему, мечтает поиметь ее во всех приличных и неприличных позах. И желательно, чтобы неприличные были первыми. – Не смей! – перебивает Маша, рвано выдыхая. Ее зрачки расширены, грудная клетка вздымается и опадает. Губы краснеют от моей наглой атаки на ее рот. – Не говори ничего. Заткнись! – С удовольствием, детка, – усмехнувшись, снова заставляю наши рты встретиться. Ломаю сопротивление уверенно и бескомпромиссно. Толкаюсь языком глубже, а бедрами вжимаюсь сильнее. Маша – искушение, от которого плавится мозг. Я уже представляю, как усажу ее на кушетку и вклинюсь между бедер, где для меня наверняка все влажно. Нимфа – не от мира сего. Даже сдается красиво. Сначала дергается все меньше, медленнее, остается каменной и почти неподвижной. Даже языком не двигает, а после, издав полувсхлип-полустон, сама подается навстречу. Похоть и наше обоюдное желание вытесняет все. Отпускаю ее руки, они тут же ложатся на мои плечи, пальчики поглаживают шею и затылок. От ее прикосновений ведет, как девственника от первого поцелуя с понравившейся девочкой. Мычу в ее рот что-то нечленораздельное. Нимфа отвечает тем же. Хочу ее до искр из глаз. До умственного помутнения. Блядь, так сильно хочу, что готов трахнуть Машу прямо здесь. – Пожалуйста, – просит нимфа, когда я сжимаю ее бедра, с удовольствием изучая женские прелести. И в этих интонациях не разобрать, что ей нужно. – Красивая, – бормочу, сползая губами на ее шею. Туда, где виден мой след от вчерашней встречи. Дурею вмиг, испытывая какой-то аномальный восторг. – Машуль, поехали ко мне, м? Ты с ума сводишь, – легонько прижимаю зубами кожу. От стонов нимфы в груди вибрирует. Член грозится вырваться из плавок и рвануть в направлении моей сладкой девочки. – Хочу тебя адски, – кусаю мочку, целую за ушком. Маша вздрагивает, выгибается сильнее. Да-а-а, сдавайся. Скольжу ладонью вниз по животу. Задерживаюсь на лобке и, не встретив сопротивления, опускаюсь еще ниже. – Поехали, а? Не обижу, обоим хорошо будет. – Глажу ее через ткань купальника. Нимфа жалобно всхлипывает и, зажмурившись, запрокидывает голову, силясь дышать ровнее. – Это же судьба, что мы встретились здесь. А от судьбы, как известно, бежать не нужно. – Что? – спрашивает полупьяно. Ресницы подрагивают. Сама она ищет фокус, пока я, наклонившись, кусаю твердый сосок прямо через ее купальник. – Да… Нет! – вылетает из ее рта с очередным стоном. – Соглашайся, Маш. Я соображать не могу. После нашей встречи член колом стоит, я только о тебе и думаю. – выпрямившись, вжимаюсь в нее, чтобы ощутила всю степень моего желания. Тремся друг о друга, как подростки, которым очень надо, но колется. Но хочется все же сильнее. Пиздец как необходимо оказаться внутри нимфы. Прохожусь по кромке купальника, задевая нежную кожу, надавливаю сильнее. Тут же отступаю. Тело жаждет сделать все как можно скорее, мозг же призывает продлить момент и растянуть прелюдию. – Пощади моих клиентов, – она фыркает и закатывает глаза. Обвожу большим пальцем ее губы, пухлые, идеальные, мать их. По венам льется кипяток. Кожа у нас обоих холодная, но внутри полыхает, и я уверен, Маша мои желания разделяет. Судя по полупьяному взгляду и дрожащим коленям – так все и есть. – Давай, сладкая, – шепчу на ухо, с удовольствием отмечая, как по шее нимфы разбегаются мурашки. – Скажи да, и я выиграю для тебя твое дело, чего бы мне это ни стоило. Самому не верится в то, что говорю. Никогда за десять лет практики я не смешивал работу с личным. Не было желания переспать с женой клиента, хотя предложения поступали. Не было намерений затащить в постель кого-то из партнеров. Не было даже намека на секс в качестве оплаты. Ничего. Но с нимфой все мои установки трещат по швам быстрее, чем вылетает пробка из бутылки с шампанским. И вот я уже в красках визуализирую, как она будет меня благодарить за победу. Желательно на моей кровати и в коленно-локтевой. А потом за то, какая она хорошая девочка, буду благодарить уже я, используя все свои языковые таланты. Словно мои слова задели какую-то ненужную кнопку, Маша напрягается. Взгляд ее приобретает осмысленность, а затем – шок. Она смотрит на меня не моргая. – Так ты… вы… ты… – хватает ртом воздух, будто задыхается, – адвокат? – А ты думала, я кто? Мы оба хмуримся. Вопрос зависает в воздухе. С нимфы спадает весь флер возбуждения, который был еще пять секунд назад. В срочном порядке перехватываю ее запястья, пока мне не прилетело по лицу и другим частям тела. Дверь резко открывается. Мы с Машей синхронно поворачиваем головы. Это дежурный медик, Семен. – Выйди немедленно, – звучит жесткий приказ. – Извините, Артем Викторович, – кивает и скрывается за дверью так же быстро, как появился. – Ну и сволочь ты! – Маша толкает меня локтями в грудь изо всех сил. Дергает руками, высвобождая их из моей ослабшей хватки. В то, что с Семеном не будет проблем, я знаю, но сексуальное опьянение отпускает быстро, и я резво осознаю весь масштаб пиздеца. Ну кто в здравом уме западает на клиентку и вместо разговоров пихает язык ей в рот? Может, мне в санаторий пора? – Мерзкий гад! Замахнувшись, нимфа с силой шлепает меня ладошкой по щеке. Хлопок звенит в ушах, а щека тут же начинает гореть. Пользуясь моим замешательством, Маша бросает еще парочку ругательств и спешит к двери, собираясь слишком легко от меня сбежать. А я, вместо того, чтобы возмутиться и выкинуть из головы сумасбродную нимфочку, которая уже дважды меня покалечила, как загипнотизированный, пялюсь на ее половинки и идиотски улыбаюсь. Точно пора в санаторий, месяца на два. И нимфу под бок, вместе спать теплее и душ принимать приятнее.