Глава 41. Визит Ода ч.2

Керо недоверчиво смотрел на меня. Рико бросил на меня предупреждающий взгляд и повернулся к своему гостю:

— Что значит – ощутили что-то странное? На что вы намекаете?

Тот медленно ответил:

— Мне кажется, что я ощутил эльфийскую магию.

Рико поднял руки и медленно, напоказ начертил поисковое заклинание. Через несколько мгновений он сообщил:

— Нет здесь никакой эльфийской магии.

Но я чувствовала его напряжение. Он что-то заметил? Неужели остаются какие-то следы, и я их не замечаю? В этот момент один из спутников Керо тоже начал плести заклинание.

«Руку», – попросил Тьен.

Я отвела ладонь назад, будто невзначай скользнув пальцами по ножнам катаны духа. Прикосновение Тьена было очень быстрым. Коготь вспорол кожу на моем запястье, и я торопливо натянула широкий рукав. Отличная идея, аура некромантии вокруг моего тела должна скрыть следы использования золотой искры, если они остались. Теперь я чувствовала течение темной силы.

— На шее, – коротко сказал бородатый мужчина за спиной Керо.

Тот снова вперился в меня взглядом и елейным голосом спросил:

— Ваша новая знакомая пользуется эльфийским амулетом?

Рико вопросительно посмотрел на меня. Придется ответить. Но что они имеют в виду? Я невольно потянулась к шее и тут же нащупала цепочку, на которой носила медный пион. С того момента, как мы взошли на корабль в Цианхае, я прятала его. Обвинения в использовании эльфийской магии – это новый скандал, и не в пользу Мисуто. Сейчас нужно что-то придумать. Главный вопрос в том, знает ли Ода, что означают эти цветы на шее эльфов?

Я мило улыбнулась своему врагу и сказала:

— Это не артефакт. Медальон, мать надела мне его при рождении. Я ношу эту вещь в память о ней. Вероятно, его оставил мой отец...

Все продолжали выжидающе смотреть на меня. Пришлось достать медный пион и показать им. Со своего места Ода не мог разглядеть детали. Но стоило ему увидеть блеск меди у меня руках, как мой враг изменился в лице. Он быстро натянул на лицо маску равнодушия и ответил:

— Интересная вещь. Как вы провезли ее в Рибен? Неужели таможня в Тамакато не заметила никакого магического фона вокруг этого предмета?

— Нет, как и таможни прочих государств, – сообщила я.

Рико снова заговорил:

— Надеюсь, вы удовлетворены ответом, господин Ода? Девушка имеет право носить памятные вещицы, которые не представляют опасности. Если таможня в Тамакато его пропустила – значит, никакой значимой эльфийской магии в нем нет.

— Вы правы, господин Мисуто, – степенно ответил тот. – Я немного удивлен тем, что мне не сообщили о ввозе подобного предмета в Рибен. Пожалуй, моим людям нужен хороший нагоняй.

Я холодно улыбнулась в лицо своему врагу. На этом Ода распрощались и ушли, обещая вернуться через пару дней, как только Тору Гото прибудет из Сакурато. Рико приказал слугам выйти, а Стэндиш стянул с головы рогатый шлем и железную маску, которая закрывала лицо, а затем приблизился ко мне.

— Зря, – сказал охотник. – Нужно было делать вид, что у тебя ничего нет.

— Они почувствовали остатки эльфийской магии, – ответил Ючи вместо меня. – От таких таких обвинений отболтаться не выйдет. Не в этой стране. Нужно было показать что-то более весомое, чем просто слова.

— Теперь он поднимет записи порта и обнаружит, что никакая полуэльфийка с демоном и артефактом остроухих в Рибен не въезжала, – продолжил Святой. – Как думаешь, сколько дней ему на это понадобится?

Я равнодушно ответила:

— Достаточно, чтобы я успела выполнить свой план. А если захочет преследовать – встретимся в Тинду, при дворе императора.

— Далекоидущие планы. Нашла что-нибудь?

— Разумеется. Он носит кость при себе. На шее. И мы должны выкрасть ее.

Рико нахмурился:

— И как ты собираешься сделать это?

Я пожала плечами:

— Буду думать. Сначала поговорю с друзьями, а затем с касуги. Времени очень мало. Красть надо сегодня.

Мы вышли из зала и отправились искать товарищей, оставив Ючи и Рико. По дороге я сказала:

— Ода что-то знает.

— Что ты имеешь в виду? – нахмурился Стэндиш.

— Керо изменился в лице, когда увидел медальон. Он точно в сговоре с эльфами и общается с ними гораздо теснее, чем остальные. Даже ты не знал, для чего им эти безделушки.  А он знает, я уверена.

— Плохо, – с досадой ответил Святой. – Значит, он теперь знает и то, что у тебя открыта искра. А, возможно, и уровень твоей силы. Он обязательно добудет доказательства того, что в Рибен ты проникла незаконно.

— Пусть добывает. Я расквитаюсь с Харуто и буду далеко к тому времени.

— Кстати, может, наконец, расскажешь о гуронму и своем плане?

— Терпение, Рэйман, – улыбнулась я. – Я рассчитываю на твое непосредственное участие, так что не сомневайся – в стороне не останешься. Сейчас у нас есть более насущные проблемы.

Друзей я нашла на тренировочной площадке. Шон и Винсент сражались на мечах. Хана наблюдала за ними, сидя на ограждении. С одной стороны от нее стоял Ястер, а с другой – Амэя. Я подошла к ним и сказала:

— Прошение – удачная идея.

Хана улыбнулась и серьезно сказала, продолжая наблюдать за юношами:

— К Харуто я не вернусь. Дядя Деичи не так вспыльчив, как отец. Надеюсь, он выслушает меня и примет правильное решение.

— Он считает Рико мальчишкой, – вздохнула я. – И, во многом, не зря. Но нам нужно с ним договориться. Надеюсь на твою помощь, Хана.

Девушка серьезно кивнула. В этот момент к нам подошли Винсент и Шон. Говорить при рибенках мне не хотелось, поэтому я оставила Тьена охранять Хану, а мы с юношами отправились в дом. Когда мы расселись за низким столиком в комнате Стэндиша, я коротко рассказала о том, что произошло на встрече.

— И что теперь будем делать?- мрачно спросил Шон. – Они убьют тебя, если узнают, что у тебя открыта искра?

Он старался скрыть беспокойство. Я покачала головой:

— Не смогут. Но мне придется сказать им, кто я. И доказать это. Впрочем, об этом можно подумать позже. Сначала я разберусь с касуги. И обещанием, которое дала Винсенту.

Тот поднял голову и впился в меня напряженным взглядом.

— У подножья Вороновой горы находится то святилище, которое мне нужно для ритуала. Конечно, лучше бы нам сразу подняться в следующее для договора со старейшинами касуги...

На лице юноши появилась решимость.

— Если мы выкрадем эту кость вечером, ты согласна отправиться туда сегодня же ночью? – спросил он. – У меня есть план.

Я молча кивнула, и Винсент начал излагать свою идею.