Глава 13

Юлия

Я просыпаюсь без будильника — бодрая и отдохнувшая. Топаю в ванную и, замерев возле зеркала, говорю сама себе:

— С днём рождения, Юлька! Пусть этот год будет счастливым! — желаю сама себе, а потом добавляю: — Ну и следующие тоже, конечно.

После душа иду на кухню, ставлю чайник и сооружаю себе простенькие бутерброды с сыром и варёной колбасой. Когда уже собираюсь приступить к завтраку, раздаётся звонок в дверь, и я замираю: кого это принесло в такую рань?

Может, Артём Леопольдович как-то узнал о моём дне рождения и решил поздравить с самого утра? Хотя нет, вряд ли он в курсе, я вчера всё ему рассказала о себе, но о грядущем юбилее умолчала. Почему? Да сама не знаю, как-то так получилось.

Сердце приятно щемит от воспоминаний о том, как мы вчера с боссом прощались: долго обнимались и целовались у подъезда, привлекая внимание и вызывая осуждение бойцов паранормального фронта, то есть бабулек, восседавших на скамейке на детской площадке. Но мне плевать на их недовольные взгляды, я имею право, взрослая уже!

Звонок в дверь повторяется, и я тороплюсь в прихожую. Открываю, в душе надеясь, что Артём Леопольдович всё-таки каким-то образом узнал про мою днюху и явился лично поздравить самым первым, но вздыхаю от разочарования.

— Вам доставка! — бодро рапортует паренёк в курьерской форме, протягивая мне белую коробку. — Распишитесь здесь.

Я ставлю свою закорючку на нужной бумаге и, прикрыв дверь, возвращаюсь на кухню.

В коробочке оказывается мини-тортик — мой любимый тирамису! На нём надпись: «Моей лучшей подруге Юлечке на юбилей», а по центру одна свеча.

Раскрываю приложенную к подарку открытку и читаю:

«С днём рождения, моя золотая и светлая девочка! Я безумно рада, что два года назад мы с тобой познакомились, и благодарна судьбе за то, что сейчас у меня есть сестра. Да-да, ты для меня как сестрёнка! Зажги эту свечу, загадай желание, задуй огонёк — и пусть всё обязательно исполнится! Ты достойна счастья, как никто другой. Прости, что не смогу быть рядом в такой важный для тебя день, вынуждена была уехать по работе, но знай: люблю тебя сильно-сильно и желаю всего самого наилучшего! Когда вернусь, отметим твой юбилей, и я лично вручу тебе подарок. Целую! Катя».

— Спасибо, моя родная, я тебя тоже люблю, — произношу вслух и зажигаю свечу.

Желаний у меня много, даже слишком, но я умещаю их все в одном: «Хочу быть счастливой!» — и задуваю огонь.

Бутерброды отправляются в холодильник: сегодня у меня будет праздничный завтрак в виде любимого десерта.

На работу выхожу пораньше, чтобы успеть заскочить в супермаркет по дороге. Там покупаю свежие пирожные — несколько коробок, чтобы хватило угостить всех сотрудников, — и в отличном настроении иду в офис.

— С днём рождения! — слышу, едва створки лифта разъезжаются на моём этаже. От неожиданности вздрагиваю и едва не роняю пакеты с пирожными.

Алла с огромным букетом в руках, в окружении других сотрудников, встречает меня, а один мужчина, имени которого я, к своему стыду, не помню, помогает мне, перехватив мои пакеты с угощением. — А это тебе небольшой денежный подарок от коллектива. — Алла вставляет красочный конвертик в цветы, и я принимаю эту благоухающую охапку.

— Большое спасибо! — Чувствую, что от смущения начинаю краснеть. — Но как вы… откуда вы узнали?

— Тамара Валерьевна нам вчера вечером сообщила, у неё же есть данные на всех, — шёпотом признаётся Алла.

— Мне очень приятно, — улыбаюсь смущённо. — И я хотела бы всех угостить пирожными. Не знаю, как у вас здесь заведено, но надеюсь, Артём Леонидович не будет против…

— Он не будет, могу с уверенностью это сказать, — слышу голос босса и оборачиваюсь: совершенно не заметила, когда он успел подойти! — Алла, ты же поможешь разнести всем коллегам пирожные? Мне сейчас Юлия очень нужна, — обращается к секретарю, и девушка энергично кивает:

— Конечно, с удовольствием всё сделаю.

— А ты, именинница, — босс переводит насмешливый взгляд на меня, — шагай за мной.

Поблагодарив Аллочку за помощь, послушно семеню за Леопольдовичем, еле удерживая в руках огромный букетище, и, едва мы заходим в приёмную, босс забирает у меня цветы, кладёт их на мой рабочий стол, а меня саму сгребает в охапку и произносит, глядя прямо в глаза:

— С днём рождения, Юлька!

А потом склоняется к моим губам и целует так сладко, так нежно, что у меня подгибаются колени.

Вот вроде мы вчера уже нацеловались около моего подъезда так, что после этого у меня губы болели, но всё равно я продолжаю дрожать от прикосновений Артёма, как в первый раз. Хорошо, что он держит меня крепко, хотя и бережно, не давая упасть.

— Ты тоже знаешь про мою днюху, — констатирую я, когда мы наконец отрываемся друг от друга.

— Конечно. Я же здесь босс, потому просто обязан знать всё о своих подчиненных! — гордо сообщает мне. — Подарок от меня получишь чуть позже, — добавляет, потом хитро прищуривается и требует: — А теперь, Юлия Владимировна, признавайся: что ты вчера нам на фуршет наготовила? Я всю ночь к горшку бегал после твоих деликатесов. Это была незапланированная акция или осознанная диверсия?

— Как? — не могу поверить я. — Это шутка такая, да?

— Вовсе нет, — качает головой босс. — К счастью, я получил лишь расстройство желудка, а не серьёзное отравление, иначе сейчас не стоял бы рядом с тобой здесь, а лежал бы в больничной палате под капельницей.

— Ох, — выдыхаю я и прикрываю глаза, тщательно подбирая слова. — Боже, как же так получилось? Я ведь хоть и торопилась, но смотрела на сроки годности, у всех продуктов они были нормальные! — оправдываюсь, понимая, что всё равно виновата.

— Могу предположить, что всё дело в рыбе, — рассуждает Леопольдович. — Даже в вакуумной упаковке она часто начинает портиться намного раньше указанного на этикетке срока, при этом из-за большого количества консервантов по запаху это понять невозможно.

— А может, это из-за пиццы? — вспоминаю я, а потом сама себе отвечаю: — Хотя нет, я же вчера её ела одна, ты отказался, сказав, что не голоден. Значит, и правда я едва не отравила тебя закусками. Прости! — виновато смотрю на него, а он, улыбаясь, коротко целует меня в губы и говорит:

— Я тебя не виню, такое могло случиться с любым. Но сегодняшней ночью, постоянно бегая из спальни в туалет, я окончательно понял: с тобой мне не будет скучно никогда!

Я начинаю хохотать как ненормальная, Артём тоже смеётся, крепче сжимая меня в своих объятиях. Когда немного успокаиваюсь, смахиваю выступившие на глазах слёзы и говорю:

— Думаю, прошедшей ночью было «очень весело» не только тебе, но и всей уважаемой делегации во главе с моим братом! Возможно, они тоже провели её возле «фаянсового друга».

— Вполне вероятно, — кивает Артём.

— А вдруг из-за этого сорвётся контракт? — ужасаюсь я.

— Да и пофиг, — отмахивается босс. — Хотя я очень амбициозный, но не стремлюсь заработать все деньги мира. Уж рвать на себе волосы и обвинять тебя в срыве сделки точно не буду. Тем более что мы с тобой оба понимаем, что не состояться она может совсем по другой причине.

Я киваю. Конечно, всё будет зависеть от решения моего отца, Демьян без него ничего подписывать не станет. А папочка наверняка захочет мне подгадить, в очередной раз показав, кто главный.

— Юль, ты только не грузись этим, ладно? — просит Леопольдович. — Лучше угости своего любимого босса утренним кофе с твоими именинными пирожными, — хитро подмигивает мне.

— А ты не боишься, что я снова накосячила? Вдруг из-за пирожных тебя тоже скрутит? Сам понимаешь, — виновато пожимаю плечами, — я причиняю людям «добро» неосознанно.

— Не боюсь, Юлия Владимировна, — заверяет меня Артём и целует в лоб. — Тащи свои пирожные — если там ещё что-то осталось.

Счастливо кивнув, я выскакиваю из приёмной и тороплюсь к Алле.

— Конечно, пирожные ещё остались, ты много принесла, — отвечает она на мою просьбу и протягивает целую коробку. — Артёма Леонидовича нельзя оставить без сладкого. А ещё прихвати с собой вазу, — достаёт огромную стеклянную посудину, — тебе же нужно куда-то поставить цветы.

Поблагодарив Аллу, возвращаюсь в приёмную, опускаю букет в воду и перемещаю на подоконник — красиво получилось. Конвертик с денежным подарком убираю в сумку, потом иду на офисную кухню готовить кофе.

Через десять минут мы уже сидим в кабинете босса и уплетаем пирожные, запивая ароматным бодрящим напитком.

А после приступаем к работе: праздник праздником, а дела никто не отменял.

День пролетает с бешеной скоростью.

— Юль, мне сейчас нужно отъехать, — извещает Леопольдович, появляясь в приёмной, — и ты тоже можешь идти домой.

Я поднимаюсь из-за рабочего стола и наверняка выгляжу крайне растерянно. Босс тут же меня успокаивает:

— Я не прощаюсь с тобой на сегодня, просто у меня действительно важное дело. Я хотел бы зайти к тебе вечером… Ты же не против? — спрашивает как-то несмело.

— Приходи, — счастливо улыбаюсь я. — Буду тебя ждать.

Быстро чмокнув меня в губы, босс уходит, и я, взяв свою сумку, тоже собираюсь домой. Подаренный коллегами букет оставляю на работе: пусть он меня здесь радует своими яркими красками.

По пути покупаю продукты для салата, сок, фрукты. Не знаю, сколько у меня в запасе времени, ведь Леопольдович не сказал, в котором часу будет, но лёгкий ужин точно успею приготовить.

У меня уже накрыт стол, я сама успела прихорошиться, а босса всё нет и нет… Предполагаю, что он передумал идти ко мне в гости, ведь в прошлый раз я его выставила отсюда в одних трусах… Может, у него с моей квартирой связаны очень неприятные воспоминания и он решил повторно не рисковать? А позвонить и признаться ему совесть не позволяет…

И когда я уже готова разрыдаться от отчаяния, раздаётся долгожданный звонок в дверь.

— Прости, — виновато смотрит на меня Артём с порога, держа руки за спиной, — я задержался.

— Рада, что ты всё-таки пришёл, — счастливо улыбаюсь, приглашая войти.

Он шагает в прихожую и протягивает мне подарочный пакет.

— С днём рождения, Юлька! — торжественно провозглашает. — Поскольку я был уверен, что деньги ты не примешь, решил подарить тебе сертификаты. Тут разные: и на одежду в хорошие сетевые магазины, и на обувь, и на маркетплейсы… В общем, сама выберешь, что тебе нужно. А ещё вот!

И он протягивает мне кактус в красивом горшочке, перетянутом розовой лентой.

— Боже, это же «пародия великолепная»! — с восхищением произношу и принимаю подарок, рассматривая ярко-жёлтый цветок.

— В смысле «пародия»? — хмурится Артём. — Мне сказали, что это настоящий кактус.

— Тебя не обманули, он и правда настоящий, — успокаиваю я его. — Просто он называется нотокактус — или «пародия великолепная». Огромное спасибо, Артём! — Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его в щёку. — Это замечательный подарок! Проходи на кухню, буду тебя вкусненьким угощать.

— А можно я сам угощусь? — став вмиг серьёзным, спрашивает Леопольдович, стискивая меня в своих тёплых объятиях и целуя в губы.

Я снова плавлюсь в его руках, балдею от его нежности. Прекрасно осознаю, на что он намекает, и… не хочу отказываться и ломаться. Это ведь будет очень глупо! Тем более что близость у нас уже была, хоть я её и не помню.

Не дождавшись от меня ответа, Артём подхватывает меня на руки, несёт в комнату и укладывает на кровать, нависая сверху.

— Ты ещё можешь отказаться, — шепчет мне, — я пойму.

— Не хочу отказываться, — признаюсь ему и, обхватив за шею, тяну к себе ближе. — Сегодня ты мой подарок…