33 ГЛАВА

ДОГОНЯЯ СЧАСТЬЕ…

Фэй нежно провела пальчиками по лепесткам подснежников. Вот и пришла весна. Все оживает, возрождается заново, тянется к солнышку. Казалось нужно радоваться жизни, больше нет нужды прятаться и скрываться, а люди, привычно шагающие по талому снегу, жмурятся от яркого апрельского солнца. В этом году зима задержалась, но последние холода наконец уступили место нежному, самому первому теплу. Все стало на свои места, но разве она может радоваться жизни дальше? Смотреть на женщин с колясками, на влюбленных, сладко целующихся, не замечающих рутины жизни. Она женщина, навеки закованная в тело ребенка. Разве это справедливо? Разве хотела она, чтобы в обмен на ее силу, боги отобрали у нее самые главные радости жизни? Самуил старался ее развеселить, и теперь ее дом походил на маленький зоопарк, в котором прыгало бесчисленное количество зверюшек. Недавно он принес ей маленькую обезьянку. Фэй, конечно очень любит своих питомцев, но с каждым днем черная тоска гложет ее маленькое сердечко. Она хочет жить, быть любимой, качать на руках ребенка. Своего малыша, а не кормить морковкой больного кролика.

Она пошла на кухню, маленькую и уютную, с любовью обставленную ею и Самуилом, поставила чайник. Скоро у нее появится гость, с которым ей предстоит долгая и трудная беседа. А вот и машина затормозила у подъезда, Влад как всегда небрежно бросит ее открытой. В дверь позвонили, и девушка улыбнулась, поставила кролика на пол и пошла открывать.

- Рада тебя видеть, Влад!

Она бросилась ему на шею, и он как всегда закружил ее в воздухе.

- Ну, разве так обращаются с пожилыми дамами, перевалившими за пятую сотню лет?

Влад поставил ее на пол и прошел на кухню, чувствуя запах свежего кофе.

- Уже заварила, знаешь довольно приятно иметь тетушку ведьму.

Фэй поставила на стол дымящуюся чашку и села рядом, прижав к себе перепуганного кролика, дрожащего всем телом. Он чувствовал рядом страшного зверя, хищника и боялся, пригнув ушки к пушистой спинке.

- Я приехал…

- Знаю зачем…

- Я запутался, Фэй. Что мне делать? Скажи мне ты, почему мне так больно? Я хочу выкинуть ее из своей жизни и не могу. Я мучаю нас обоих. Я дошел до той грани, переступив через которую, упаду в бездну.

Девушка взяла его руки в свои.

- Посмотри на меня, Влад. Посмотри мне в глаза, я все вижу, от меня трудно что - то скрыть. Ты готов услышать правду? Возможно, она будет уродливой и неприглядной. Правду о тебе.

Влад сжал тоненькие пальчики.

- Фэй, ты последняя, кто хотел бы причинить мне боль. Я верю тебе.

- Тогда молчи и не перебивай меня, я скажу тебе все, а ты сам будешь решать, что делать со своей жизнью дальше.

Ты когда - нибудь видел отчаянье способное убить? Я видела. Лина любит тебя, я давно уже не видела такой яркий и ослепительный огонь в человеке. Поверь, я достаточно повидала за свою долгую, бесконечную жизнь. Она любит тебя так сильно, так безумно, что порой мне казалось, что человеческое сердце не может выдержать подобные чувства. Когда ты бросил ее, она превратилась в тень, когда она узнала о твоей смерти, то перестала жить, дышать. Больше всего мы боялись ее реакции, и не напрасно. Для Лины все померкло, Влад, она умерла, она покончила с собой на заснеженной скамейке в городском парке, порезала вены. Когда мы с Ником нашли ее последние капли жизни уходили из ее тела. Она не смогла жить дальше без тебя. Я никогда не видела такого горя, такой самоотверженности. Мы вытащили ее с того света, Николас отдал ей свою кровь, от отчаянья, от безумного желания не дать ей уйти. Вот как Лина стала вамдарком, это была ее вторая жизнь. Если бы мы тогда не успели, ее бы не было в живых. Неужели ты и теперь можешь сомневаться в ее любви? Ты не представляешь, с каким упрямством она решила мстить за тебя, призвать к ответу убийц, только это давало ей силы жить дальше. Она отважная, смелая, преданная. Для меня она дороже сестры, если хочешь знать, дороже всех вас вместе взятых. Я знаю, какую боль ты причиняешь ей сейчас, как мучишь ее своей ревностью и не отпускаешь, словно собака на сене. Но ты не смеешь ее упрекать! Она святая - она Ангел, сошедший на землю чтобы спасти твою грешную душу, сколько еще страданий выпадет на ее долю, прежде чем ты поймешь это? Влад, если ты позволишь Лине уйти, это будет самая большая ошибка в твоей жизни.

- Я не знал…она ничего мне не сказала…А как же…Ник? Скажи мне Фэй, они…

Фэй смотрела на его бледное лицо, на глаза растерянные, печальные, полные боли и страдания. Пусть эта ложь будет первой и последней в ее жизни. Бог прости ей такую малость, а если не простит, то она уже наказана.

- Между ними никогда ничего не было. Ничего, что имело бы для нее значение, такое огромное как ты. Магда обманула тебя. Фотографии жалкая фикция, и сделаны они были, когда Николас принес бесчувственную девушку к себе домой. Если бы ревность так не ослепляла тебя, ты бы внимательней рассмотрел снимки. Влад, для Лины никого не существует никого кроме тебя, никогда и никто не будет любить тебя так самоотверженно. Ты должен упасть ей в ноги и молить о прощении. Каждый день Лина оплакивала тебя, каждую ночь я слышала рыдания, доносившиеся из ее комнаты, они разрывали мне сердце, но разве можно утешить того, у кого забрали последнюю надежду. Идем, я кое - что покажу тебе.

Фэй взяла пораженного племянника за руку и повела за собой в комнату Лины.

Распахнула дверь и он застыл на пороге, не веря своим глазам. Повсюду его фотографии и свечи. Словно множество зеркал, отражающих его самого. Маленький музей их короткого счастья. Фэй подвела его к постели и отбросила подушку.

- Узнаешь?

Его рубашка, в которой Лина весело бегала по дому в тот последний раз, когда он остался у нее на ночь. Влад сгреб материю дрожащей рукой и поднес к лицу. Запах ее тела, перемешался с его собственным. С ароматом ее слез.

- Когда - то я спросила у Лины, зачем ей хранить эту рубашку, если можно постирать и спрятать со всеми остальными твоими вещами. Она печально посмотрела на меня и ответила: " Она сохранила запах его тела, я не могу уснуть без Влада, Фэй. Мне снятся кошмары, только так я могу спать спокойно, когда он рядом".

Глаза Фэй наполнились слезами:

- Как она страдала, бедная девочка, сколько еще мучений выпадет на ее долю из - за тебя. Ты - бесчувственный эгоист! Ты жалеешь лишь себя, и видишь, то, что хочешь видеть. Если ты обидел ее, я придушу тебя собственными руками.

Влад, пошатнувшись, сел на кушетку, обхватил голову руками. Фэй смотрела на него глазами полными жалости, он сам себя накажет. Такой как он, спросит с себя строже, чем с других. Он выглядел обессиленным, несчастным, словно побитая собака. Она чувствовала его внутреннюю борьбу, вот ломаются холодные ледяные глыбы, которыми он себя окружил.

- Можешь пристрелить меня прямо сейчас - я не просто ее обидел, я превратил ее жизнь в ад. А она…она ни разу меня ни в чем не упрекнула. Слова не сказала, ни разу не возразила. Она говорила, что любит, а я смеялся ей в лицо.

- Потому что ты глупец. Вы обо дураки, убиваете такую любовь, такое великое и прекрасное чувство, я бы все на свете отдала хоть за маленькую часть того счастья, что выпало вам.

Внезапно он поднял на колдунью взгляд, и она с удивлением заметила странный блеск в его глазах…

- Нет! Даже не смей просить меня об этом…Я не стану этого делать!

Влад умоляюще посмотрел на нее, протянул к ней руки.

- Ты понимаешь, на что сейчас хочешь пойти?!

- Я отлично все понимаю, она это заслужила, если бы я мог подарить ей свою жизнь - я бы это сделал. Фэй, почему ты раньше мне не сказала? До того как я обрушил на Лину шквал своей ненависти?

- Ты тогда был не готов слушать! Сейчас самое время, когда ты сам пришел ко мне за советом. Но ты понимаешь последствия?! Ты понимаешь, от чего ты сейчас отказываешься?

- Ради нее, я готов на все. Если это поможет мне искупить вину, то пусть будет так.

- Ты безумец! - Но Фэй уже знала, что не сможет ему отказать, она исполнит его дикую просьбу, хоть и не имеет права больше прибегать к такому серьезному колдовству.

Лина вышла из кабинета Влада, бросив прощальный взгляд на его фотографию на столе и на записку, которую оставила для него. Горечь сожаления и разочарования затопила ее. Вот и кончилось все, нет больше пути назад. Она уйдет из его жизни, никогда она не согласится быть для него просто мимолетной бабочкой в полыхающем пламени его жизни. Она сгорела в пламени его любви, добровольно и не жалела ни о чем. Жизнь подарила ей обжигающее счастье, а за него нужно платить. Лина сохранит в памяти только хорошее, она забудет ту боль, что он ей причинил, ведь счастья было несравненно больше. Но остаться с ним она не может и не станет. Ей пора бежать из этого дома, как можно дальше от него, спасаться от боли и страданий. Он прав между ними пропасть. Лина вспомнила слова, которые написала в записке, оставленной на столе.

" Я ухожу, не ищи меня…когда - то ты написал мне, то же самое. Отпусти меня, Влад, дай достойно уйти и жить дальше. Без тебя. Ты был прав, я виновата, я так виновата перед тобой, что нет мне никаких оправданий. Моя вина в том, что я слишком любила тебя. Надеюсь, ты простишь меня за это"

Вот и сожжены все мосты, нет дороги обратно. Анна проведет ее подземными лабиринтами, и поможет замести следы. Она уедет. Куда? Пока еще не решила. Лина спустилась в подвал, сердце гулко билось, моментами ей хотелось бежать обратно и словно преданная собачка, ждать его, когда он вернется и приласкает ее или отшвырнет в сторону. Нет, она не сможет так жить дальше, после той огромной любви, что была между ними, она больше не согласится на жалкие крохи.

Тяжелая дверб подвала с трудом поддалась и противно заскрипела. Анна помогла Лине подвинуть тяжелый засов на следующей. Девушка посветила фонарем в темный коридор.

- Лиля вернулась домой. - прошептала девушка - все это время она сидела в дальней комнате и никто не запер ее в подвале.

- Тебе не нужно помогать мне, Анечка, если кто - то узнает, у вас снова будут неприятности, он придет в ярость, когда поймет, что я сбежала.

- Мама велела никому не говорить, но я скажу тебе…Осторожно тут ступенька…Так вот ты не поверишь, сегодня утром нам принесли письмо, кто - то положил огромнейшую сумму на наш счет в банке. Завтра мы улетаем в Германию, там моему брату сделают операцию. Немецкий врач сам звонил нам, уже сегодня его заинтересовал наш случай. Так что я тоже сбегу из этого проклятого места.

Анна не видела, как грустная улыбка проскользнула по губам ее спутницы.

" Влад, ты все такой же, великодушный, добрый. Напрасно ты пытался убедить меня в обратном. Только ко мне ты жесток, но я заслужила"

- Вот, мы пришли. Держи, это ключи от нашей машины, я поставила ее сразу при выходе из тоннеля. Она конечно старенькая, но домчит тебя до аэропорта, я заправила полный бак. Береги тебя бог, Лина. Я знаю он не отвернется от тебя в трудную минуту как и от нас. С ними произошло чудо, и с тобой тоже произойдет.

" Нет, такого чуда со мной не произойдет, потому что тот единственный, который может сделать меня счастливой, кроме ненависти и презрения ничего мне больше дать не может и не хочет"

Лина попрощалась с Аней и поспешила вперед, навстречу неизвестности.

Машина мчится по пустой дороге, мелкий дождь моросит в ветровое стекло. Вот и кончилось все. Нелепо и быстро. Пусть Влад простит ей всю ту боль, что она ему причинила. Но она просто любила его. Как могла. Как умела. Возможно, у нее не получилось сделать его счастливым, но она так страстно этого хотела. Все время без него, все те дни когда боль утраты ни на минуту не оставляла ее окровавленную душу, она продолжала его любить. Нет, время не лечит и не затягивает раны. Прочь из этой страны, навсегда…на край света. Куда глаза глядят, может быть когда - нибудь ей удастся его забыть. " Жалкий самообман, ты не сможешь, каждая секунда наполнена только им, тебе никогда не справится с этим. Ты можешь сбежать от него, но сможешь ли ты сбежать от себя?"

Вдалеке показались фары автомобиля, она увидела их в боковое зеркало. Лина с облегчением подумала, что заканчивается безлюдная местность, наконец - то хоть кто - то живой. Машина приближалась к ней на немыслимой скорости. Странная тревога овладела беглянкой, неужели ее преследуют? Так скоро? Анна проболталась или ее вынудили признаться?

Девушка силой вдавила педаль газа на старенькой " шкоде" и мотор жалобно застонал. Слишком опасно разгоняться на этом автомобиле больше ста двадцати "старушка" не выдаст, как ни трудись. Теперь сомнений не осталось, черный " мерседес" преследовал именно ее. " Ну же, миленькая, давай сто тридцать, я тебя умоляю". Девушка посмотрела на спидометр. Машина дернулась, противясь такому издевательству, предательски загудела, дернулась еще раз и стрелка оборотов начала стремительно падать.

- Только не это! - Закричала Лина, видя как все лампочки на приборной доске погасли. Все, мотор заглох и она летит на неуправляемой машине. Автомобиль сзади, тоже сбросил скорость, вскоре он поравнялся с ней. Девушка безуспешно жала на педаль тормоза, автомобиль летит с горки, Лине его не остановить. Девушка бросила взгляд на "Мерседес", стекло с ее стороны опустилось, и Влад громко закричал ей:

- Ручник, Лина, тяни на себя ручник.

Сердце радостно подпрыгнуло, несмотря на смертельную опасность. Он помчался за ней. Сам. Без слуг и охраны. Да ради этого хоть к черту на рога. Пусть проклятая машина летит под откос, когда рядом он - уже ничего не страшно.

- Сворачивай с дороги в кусты - они затормозят скорость. Давай, не бойся. Я еду за тобой. Линаааа! Сворачивай!

Она послушно потянула ручник и резко повернула руль вправо, автомобиль влетел на полосу сбоку, затем на ухабистую обочину, запрыгал по кочкам и силой врезался в дерево. Лина попыталась выбраться из машины, но дверь заклинило, оно тщетно дергала за ручку. Запахло бензином и гарью. "Неужели бак пробит?". Девушка снова дернула дверцу, но та не поддалась. Все она заперта в жестяной ловушке, слышалось потрескиванье огня. В этот момент раздался громкий удар, и стекло с ее стороны посыпалось ей на колени, а потом чьи - то руки вытянули ее из машины. Она упала на горячее крепкое тело. Мужчина откатился с ней подальше и закрыл собой, когда раздался оглушительный взрыв.

Лина обхватила его за шею руками, прижимаясь к горячей груди. Влад приподнялся и с тревогой всмотрелся в ее лицо, затем рывком прижал девушку к себе.

- Ты цела! Господь сотворил чудо, ты - жива! Девочка, моя, я больше никуда не отпущу тебя! Никогда, слышишь, никогда не отпущу!

Он покрывал поцелуями ее лицо, сжимал ее все сильнее.

- Если бы я потерял тебя, то не вынес бы этого. Милая, я так тебя люблю. Лина, ты слышишь, дурочка. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!

Ради этих слов можно было умереть! Она почувствовала, как сердце сладко замирает, перестает биться, дыхание сбивается, исчезает.

- Скажи мне хоть, что нибудь, не молчи, умоляю.

Он жадно всматривался в ее лицо.

- Повтори - прошептала она.

- Что повторить, радость моя?

Снова осыпал ее горячими поцелуями.

- Повтори мне, что любишь. Ты впервые сказал это, я хочу услышать еще раз.

- Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МИЛАЯ! Я БЕЗУМНО ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!

Что - то было не так, она пока что не понимала, но в нем произошли перемены, что за влажная дорожка у него на щеке? Лина протянула руку и провела пальцами по его теплой коже. Затем посмотрела на свои пальцы - это слезы, настоящие, человеческие слезы! Сердце гулко забилось, она схватила его за руку и взглянула на костяшки пальцев. Из ран торчат осколки битого стекла, а алая кровь капает на землю. Порезы не затягивались больше на глазах. Странное оцепенение овладело ею, ослепительная догадка вспыхнула в воспаленном мозгу: " Но этого просто не может быть!"

- Влад?! Что это?! Что с тобой? - Она вытащила стекло из ранки, и Влад дернулся от боли, поражая Лине еще больше, а затем он взял ее лицо в ладони и тихо прошептал:

- Я хочу, чтобы мы жили счастливо и умерли в один день. Фэй преподнесла нам такой подарок.

- ТЫ! ВЛАД?! ТЫ - ТЕПЕРЬ ЧЕЛОВЕК?

Он кивнул и улыбнулся ей уголком рта, в его глазах пляшут озорные чертики.

- НО ЗАЧЕМ? - Она все еще не могла осознать реальность происходящего. Может быть, Лина спит, и все это ей снится?

- Для тебя! Хочу состариться с тобой вместе, не хочу жить вечно, зачем мне бессмертие без тебя?

Она прижалась к нему и услышала, как гулко бьется его сердце, отбивая хаотичный ритм, как и ее собственное.

- Ты простишь меня когда - нибудь? Я могу надеяться на твое снисхождение - прошептал он, целуя ее влажные от дождя волосы - я безумный ревнивец, я слишком люблю тебя, чтобы с кем - то делить.

- Я уже простила! - Лина нежно поцеловала его в губы и почувствовала соленый привкус его слез - Ты помнишь? Я ведь люблю тебя. Тебе никогда не придется меня с кем - то делить. Я только твоя, я принадлежу тебе душой и телом.