Глава 38. Приманка ч.2

Ночь за воротами села была темной и неприветливой. Облака скрыли луну. Магические светлячки мы не использовали. Я благословляла эльфийское ночное зрение и ежилась от холодного ветра. Жертве плащи не полагались, и я осталась только в рубашке и жилете. Шон хмурился, но со Стэндишем больше не спорил.

Надеюсь, у охотника хватит сил и ума удержать юношу от необдуманных действий. Химако, или щупеки – твари злобные и опасные. Если здесь гнездо – его нужно уничтожить в зародыше. Отлавливать молодняк намного сложнее и опаснее.

Мы немного отошли от ворот. Святой развернулся ко мне и сказал:

— Возьми это. Магические доспехи, защитят жизненно важные органы.

Я осторожно взяла из его рук небольшой темный камень на цепочке и надела его себе на шею. В тот же миг я почувствовала, что под рубашкой побежал холодок – магические доспехи прикрывали мое тело.Ноги они закрывали только до середины бедра, а руки и вовсе оставлял свободными. Для щупеков самое то.

Я поежилась и сделала вид, будто вижу доспехи в первый раз:

— Х-холодно.

— Привыкнешь, – отрезал Стэндиш. – Слушай и запоминай. Можешь не сопротивляться. Позволь им утащить тебя в гнездо. Тьен пойдет за тобой по запаху и выведет нас к гнезду. Нам придется идти чуть позади, чтобы не спугнуть щупеков. Убивать тебя не будут, и у тебя есть доспехи. Твоя задача – продержаться до нашего прихода.

Я серьезно кивнула, тщательно скрывая удивление. Он что, не предупредит меня о самом главном?

Святой только махнул рукой:

— Иди гуляй вокруг села. Мы спрячемся у ворот.

На прощание Винсент успокаивающе сжал мое плечо, а Шон стиснул ладонь и процедил:

— Я примчусь быстрее ветра, Шия.

Я улыбнулась им. Но, кажется, это никого не успокоило. Мрачные юноши отправились назад вместе со Стэндишем, а я развернулась и побрела в поля. Другой на моем месте было бы холодно и страшно. Я знала, чего ожидать, и уже смирилась со своей участью. Но по отношению к непосвященной студентке это было по-настоящему жестоко. Наверное, Святой рассуждал, что меньше знаешь – крепче спишь. Я мысленно пожелала ему хоть раз в жизни испытать нечто подобное тому, на что он меня послал и продолжила путь.

Я бродила по полям около получаса, прежде чем услышала тихие шаги в высокой траве. Приближаются. На всякий случай я взяла с собой катану духа. Святой только посмеялся. Но оружие меня успокаивало.

Я прислушивалась к шагам преследующих меня тварей и мысленно крыла Стэндиша всеми известными мне ругательствами на двух языках. В ожидании того, что будет, хотелось съежиться. Но я продолжала шагать как ни в чем не бывало.

Когда первый щупек прыгнул, я прикрыла голову руками, и даже не попыталась выхватить оружие. Удар мощной лапы сбил меня с ног, острые когти разорвали рубашку на плече. На клыках твари блеснула зеленоватая слюна. В этот момент второй зверь вцепился мне в ногу.

Я не стала сдерживаться и закричала, потому что это было очень и очень больно. Ночь окрасилась зеленым. В груди жгло так, что я кое-как могла дышать. Вдобавок к этому вверх от прокушенной ноги медленно расползалось онемение. Парализующий яд щупеков доставлял массу неприятных ощущений, и неподготовленного человека это должно было чертовски испугать. Первый щуппек схватил меня за плечо и закинул себе на спину, как безвольную куклу. Я ощутила, что онемение дошло до шеи. На мгновение накатил страх, что сейчас я не смогу дышать. Но негаснущее жжение в груди заставило меня забыть о страхе.

Звери несли меня куда-то в чащу бодрым шагом, обмениваясь довольным стрекотом. Наконец, щупек подо мной остановился, коротко взрыкнул и снова застрекотал. Когда совсем рядом раздалось ответное стрекотание, на пару мгновений я забыла о боли. Судя по всему, детеныши со дня на день покинут гнездо. И там их не меньше двух десятков.

Зеленые линии призывно струились вокруг моих пальцев, но проклятый золотой свет внутри меня не давал мне возможность призвать духа. Если бы я могла пошевелиться, то непременно заскрипела бы зубами от досады. Но сейчас на это не было времени. Каким-то чудом я сохраняла остатки здравомыслия и старалась дышать медленнее в надежде, что золотая искра уснет.

Но не тут-то было. Свет внутри меня продолжал призывно сиять, словно приглашая воспользоваться этой силой. Онемение продолжало сковывать меня, а затем к горлу резко подкатила тошнота. Яд продолжал наполнять мое тело. На следующей стадии отравления я перестану соображать. Поэтому нужно было спешить.

Я закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на зеленом огоньке, который сиял внутри меня. Замедлила дыхание, попыталась погрузиться в некромантский транс несмотря на боль. Жжение как будто пошло на спад.

Я не могла призвать духа. Но, чтобы вырастить потомство, щупекам пришлось много раз приносить сюда девушек и убивать их. Молодняк не оставил от жертв даже костей. Но остаточные эманации страха, боли и энергия мертвых все еще витали здесь. Поэтому я сосредоточилась на том, чтобы собрать их. Для меня они выглядели легким зеленоватым дымком, который поднимался из ямы.

В глазах начало темнеть. Щупек сдернул меня со спины и бросил в яму, наполненную подросшими детенышами. Говорят, основатель рода Ходо мог убивать и поднимать мертвых без заклинаний и призывов. По одному только слову его. Я такими талантами не обладала, да и двигаться не могла. Поэтому я прикоснулась к зеленому огню внутри меня и... Позвала.

Они откликнулись. Зеленый дым окутал мое тело. Жжение в груди стало невыносимым, но некромантия сделала свое дело – онемение начало сходить на нет. Травить Ходо – бесполезное дело.Я рухнула в яму, и в меня со всех сторон тут же вцепились острые зубы. Наконец, я смогла шевельнуть пальцами и сложила знак мертвого огня. Зеленый свет вспыхнул вокруг меня и твари возмущенно застрекотали. В тот момент мне было глубоко наплевать,  увидит ли мою магию кто-то еще. Мне надоело терпеть боль и жжение. А закончатся они только тогда, когда перебью этих мерзких тварей и смогу залечить раны.

Онемение медленно спало с другой руки, я кое-как соединила пальцы. Мертвый огонь вспыхнул еще ярче. И еще яростней горел внутри золотой свет. Я не выдержала и разжала руки. В тот же момент зеленое сияние погасло. Твари снова нацелились на меня.

Я не знала, как выбираться. Тело слушалось плохо, и больше всего на свете я хотела залечить свои раны, и чтобы два десятка голодных подростков перестали пытаться меня сожрать. Золотой свет внутри меня словно откликнулся на это желание. Искра ослепительно вспыхнула, земля подо мной дрогнула, и я потеряла сознание от боли.

Падая в темноту, я услышала отдаленный голос Тьена в своей голове:

«Я иду. Держись». 

В чувство меня привели голоса:

— Что делать-то с ней будем? – проворчал Ястер. – Сколько можно тут мерзнуть?

— Мерзнет – она, – с упреком сказал Шон. - А ты в куртке.

— Я не прочь ей свою отдать, но как пробраться через эту штуку? И что это вообще такое?

Я резко распахнула глаза и попыталась сесть. Но тут же врезалась лбом в какие-то ветки и упала обратно. Я не сразу поняла, что все еще лежу в гнезде щупеков. Тела животных догорали, остатки белого огня освещали ночь. Над моим телом сплетались тускло светящиеся зеленым ветки. Они росли из земли и образовывали купол. Стоило мне протянуть к ним руку, как они тут же развеялись. Нещадно болел затылок – остаточное действие яда щупеков. Но, кроме этого, на моем теле не было ни царапины, исключая два пореза на руке.

— Что это было? – тупо спросила я.

— Эльфийская магия – усмехнулся Святой. – Растешь не по дням, а по часам.

Шон тут же оказался рядом и помог мне подняться. Ни с того, ни с сего, меня затрясло – скорее всего, реакция тела Шияссы на пережитое. Я поспешила разыграть следующую партию этого чудесного концерта. Обвиняюще ткнула пальцем в Стэндиша и заявила:

— Вы должны были предупредить меня, что щупеки ядовиты! Б- было очень страшно!

Новая порция дрожи пришлась кстати. Шон заключил меня в объятия, и я продолжила трястись и стучать зубами. Винсент отдал мне свой плащ,  я благодарно улыбнулась юноше. Тьен сидел у ног Святого.

«Прости. Я шел быстро, как мог», – скорбно сказал пес.

— Все в порядке, - пробормотала я, то ли отвечая псу, то ли пытаясь успокоить брата и себя одновременно.

На лице Стэндиша не было ни капли сочувствия. Мы медленно побрели в сторону деревни. Как только мы подошли к воротам, как тучи разошлись, и луна осветила у входа две уже знакомые фигуры в серых плащах. Орден Святого Альбана. А эти что здесь забыли?