Глава 41..Третья сторона

Волосы этого остроухого были черными, как вороново крыло. Это означало принадлежность к могущественному южному клану. Также, как светлые волосы моего отца показывали всем, что он глава самого могущественного северного рода. Я разглядывала темно зеленый, усыпанный драгоценностями наряд эльфа, и объяснения, зачем я ему понадобилась, были излишни. Борьба за власть между севером и югом в Линьине шла веками. Очевидно, сейчас меня будут перетягивать на свою сторону.

Я предельно вежливо приветствовала эльфа, и он ответил мне на нуамьеннском. Говорил остроухий почти без акцента, лишь иногда то растягивая, то глотая некоторые гласные.

— Леди Гемхен, мое имя Хэпин Юй-Лас. Не имел чести познакомиться с вами на балу...

Ну еще бы. Интересно, почему он назначил встречу здесь? Надеется позлить Дэ-Хоя? Я сложила руки и устремила взгляд на собеседника, всем своим видом изображая почтительное внимание. А эльф продолжал:

— Мой род в Линьине обладает не меньшей властью, чем род вашего отца. Вполне возможно, что мы могли бы сотрудничать...

— В чем? – спросила я, старательно изображая удивление.

— По моим сведениям, вы привезли из Нуамьенна некий давно исчезнувший предмет. И мы заинтересованы в том, чтобы получить его не меньше, чем Юнфун Дэ-Хой... Или Эммерт Годжен.

Я постаралась как можно равнодушнее пожать плечами:

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Понимаете, юная леди, прекрасно понимаете. Ли-Ин отправилась за Стену именно за этим. Вероятно, теперь эту миссию взяли на себя вы. Вот только вам не выгодно отдавать этот предмет роду Дэ-Хой. Юнфун – хитрый лис, он обманет вас. Я же...

— Вы тоже не можете мне ничего дать, – вздохнула я.

— А чего вы хотите? – тут же оживился Юй-Лас. – Озвучьте свое желание, и я подумаю о том, как его осуществить.

Несколько мгновений я с сомнением смотрела на эльфа, а затем резко приблизилась и прошептала в острое ухо:

— Я хочу выиграть турнир.

Отступив на шаг, я полюбовалась произведенным впечатлением. Брови эльфа сошлись на переносице. Неужели он, и правда, может сделать это? Я невзначай коснулась медальона в виде лилии. Юй-Лас скользнул по нему взглядом, посмотрел куда-то за мое плечо. А затем снова посмотрел на медальон. Брови эльфа неумолимо поползли вверх. Он произнес какой-то поток слов на эльфийском. Мне показалось, что это ругательства. Спохватившись, остроухий перешел на нуамьеннский:

— Подсуетился уже! Когда он это сделал? Вчера? Сегодня?

— Сегодня, – поколебавшись, ответила я.

Юй-Лас устремил взгляд в сторону трибун и пробормотал:

— Нет, я знал, что он жестокая и беспринципная скотина, но чтоб настолько...

С эльфа слетел весь лоск. Теперь он напоминал взъерошенного бойцовского пса. Темный взгляд остановился на мне.

— Кажется, у вас нет времени на раздумье, леди Гемхен, - сообщил эльф. - Если решите прибегнуть к помощи моего рода, то я к вашим услугам. Особняк с волком на флигеле, на улице Шестой Хризантемы. Завтра до полуночи я вам помогу. Позже... Сделка не состоится.

С этими словами он резко развернулся и ушел. Я едва не выругалась ему вслед. Что означает эта лилия? Почему она так пугала эльфов и, самое главное – почему они все молчали? И чем еще грозит мне «помощь» папаши?

К своему месту я подходила, сжимая и разжимая кулаки. Больше всего мне сейчас хотелось сомкнуть руки на горле своего так называемого «отца», но Дэ-Хой не покидал ложу. На поле выходили следующие отряды, которым предстояло спуститься, в подземелья. На этот раз мне оставили место между Аккеро и Святым. В мое отсутствие оба пикировались злобными взглядами. Винсент развел руками, показывая, что отказаться было невозможно. Я решительно опустилась в кресло, оглядела мужчин и сообщила:

— Кажется, у нас проблемы...

Оба подобрались, и я закончила:

— ...но расскажу я о них, когда вернемся в дом.

— Еще два испытания, – напомнил Стэндиш.

Затем он наклонился к моему уху и тихо спросил:

— Что случилось внизу? На тебе лица не было, когда ты вышла.

Я огляделась и также тихо ответила:

— Пришлось использовать эльфийскую магию.

Аккеро подался вперед, чтобы расслышать то, что я говорила Стэндишу. Я вздохнула и откинулась на спинку кресла. Тьен положил голову мне на колени, и я рассеянно почесала пса за ухом. Золотой свет внутри меня постепенно угасал, искра успокаивалась.

«Я буду рядом. Буду лечить твои раны», – сообщил Тьен.

Если бы он мог залечить все раны... Да и сама эльфийская магия доставляла множество неприятных ощущений. И судя по тому, как на меня смотрели остальные эльфы и словам самого Дэ-Хоя, справиться с ней будет очень сложно. Это станет настоящим испытанием для меня. Но ради победы... Ради Рибена... Ради мести Тайджу... Я согласна на все. Я обязательно покорю эту магию.

Я сделала вид, что наблюдаю за полем. Внутри меня начало кипеть раздражение. Ввязываться в разборки остроухих я хотела меньше всего. Но тут выходит, что браслет нужен уже трем сторонам. Да и предупреждения Годжена о том, что я пожалею, если отдам браслет эльфам, не шло у меня из головы.

«Годжен мог сказать это для того, чтобы ты не отдала браслет».

В словах пса было разумное зерно. Но пока ясно одно – как бы мне ни хотелось избежать этого, я влезла в местные интриги по уши. И теперь нужно попытаться вылезти их них без последствий для себя и своего отряда. А еще выиграть турнир и отправиться в Рибен. С такими чуткими наблюдателями, как Стэндиш и Аккеро, будет сложно. Хотя... Святому вроде нет резона меня останавливать.

Я бросила задумчивый взгляд на Стэндтиша. Тот покосился на меня, но ничего не стал говорить. Было в  его взгляде что-то новое. Появилось после моих откровений.Жалость? Сочувствие? Что бы это ни было, меня оно раздражало. Я отвернулась от охотника и наткнулась на взгляд Аккеро. Следователь развалился в кресле, закинув ногу на ногу, и снова откровенно любовался мной. Тьен прихватил зубами мою ладонь.

«Не смотри на него так. Ты юная леди восемнадцати лет от роду. И если уж не падаешь к его ногам, то хотя бы наивность почаще изображать не забывай».

Я послушно опустила взгляд, стала рассматривать гладкую черную шерсть пса и рыжие подпалины на морде.

Ждать было довольно скучно. Отряды не пробыли внизу долго, и я тщательно рассматривала гербы школ и пыталась их запомнить. Тут же я обнаружила, что пятьдесят очков получает только первая команда, которая вернулась из подземелий. Второй доставалось уже двадцать пять. Многие возвращались в крови. Отряд столичной академии тоже вернулся первым. Долговязый мальчишка был покрыт кровью с ног до головы, но уверенно шел впереди.

Я оглядела своих спутников. Аккеро столь открыто наслаждался возможностью быть рядом, что у меня пропало всякое желание к нему обращаться. Прежде чем я успела обернуться к Святому, Тьен сообщил:

«Его зовут Варието Рускас. Его отец – Первый советник короля».

Да, птичка высокого полета. Утереть нос этому будет трудно. В этот раз нам достался достойный противник. Мне показалось, что эльфы вокруг были слегка удивлены тем, что оба отряда из Нуамьенна вышли первыми в своей двойке. Пока остальные команды проходили испытание, слуги разнесли легкие закуски и прохладительные напитки. Свою порцию я на всякий случай сначала сунула под нос Тьену, и только потом отправила в рот. Аккеро усмехнулся:

— А ты осторожна.

— Травиться мне не понравилось, – с милой улыбкой сообщила ему я. – И последующее лечение - тоже.

— Эльфийская магия неприятна? – удивился он.

— Магия – нет. А вот носители этой магии...

Я брсоила многозначительный взгляд в сторону ложи Дэ-Хоя.

— Вижу, встреча с отцом не оправдала ваших ожиданий, – деликатно заметил следователь и отхлебнул из своего бокала.

— Не то слово, – призналась я.

Не то чтобы я идеализировала остроухих. Но встреча с Кианфуном показала, что у некоторых, все же, есть сердце.

«Юнфун Дэ-Хой оставил этот браслет твоей матери, – напомнил Тьен. – Возможно, у него тоже были благородные побуждения».

Мне в это верилось слабо. Но причин отдавать браслет я не видела. Кроме того судя по рассказам Шона и Винсента, Амалия Гемхен носила его на виду и даже не подозревала о ценности этого предмета.

Только тут я поняла, что с нами больше нет Ян-Лина. Это было странно, он должен был сопровождать нас. На этот раз я рискнула с милой улыбкой обратиться к Аккеро:

— Где господин Ян-Лин?

Тот неопределённо пожал плечами:

— Ушел. Ему, наверное, неинтересно быть нашей наседкой.

В этом я сомневалась, но пришлось смириться с тем, что мои вопросы и дальше останутся  без ответа.

«Ян-Лин не обязательно захочет на них ответить»

Тьен, как всегда, был прав. Но попробовать стоило.

Наконец, первое испытание завершили все команды. Дэ-Хой поднялся со своего места, и я увидела самую впечатляющую эльфийскую магию в моей жизни. Снчала дрогнула земля. Почва зашевелилась и медленно затянула проходы в подземелья. Я невольно вздохнула с облегчением. А затем золотой свет затопил поле. Из земли одно за другим вырастали  огромные деревья с толстыми стволами. Лианы обвивали их, кроны сплетались. Скоро все поле было заполнено лесом. Пока все восхищенно глазели на то, что сотворил Дэ-Хой, эльф махнул рукой кому-то внизу. Из-за деревьев шевеления я не увидела. Слуги пригласили команды спуститься, и я заторопилась вслед за юношами. Вскоре все студенты выстроились перед владельцем этих земель. Остроухий оглядел нас и сообщил:

— Что ж, теперь вас ждет испытание посерьезнее. В этом лесу есть только одно существо. И будет один победитель. Тот отряд, который первым уничтожит его. Мешать друг другу, сражаться с другими отрядами – можно и нужно. Победа и призовые пятьдесят очков достанутся сильнейшей команде.

Слуги повели нас вдоль кромки поля. Над нашими головами покачивались кроны деревьев. Нам предстояло стартовать по сигналу, когда другие студенты тоже займут свои места. Пятерки был и расположены на одинаковом расстоянии друг от друга, а тварь, предположительно, была в центре. Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, ожидая сигнала.

Слуга поднял руку, позволяя нам начать. Тьен бросился вперед первым, следом за ним бежал Винсент, а за ним – я. Но далеко зайти у нас не вышло. Ближайший куст внезапно оброс длинными шипами. Они пронзили тело Тьена насквозь и пригвоздили его к земле. Я одним прыжком обогнала Винсента и оказалась рядом со своим четвероногим другом. И в этот момент в двух шагах от меня раздался короткий смешок.