Глава 19

Меня тошнило так сильно, словно мое тело пыталось выблевать само себя, устранить все мысли и страхи, что внезапно обрушились на мое сознание. Я не была бы против избавиться от всего этого, если бы при этом не ощущала себя на грани смерти. Серьезно, меня продолжало выворачивать буквально наизнанку, даже тогда, когда мой желудок полностью опустел. Я висела на бортике ванной, словно тряпичная кукла.

Собственно, именно так я себя и ощущала. Кукла, которой поигрались и теперь она измученная и потрепанная валяется в каком-то дальнем углу. Кукла, у которой нет ни чувств, ни желаний. За дверью была подозрительная тишина, но сейчас мне было абсолютно наплевать, даже если бы братья там поубивали друг друга.

Я свернулась на полу в тугой клубок и обняла себя руками. Несколько минут я все же пыталась собраться, структурировать мысли, найти выход из ситуации, но внезапный всхлип все разрушил. И больше сдерживаться рыдания не собирались.

Какой разительный контраст эмоций и чувств: пару часов назад я задыхалась от удовольствия и мечтала, чтобы это не прекращалось. Сейчас же меня разрывает на куски от страха и боли, и я хочу, чтобы это все поскорее закончилось.

За спиной раздался глухой удар выбитой двери, но я даже не вздрогнула. То ли мне было уже все равно, даже начнись сейчас конец света, то ли просто меня и так уже трясло в полную силу, понять было трудно. Я снова против своей воли взмыла вверх, но даже не открыла глаза, чтобы посмотреть кто меня поднял. Потому что мне было все равно. Наплевать.

Плевать.

Плевать.

Я ненавижу их обоих. Одинаково. Они разрушили мою жизнь.

Ведь я всегда знала — связываться с альфами плохая идея. Словно чувствовала же, что однажды это навлечет на меня беду. И вот…

Гнать от себя мысли об очевидных итогах этой течки было глупо, но я продолжала это делать. Словно если я не дам мозгу зацепиться за факт того, что я беременна от Артура, все окажется неправдой и я смогу вырваться из этого плена несмотря ни на что.

Кокон из одеяла, в который меня завернули приглушил внешние звуки, но я все равно слышала разговор братьев о том, что же они будут дальше делать. Если судить по вполне спокойному тону разговора, они пришли к какому-то взаимопониманию. И это почему-то меня расстроило и разозлило. Нет, не то, чтобы я очень горела желанием наблюдать, как они рвут друг другу глотки. Но теперь они вдвоем против меня одной.

Навалившаяся усталость и измотанность погрузили меня в болезненный беспокойный сон. Но я была рада даже такому.

Не знаю, сколько я проспала, я за всю свою омежью жизнь столько не спала. Сон это для тех, кому есть что пожрать с тарелки с золотой каемочкой, а обычным людям нужно работать.

Мне, кажется, снился отец, мама и то, как она гладила меня по волосам, вливала по ложечке мне в рот что-то теплое и вкусное. Целовала в лоб мягкими губами.

Я очень по ней скучала. Но она тоже была омегой, а мой отец альфой. И вернуться домой я не могла. Стоило мне переступить порог отчего дома и обратно я смогла бы выйти только уже замужней. Из одной тюрьмы в другую.

Быть в нашем мире омегой не такая уж ужасная доля. Ты всегда под защитой, сначала отца или братьев, затем мужа. А если становишься вдовой, то братьев мужа, или снова возвращаешься в дом своего отца.

У омеги всегда должен быть альфа.

Об этом вещали отовсюду. В рекламе, в сериалах и даже в буклетах в поликлиниках.

Ты не свободный человек, ты приложение к тому, кто сильнее. Твоя природа дарить альфе удовольствие и потомство.

Но видимо со мной было что-то не так, раз все это было мне отвратительно. Похоже сейчас даже еще более, чем когда я не испытала на себе влияние альфы. Терять свою волю и разум, терять саму себя я больше не хотела.

Никогда.

Я пыталась вспомнить сколько уже дней провела в этой тюрьме и сколько еще осталось. Очень хотелось выбраться, вырваться на свободу. Но перед этим нужно подумать, как себя вести?

И как скрыть от Артура, что я возможно беременна?

Когда это будет возможно учуять?

Я никогда не интересовалась беременностью, всегда думала, что для этого слишком рано. Хотя так и есть, я не готова становиться матерью. И тем более женой альфы.

Или двум?

Такое вообще бывает? Что омега принадлежит сразу двум альфам? Я о таком ни разу не слышала. По природе альфы страшные собственники, ревнивы до ужаса и полного абсурда. Но Атласовы…

Братья. Близнецы.

Возможно ли такое, что они смогут меня делить? Ход собственных мыслей мне не понравился. Я сжала зубы и громко засопела, чем и привлекла к себе внимание. Выдала, что я уже вовсе не сплю.

А обдумываю свое дальнейшее поведение и действия.

Матрас рядом со мной просел.

— Омега…

Все. Достал.

Я откинула от себя одеяло так резко, что Даня даже отшатнулся назад.

— Еще раз так меня назовешь, и я тебя придушу.

Мне пришлось отпихнуть альфу ногами, чтобы слезть с кровати. Он явно мне хотел помочь, но увидев мой злой взгляд, решил этого не делать.

— Какое сегодня число? — Я металась по комнате в поисках собственной одежды, которая скорее всего канула в небытие еще несколько дней назад.

Я о ней и не вспоминала до этого момента. Да и зачем она была мне нужна, когда все прошедшие дни я провела в постели, наслаждаясь многочисленными оргазмами. А затем запахом от огромных футболок Артура, которые он надевал на меня. Похоже не только он тогда получал удовольствие от того, что я носила его одежду.

Вспомнив как я была недовольна свежим запахом стирального средства, и ходила терлась об Атласова, чтобы пропитаться его ароматом, я тут же разозлилась на себя.

Ира, ты человек.

Не животное.

И слава Богу, твой мозг стремительно возвращается на свое место.

Так что думай, думай, как тебе отсюда выбираться.

— Артур! Где моя одежда?

— Зачем она тебе? Ты все равно не сможешь покинуть квартиру в ближайшие три дня.

Три дня…

Просто как смертельный приговор.

Три дня взаперти с альфами.