Глава 34

В тот вечер он вернулся поздно. Я еще бодрствовала, но была так расстроена и растеряна, что не решилась разговаривать с ним. Сделала вид, будто сплю. Я чувствовала его усталость. Понимала сердцем, что, скорей всего, у Льва проблемы в бизнесе, поэтому он постоянно отсутствует. Но с другой стороны, почему он держит все в секрете от меня? Мы ведь вместе. Почему я ничего не знаю? Он поручает мне какие-то мелкие задания, умалчивая о серьезных моментах. Даже простого секретаря это обидело бы, а я его пассия.

Но как бы я ни обижалась, понимала, что не стоит сыпать ему обвинения. Не хотелось к его подавленному состоянию добавлять еще и семейные ссоры.

Утром, проснувшись чуть свет, я отправилась в кухню. Решив порадовать любимого вкусным завтраком, поставила на комфорту сковородку и, проинструктировавшись у подруги насчет рецепта, замесила тесто для блинчиков. Не буду вдаваться в подробности своей «схватки» с кухонными приборами и прилипающим к сковороде тестом. В итоге все же удалось добиться хорошего результата.

Спустя полчаса стол был накрыт, а в кухне царил аппетитный аромат выпечки.

– М-м-м, так вкусно в этой квартире отродясь не пахло, – почувствовав его руки на своей талии, замерла. Я как раз заваривала кофе, когда Лев прижал меня к себе. Обвив руками талию, уткнулся носом в основание шеи. Вздрогнув от колкости его щетины, уже спустя мгновение полностью расслабилась под нежным касанием его губ.

– Доброе утро. Умывайся, и за стол, – позволила себе немножко покомандовать. Повернувшись в его руках, обвила руками шею мужчины. Лев молчал. Просто стоял и смотрел на меня так, словно я самое дорогое, что есть у него. Провела пальцами по очертаниям губ, по скулам и морщинкам в уголках глаз. Боже, до чего он у меня красивый. Оказывается, я успела дико соскучиться по нему за эти несколько дней. По всей видимости, у него были такие же мысли.

– Каждый раз, когда мне кажется, что я узнал тебя, Гетман, ты удивляешь меня… – его губы нежно касаются моих. А я думаю о том, что и сама себя не узнаю. Никогда не любила готовить. А тут – словно кто-то вселился в меня. Готова хоть весь день простоять у плиты, если вознаграждением за труды будет вот такой его восхищенный и довольный взгляд.

– Может, сегодня задержимся? Ты как на это смотришь? – шепчет Лев прямо в губы, задирая подол моего халата. Накрыв горячими ладонями полушария ягодиц, прижимает к себе.

– Я бы с радостью, – отвечаю в перерывах между поцелуями. Мое дыхание становится рваным, низ живота стягивает тугой пульсацией. Его губы опаляют нежную кожу шеи, спускаясь к ключицам. Я в шаге от того, чтобы послать все к черту и отдаться ему прямо здесь, на столе. Но Тата-любовница во мне еще не до конца задушила Тату–бизнесвумен.

– У тебя в десять совещание по видеосвязи с Китаем, – выдаю, из последних сил борясь с самой собой.

– Точно, – шепчет, замирая. Его руки все так же крепко держат меня, в то время как он немного отстраняется. – Тогда в обед? Может, смоемся, к чертям? Поедем куда-нибудь, поедим… а потом вернемся домой, или где-нибудь в отеле я, наконец-таки, доберусь до тебя… – приподняв краешек губ, одаривает меня игривой улыбкой.

– Было бы здорово, но в последние дни ты очень занят мадам Январской. Боюсь настраиваться на мероприятие. А то сорвется снова мой план, как и сюрприз вчерашний, – как ни пытаюсь, не могу смолчать. Лев прищуривается.

– Ты ревнуешь, что ли? – мужчина произносит это с довольным видом. Я начинаю ругать себя за несдержанность. Это ведь Богатов, он даже в отношениях со мной никогда не станет примерным котиком. Будет дразнить меня и провоцировать. Как сейчас, например.

– Я? С чего бы? Тебе показалось, – развернувшись, беру чашку с кофе и, выпутавшись из его рук, с невозмутимым видом направляюсь к накрытому столу. Ставлю ее возле блюда с блинчиками.

– Думаешь, показалось? – раздается его шепот на ухо. Обернувшись, едва ли не наскакиваю на его твердую грудь. Вы посмотрите на этого павлина самодовольного, он даже не думает эту тему закрывать! Потешается надо мной.

– Да. Уверена. Блинчики на столе, кофе тоже. Приятного аппетита, а я пойду, соберусь, – широко улыбнувшись, обхожу эту высоченную скалу, направляясь в гардероб. Продолжаю слышать за спиной его довольный смех, сжимаю кулаки от досады. Ну почему рядом с ним я постоянно выгляжу маленькой и глупой?

***

Он целовал меня целую вечность. Медленно, тягуче. Низ живота сводило приятной ноющей болью желания. И в тот момент, когда я уже готова была отдаться ему прямо в кабинете, Лев наглым образом отстранился.

– Через две минуты совещание. Давай, по местам, – произносит тихо, но от меня не скрывается хрипота в его голосе. – В обед я зайду за тобой. На вторую половину дня ничего не планируй, – улыбнувшись, заботливо поправляет мою юбку. Спрыгнув со столешницы, расстроенно вздыхаю. Лев устраивается за столом, подмигнув мне, возвращает внимание к документам. А мне не остается ничего другого, как забрать ежедневник и отправиться к своему рабочему месту.

– Ты жестокий человек, Богатов, – оборачиваюсь возле самой двери, окинув его прищуренным взглядом. – Работай и знай, что где-то здесь страдает от мучений не удовлетворенная тобой женщина, – отбросив назад прядь волос, гордо покидаю его кабинет. Не вижу, но чувствую его смеющийся взгляд и теплую улыбку на губах. Божье наказание мое…

Время до обеда тянулось с черепашьей скоростью. Я с ума сходила, ожидая продолжение сегодняшнего дня. Какое счастье, что я не забыла захватить с собой купленный вчера комплект белья. Предвкушая реакцию на него Богатова, довольно улыбнулась.

В отличие от меня, утро у любимого было напряженным. Два совещания и куча посетителей. Не представляю, как он выдерживает такой ритм.

За час до обеденного перерыва ко мне заглянула Дана. Устроившись в кресле для посетителей, подруга минут двадцать вещала мне о своем ненаглядном. Ренат подарил ей вчера цепочку с подвеской в виде мотоцикла, вот ей-то подруга и спешила похвастаться. Символично, – подумалось мне, пока я крутила в руках золотой байк. Дана, не смолкая, нахваливала благоверного, восхваляя его красоту и щедрость. Сегодня он пригласил девушку на свидание. Я так и не поняла, куда именно. То ли на соревнования по мотоспорту, то ли на тусовку. Одним словом, Данка была на седьмом небе от счастья. А я смотрела на нее и надеялась на то, что не выгляжу так же как она. Такое чувство, будто Дана за пару недель отношений с ним поглупела. Честно слово, ей будто пятнадцать лет.

После своего рассказа Данка переключается на меня. Приходится поведать ей о сегодняшних планах на день. Подруга тут же вспоминает о том красном комплекте.

– Надеюсь, ты в нем? – спрашивает Дана, строго глядя на меня. Чувствую себя двоечницей на уроке.

– Он в сумочке.

– И что он там делает? – возмущается, широко распахнув глаза. – Ну, ты смешная, Тата! Ей богу, учи тебя всему. Дуй в туалет, я за тебя подежурю. Переодевайся быстро!

– Так я там, в отеле… – пытаюсь поспорить, но она одним только взглядом осекает меня.

– А вдруг вас в машине накроет? Или в ресторане? Или еще куда занесет? – шепчет заговорщически.

Признаю, есть некий смысл в ее словах. Поразмыслив немного, решаю послушать совет Данки. Попросив подменить меня, отправляюсь в уборную. Вернулась спустя пятнадцать минут. Подруга восседает за моим столом, чернее тучи.

– Что случилось? – в груди все сжимает от волнения. Заметив мое присутствие, Данка поднимается из-за стола, уступая мне место.

– Звонила Январская. Собирается в обед приехать к твоему… – кивает головой в сторону кабинета Богатова. – Просила меня связать с ним. Но я сказала, что он вышел.

– До чего надоедливая зараза, – цежу сквозь зубы. Она ведь точно не отстанет, пока не сорвет наш план. Ей богу, как чувствует.

Снова раздается звонок телефона. Мы с Даной, как по команде, одновременно опускаем на него взгляд.

– Ладно, я умываю руки, – отчеканила подруга, поднимая руки вверх. – А ты разбирайся. Но не дай этой прохвостке обвести вас вокруг пальца! Покажи ей, что ты главная!

Растерянная от столь эмоциональной речи, киваю, поднимая трубку телефона.

– Татьяна Александровна, наконец-то. Где ты ходишь? – раздается возмущенный голос Январской.

– Вы что-то хотели? – стараюсь сохранить спокойный тон, но внутри все кипит от негодования.

– Да, я сейчас подъеду в офис, у меня срочное дело к твоему шефу. Будь добра, передай ему, чтобы никуда не выходил в обед.

Поднимаю глаза на Льва, что-то печатающего в компьютере. А в груди сердце удар пропускает. Вспоминаю наставления подруги и немного приободряюсь.

– У Льва Николаевича важная встреча. К сожалению, до самого вечера он будет крайне занят. Вы не могли бы перенести свой разговор на другой день? Я с радостью включу вас в его рабочий график.

Боже, вру и не краснею. Что ни сделаешь для своего счастья?

– Какой, к черту, график? – взрывается негодованием Январская. – Я – главное, что его должно сейчас волновать. А теперь соедини меня с ним!

Нет, точно! Эта женщина испытывает меня! Как можно быть настолько непробиваемой и наглой? Положить бы трубку, и делу конец. Но понимаю, что так только руки ей развяжу. Сейчас позвонит ему на мобильный и мало того, что напросится на встречу, так и обман мой раскроет по поводу занятости на день. И каком виде я перед Богатовым предстану? Ревнивицей и интриганкой?

– Соединяю…

Переключаюсь на Льва. Слышу, как начинает звонить телефон в его кабинете. Он берет трубку и поднимает на меня вопросительный взгляд через стекло.

– Январская, – из последних сил сдерживаю злость. – У нее срочное дело, – перевожу соединение на Лену и кладу трубку.

Понимаю, что свидание под угрозой срыва. Январская из шкуры вон вылезет, но не даст нам нормально провести день. Лев кивает, слушая ее, одновременно с этим роется в документах на столе.

Стою на одном месте и смотрю на него. На морщинку, залегшую меж бровей, на волевой подбородок, на сильные руки, которые ласкают меня и так умело дарят удовольствие. И вдруг такая сильная злость меня взяла. На Январскую, на долю свою несчастную. Никогда еще не баловала меня жизнь. Богатов – первое чудо, случившееся со мной. Я люблю этого мужчину, хочу быть с ним. И ни за что не позволю этой самой Январской влезть между нами. Мадам будто не понимает ничего, считает, что имеет на него права. Вот только это совсем не так. Пусть Лев был когда-то влюблен в нее, но теперь он – мой!

Она решила пообщаться с ним именно сейчас? Что ж, пусть услышит собственными ушами, кого из нас он выберет. Да и Богатову давно пора понять, что в его жизни теперь есть место только одной женщине.

Внутри все горит от нетерпения и предвкушения. Согласна, идея, вспыхнувшая только что в моей голове, безумная. Но я хочу ее претворить в жизнь. И если не сделаю этого, кажется, что взорвусь.

Поправив волосы, направляюсь к нему. Захожу без стука. Закрываю дверь на замок. Удивленный такой наглостью, Лев поднимает на меня глаза. В его руках телефон, прижатый к уху. Январская все еще на проводе, и это хорошо. Она должна быть с нами. Не сбавляя шага, иду к нему, стуча каблуками по паркету. Он что-то говорит ей, но смотрит на меня. На то, как, потянувшись к вороту рубашки, я расстегиваю все до единой пуговицы. Стягиваю ее с плеч и отбрасываю в сторону. Ни на секунду не отвожу от него взгляда. На моих губах довольная улыбка. Черт, я, наверное, извращенка, но мне так нравится растерянность в его глазах. Увидеть эту эмоцию у всегда собранного и жесткого мужчины – дорогого стоит.

Крутанувшись на месте, демонстрирую ему верх своего нового белья. Богатов все так же сидит неподвижно, настороженно глядя на меня. Но спустя несколько мгновений вижу, как вспыхивает понимание в его взгляде, а за ним и желание.

Нажимаю на застёжку лифчика спереди, отбрасываю белье назад. Прохладный воздух его кабинета холодит грудь. Он смотрит на меня, продолжая слушать Январскую. Даже я слышу ее противный писклявый голос, и это еще больше подстегивает, заводит. Надеюсь, Богатов не спасует и не положит трубку. Но в любом случае – это моя победа.

Богатов ведет горячим взглядом по моему телу, останавливаясь на напряженных сосках. С его губ слетают слова про какие-то договоры. Но все это ерунда, он уже мой. Со мной. Крутанувшись в своем дорогущем кресле, демонстрирует мою правоту. Я вижу внушительный бугор, выпирающий из его брюк. Приблизившись вплотную, развожу его ноги, устраиваюсь между ними. Медленно задираю юбку. Его глаза наполняются безумием, потому что белья на мне нет.

Богатов даже не притронулся ко мне, а я уже полыхаю от желания. Низ живота сводит в тягучей пульсации. Если бы на мне было белье, оно бы насквозь мокрым стало. Тело пробивает мелкая дрожь. Хочу его, до умопомрачения, но я, во что бы то ни стало, должна довести до конца начатую игру.

Перекидываю одну ногу, устраиваясь нагой промежностью прямо поверх его дорогущих брюк. Мои соки испачкают его одежду. Это принесет ему немного проблем. Понимание этого еще больше заводит меня. Чувствую себя развратной, пошлой. И Льву это нравится.

Начинаю двигаться на нем. Нахожу пальцами его твердую плоть. Ласкаю ее сквозь ткань брюк. Богатов делает мне знак, что разговор важный, и он не сможет его прервать. Посылаю ему улыбку. Нет уж, любимый. Я говорила тебе, что устрою настоящую головную боль. Так что, выбирай. Ничего не может быть важнее меня. 1439f7c

Обхватив его шею, подаюсь к его лицу. Мой правый сосок прямо напротив его губ. В нескольких сантиметрах. Рука Богатова касается его, ласкает. Но так не пойдет. Я не хочу его пальцев. Я хочу его горячий рот, который так мастерски умеет вырывать из моей груди стоны.

Лев смотрит на меня прищуренным взглядом, когда я откидываю в сторону его ладонь. Злится? Нет. Не нравится, что я своевольничаю. Привык держать все в своих руках, под контролем. Он руководитель даже в сексе. Но сейчас мы играем по моим правилам.

Отстраняюсь. Поднимаюсь с его колен. Устраиваюсь на краешке стола. Развожу ноги так, чтобы он мог лицезреть самое главное шоу. Касаюсь своей груди, начинаю ласкать себя, другой рукой накрываю напряжённый клитор.

Не свожу с него глаз. Его взгляд сосредоточен. Чувствую, как горячие змейки бегут по телу. Представляю, будто это его сильные пальцы трогают меня. Его губы двигаются в разговоре, а мне кажется, будто он так прикусывает мой сосок, ласкает его. Прогибаюсь в спине, давая ему больший обзор.

Чувствую его запах. К аромату парфюма примешан совершенно другой… запах возбуждения. Безумно хочу этого мужчину. Каждый миллиметр тела его хочу. Ласкать его сильную грудь, пройтись языком по каждому кубику пресса, каждую фалангу его длинных пальцев попробовать на вкус. Слышу голос Январской, и к возбуждению примешивается злость. И это такой безумный коктейль, что мне напрочь рвет крышу.

Перед глазами карусель. Прикрываю их, но слежу за Львом сквозь полуопущенные ресницы. Ввожу в себя палец. Один, второй. Тр*хаю себя, представляя его руки на себе. Чувствую, что скоро буду на грани. По венам несется драйв. Мне дико хорошо, и я не собираюсь уходить отсюда, пока Богатов не сделает свой выбор.

Слышу его голос, он будто на заднем фоне. Мне кажется, или он начинает хрипеть? Да плевать уже. Меня накрывает волной. Двигаю рукой все резче и резче, не замечаю, как начинаю стонать. Мое тело бьет дрожь. Не в силах оставаться в сидячем положении, я откидываюсь на спину, еще шире развожу бедра, еще жестче двигаю пальцами. Темнота сгущается, и я понимаю, что сейчас сорвусь. Но вдруг я чувствую его. Руки Льва грубо откидывают мои, а вместо них в меня проникает его член. Твердый, возбужденный до предела. Богатов вколачивается в меня с животной яростью, вырывая из моей груди постыдно громкие стоны. И это настолько охренительно, что в следующий миг глаза застилает пеленой, и меня выбрасывает в открытый космос.

– Куда?! Без меня решила? – где-то там, на задворках сознания, слышен его рев. А меня накрывает волна за волной. Он вбивается в меня яростно, стискивает зубами сосок груди. Он делает все, чтобы я оставалась там, на краю. А я ничего не слышу. Не вижу. Дрейфую в открытом космосе своего безумия. Снова умираю от экстаза в его руках.