ГЛАВА 29

Утро впервые за долгое время мне нравилось. Нравилось просыпаться в объятиях Халима, чувствовать на себе мягкие, но настойчивые поцелуи. Будоражащий запах его тела и язык, вытворяющий с пульсирующей горошиной клитора что-то невероятное.

Проснувшись от собственного стона, я открыла глаза и встретилась с его взглядом. Халим усмехнулся, отрываясь от моей промежности.

– Ты сладкая там, знаешь? Особенно вкусная с утра, после того как я трахал тебя всю ночь.

Я густо покраснела, сглотнула, но пересохшее горло смочить не удалось.

– Тебе нравится мой вкус? – спросила тихо, но он услышал и, показательно склонившись, влажно провёл языком по половым губам, слизывая соки.

– Да, Райхана. Мне нравится твой вкус. Твой запах. Твои стоны. Твои глаза в тот момент, когда ты кончаешь. Мне нравится, как приоткрывается твой рот, когда ты кричишь подо мной.

Я кончила от его голоса. От тех пошлостей, что он говорил своим хрипловатым после сна баритоном. От мокрой ласки языка и его рычания, когда он слизывал мою влагу.

Потом мы вместе завтракали. И я смеялась над его рассказами про детство, как они с братом убегали от слуг. И, кажется, влюблялась…

Я ждала, что после завтрака он уйдёт, но шейх остался во дворце. Мы купались в озере и лежали в тени на влажной траве. Было жарко и горячо. Не из-за погоды. Из-за его поцелуев. Таких сладких и пленяющих… Я понемногу теряла себя.

– Я думала, ты уйдёшь, – провела пальцем по его щеке, зарылась в густую, жёсткую бороду. – Неужели шейху больше нечем заняться, кроме как плавать в озере и рвать лилии для своей шармуты?

Его улыбка исчезла, а взгляд вонзился в моё лицо.

– Ты жена, Райхана. Не шармута. Никто не смеет называть мою жену шармутой. Даже она сама. Я за это отрежу язык.

– Даже мне?

– Тебе в первую очередь. Может тогда мы начнём слышать друг друга.

Я улыбнулась.

– Тогда говорить будешь ты один. Так почему ты не ушёл? – приподнялась, вглядываясь в его глаза и мне показалось, что я там вижу своё отражение. С горящими зрачками и хитрой улыбкой.

– Я шейх. Могу делать всё, что хочу.

– Так ты хочешь быть со мной?

– Это так очевидно? – снисходительная усмешка и шлепок по ягодице.

– Почему я? Ведь у тебя есть ещё одна жена. И ты хочешь наследника…

– Наследника мне можешь родить и ты, – ответил он резковато, а я внутренне сжалась. И зачем только начала этот разговор? Глупая… – Но ты пьёшь настойку старой ведьмы, так что, наследника родить не можешь, – заключил уверенно, и я отпрянула, испугавшись.

– Нет, я не…

– Замолчи и не смей мне лгать. Ты пьёшь настойку, потому что я позволил тебе её пить. Однако не стоит мне об этом напоминать, иначе, я могу передумать.

Шах и мат. И я снова в дураках.

– Ты знал? – спрашиваю непонятно зачем. И так ясно. Знал. Саадат рассказала.

– Я всегда знаю всё о тебе, – притянул меня обратно, укладывая себе на предплечье. – И жду, когда ты откажешься от настойки сама.

– А если я не откажусь? – интересуюсь осторожно.

– Откажешься.

Разговор был ему неприятен. Это чувствовалось. Вмиг между нами возникло напряжение, и я впервые задумалась, что может и зря пытаюсь ему противостоять. Ведь раз он позволил мне пить настойку, значит… Что-то это да значит.

– Спасибо.

– За что? – приподнял моё лицо за подбородок, пальцы огладили щеку.

– За то, что позволил мне решать самой. За то, что не стал принуждать. Это очень важно для меня, Халим.

– Не за что.