Глава 14
Утром понедельника проснулась в панике. Сегодня возвращался Кирилл. С одной стороны, не хотела его видеть. От мыслей, которые игнорировала всю неделю, выворачивало. Буквально. Кое как заставила себя съесть с утра бутерброд. А с другой, хотела, чтобы узнал обо мне с Матвеем. Понял, что не вспоминала о нём и том поцелуе на балконе ни одной секунды за время его отсутствия.
Переступив порог университета, встревоженно ждала «Малявка» в любой момент. Но подходя к аудитории вместо этого прозвучал голос Матвея, произносящий моё имя.
Уставилась в угол, размышляя, почему нет Кирилла. Только он был. Вся компания была в сборе. Они все смотрели в мою сторону. На лице Матвея сияла улыбка. Приподняв руку, поманил к себе. Как собаку. И я пошла. Пошла, ведь хотела, чтобы это увидел Кирилл. И взбесился. Надеялась, что взбесится.
Матвей шагнул мне на встречу и абсолютно обыденно и повседневно обнял за талию, привлекая к себе и с ходу целуя. На виду у всей группы, своей компашки и… Кирилла. Не церемонясь, скользнул языком в рот, почти до хруста раскрывая его.
— Ни-ху-я-се-бе! — ошалело, объявил Влад, впечатлённый представлением.
— А-ху-еть! — подтвердил Олег.
И только Кирилл не проронил ни слова. Но, его взгляд, который успела поймать на себе, когда Матвей ослабил напор и отстранился, при этом не убирая рук с талии, прожигал насквозь. Злорадство жидким воском затопило моё тело. Больно и горячо.
— Мне надо сдать методичку! — выскользнула из объятий Матвея и почти убежала в сторону библиотеки, слишком хорошо зная, что она начинает работу с 10, а сейчас только 8.30. Машка нагнала следом:
— Мариша, почему я такое узнаю последней? Нет. Я, конечно, понимала, что всё к этому идёт, но надеялась услышать официальный статус ваших отношений лично от тебя. А не вот так вот.
— Я ещё сама не осознала — в кое-то веки не пришлось выдумывать.
— В любом случае поздравляю! Может Матвей и с Кириллом разрулит ситуацию, они же друзья. Ты не думала об этом? — рассуждала Машка, когда я для вида дернула дверь в закрытую библиотеку и якобы удивленно уставилась на табличку с расписание работы.
— Не думала. Я вообще не уверена, что эти отношения продлятся дольше одного дня — всерьёз ответила, прокручивая в голове снова и снова взгляд Кирилла. Хотя Аксёнов раздражал и вызывал отвращение, но и Матвей однозначно пугал напором. Это было странно, но я осознала, что жду, как Кирилл снова всё испортит, выставив меня в неприглядном виде перед Матвеем, как тогда у Светки на квартире.
Машка не понимающе на меня взглянула перед тем, как мы развернулись и пошли обратно. На паре Матвей снова занял место за мной, хотя была уверена, что его перемещение лишь на время отсутствия Кирилла. Впрочем, сам Кирилл, несмотря на то что был в универе, на занятия так и не явился. Что-то явно задумал, решила я. Новости об утреннем поцелуе с Матвеем и нашем официальном статусе пары разлетелись со скоростью ветра, о котором предупреждают в сообщениях МЧС. Кто-то тихо посмеивался и стрелял взглядами, кто-то удивлялся или считал шуткой, но вслух плохое сказать не смели. В тот момент впервые ощутила статус Матвея в группе. Никто не шёл ему поперёк. И мне тоже было страшно это сделать. Но, может, всё-таки себя накручиваю? Тряхнула головой и решила сконцентрироваться на занятии.
Записывала новую тему, когда почувствовала вибрацию в рюкзаке. Сердце забилось сильнее, была на 100 процентов уверена, это Кирилл. И не ошиблась. Пришло сообщение в вацапе. Видимо, отец после поездки смиловался и вернул телефон. Раскрыла его и прочитала короткое предложение:
“Под лестницей”
Не успев заблокировать экран, подняла руку, чтобы отпроситься выйти. Бежала к месту встречи почти вприпрыжку. Интересно, насколько он зол по шкале от 0 до 10? На 15? Думала, будет ходить, как лев в клетке в ожидании меня, но Кирилл просто сидел на ящике, копаясь в телефоне с безразличным видом.
— Привет! — обозначила своё появление. Поднял на меня пустые глаза и снова уставился в телефон.
— На, — жалкое слово в 2-е буквы, после которого протянул руку с сиротливо лежащей на ладони розовой жемчужиной. Осторожно взяла её.
— Спасибо! — невпопад произнесла и замерла, вспомнив, что обычно подразумевалось под этим словом. Он тоже завис на секунду, а может, засмотрелся на картинку в телефоне, но затем снова вернулся к пролистыванию ленты новостей. Я потопталась на месте. Пауза затянулась. Но вспомнила, что решила к его возвращению задания по матану на среду.
— Домашку могу на перемене отдать, я с утра забыла.
Застыл с пальцем на экране и поднял взгляд. А я вспомнила, почему забыла, и отвела свой в сторону. Больше злорадствовать не хотелось.
— Домашка не нужна, — удивил Аксёнов, а на вопрос в глазах пояснил: — родители, наняли репетитора, буду решать с ней теперь.
— Понятно… — отозвалась я, которая должна была прыгать от радости, ведь рабство, наконец, закончилось. Но, вместо этого, стояла перед парнем с видом потрёпанного телефона, который обменяли на лучшую модель. Собиралась уходить, когда Кирилл снова подал голос:
— Так значит, мне от Матвея ждать открытку с благодарностью?
Обернулась и увидела холодную усмешку на лице, которую одногруппник решил добить следующим: — и кто всё-таки лучше целуется? Я или он?
Разговор мгновенно стал неприятен. Почувствовала себя, какой-то шлюхой, «гулящей» одновременно с двумя. Но ведь всё было не так. Кирилл шантажировал и заставлял, а Матвей предложил встречаться и поцеловал перед всеми.
— Ладно, забей, будьте счастливы дети мои, благословляю вас и ваш союз, — едко выплюнул мне в лицо. Урод.
— Мне твоё благословение не нужно! — пробормотала под нос скорее себе, чем ему. Снова развернулась, чтобы уйти, но Кирилл остановил. А слова, которые произнёс, тон, каким их произнёс, выбросили окончательно из равновесия:
— Он что, правда тебе нравится? — голос прозвучал с надеждой. С надеждой, что скажу, нет? — Ты же отвечала мне, тогда на балконе! Я же не дурак, — и снова былой яд: — или кто поманит, к тому и бежишь?
Зависла, рассматривая его напряжённое злое лицо. Как он позволил только себе такое произнести? Тот, кто всю прошлую неделю развлекался с какой-то там секретаршей Палыча. Что тут же на эмоциях и объявила:
— И это мне говоришь ты? На кого папа укажет, на ту и прыгаешь?
— Что?
Кирилл выглядел настолько удивлённым, что я даже растерялась, а когда, спустя секунд 10, засмеялся, и вовсе заставил почувствовать себя дурой:
— Я, вообще-то, на соревнованиях был. А ты что напридумывала, Малявка? Ревновала, получается? — будто собрав сложный пазл, Кирилл лопался от гордости. И хотя ощущала себя идиоткой, но почувствовала облегчение, даже успела допустить глупую мысль, что правда ему нравлюсь, а эта агрессия — просто защитная реакция. Но ровно до того момента как он продолжил: — так и знал, что потекла у Светки. Если бы не Ольга, прям там бы дала.
— Мне. Не. Понравилось. — тихо, но твёрдо объявила, и, чтобы окончательно в этом убедить, дёрнула подбородок кверху и добавила: — а, вот Матвей, да, действительно мне нравится.
— Конечно… — хмыкнул, искривив губы в мрачной улыбке на одну сторону. Отчётливо видела, как замалчивал слова. Наверное, очередные оскорбления. Но реальность оказалась такой, к которой я была не готова:
— Ладно, хочешь встречаться с Матвеем? Хорошо, — во второй раз дал никому не нужное согласие, а следом поставил новое условие: — значит, будешь встречаться с нами обоими. Он же мой друг, — усмехнулся, — а с друзьями надо делиться.
— Ты ненормальный что ли?
— Это ты запрыгнула к нему на ручки, стоило мне уехать на неделю, — снова резкий тон.
— Ты вообще не предлагал мне с тобой встречаться! — не выдержала этого бреда и зарычала в ответ. Сама от себя не ожидала. А он снова обескуражил:
— А ты бы согласилась?
Повисла пауза. По широко раскрытым глазам не понимала, издевается он или говорит всерьёз.
— Нет! — нарушила неудобное молчание, — с чего бы? Ты выставлял меня полной дурой перед всем потоком с этим списыванием, словно я — твоя рабыня. Нагло целовал, когда тебе вздумается. Врал о Матвее. Даже сейчас, наговорил кучу мерзостей. А теперь вдруг, оказывается, всё это время так ухаживал?
— Ну, конечно, с ухаживаниями Матвея не сравнить, да? — язвительно заключил.
— Да, не сравнить! — почти крикнула в ответ, но, оглянувшись, вспомнила, что шли занятия, и убавила громкость, — о таком, как он, любая может только мечтать.
— Ох, нихуя себе! Вот это тебе повезло. Заполучила такой бриллиант. Поздравляю! Но ты главное — не забывай, что к нему в довесок у тебя теперь ещё булыжник на шее, — как-то уж сильно обесценил себя Кирилл. Но продолжение заставило мгновенно забыть о неудачном сравнении: — и это…трахаться с ним не смей. Первый поцелуй был мой, остальное тоже.
Я так и зависла с открытым ртом, не веря, что сейчас услышала. А он, видно решив, окончательно меня заклеймить, сделал шаг навстречу. Почти заключил в объятия, когда я ловко вывернулась и отскочила, оказываясь уже не в уединённом закутке, а на лестнице, которая просматривалась из холла.
— Не подходи!
Кирилл замер, а, оглядевшись, приглушённо сказал:
— Не забывай, что твои фотки всё ещё у меня, и, кстати, мой друг фотошопер может легко "раздеть" тебя на них. Как будешь доказывать, что на них не ты? Разденешься перед всеми?
— Зачем ты это делаешь?
Он переходил все границы.
— Хочу! — многозначный ответ, — ладно, всё, иди, а то твой драгоценный парень тебя потеряет.
Вернулась в кабинет морально разбитая и в то же время злая. От таких разрозненных чувств хотелось плакать. Села за парту и уставилась невидящим взглядом на доску.
— Всё в порядке? — рука Матвея мягко легла на талию, и я обернулась. Парень выглядел обеспокоенным.
— Да, всё хорошо, просто пытаюсь понять, о чём она говорит, — изобразила улыбку и кивнула в сторону доски, где маячила учительница.
Матвею, естественно, ничего не рассказала. Обновлённый шантаж с фотками снова сработал. Оставалось верить, что это лишь тупая блажь Кирилла. Наверняка ведь не всерьёз. Как вообще себе представлял — встречаться с обоими? На первой паре с Матвеем, на второй с Кириллом? Может, он был пьяный? Поэтому и на занятия не пошёл? Старалась вспомнить, был ли от него запах алкоголя, но почему-то в голове вспыхивал только аромат его куртки, в которую меня обернул, тогда на лавочки в парке. И это бесило!
Остальные занятия Кирилл тоже пропустил в этот день, чем только утвердил меня в своей правоте.